Автор: Людмила Белогорская
Уезжать в Германию на постоянное место жительства мама категорически отказалась.
-Мне уже скоро пятьдесят, поздно менять жизнь так кардинально, - заявила она Эльвире. – К тому же не представляю, что я буду делать в чужой стране!
-Мам, но ты же немка по крови, к тому же тебе не всё нравится здесь, в России, - пыталась уговорить её дочь.
-Я здесь родилась и прожила без малого полвека, поэтому могу иметь собственное мнение по тому или иному вопросу. Пусть даже оно отличается от общепринятого. А нравиться абсолютно всё, что происходит в нашем обществе и в жизни, может только идиоту, - парировала мама.
Не помогла даже «тяжёлая артиллерия» в лице старшего брата отца, уже более десяти лет проживающего в Германии. Мама оставалась непреклонной.
-Поезжай сама, Элечка, ты молодая, сможешь быстро адаптироваться, - посоветовала она дочери. – Тем более язык ты знаешь неплохо, уже минус одна проблема на новом месте…
В Казахстане родители Эммы Фридриховны с её старшей сестрой оказалась осенью 1941 года. Вместе с другими переселенцами из Поволжья они вынуждены были оставить свой дом и большую часть имущества и уехать в неизвестность. Им, можно сказать, повезло. Высадили из поезда не в чистом поле – это раз. Практически сразу дали комнату в бараке – это два. Быстро удалось устроиться на работу – это три.
Люди, жившие рядом, оказались отзывчивыми и незлобивыми. Помогли переселенцам, чем могли. Да и сами новосёлы вскоре зарекомендовали себя с лучшей стороны. Работать они умели. А если ещё сюда добавить немецкую дотошность и основательность… Вместе с представителями десятков других национальностей, не щадя сил и здоровья, преодолевая неимоверные трудности, русские немцы приближали победу над фашизмом.
Эмма родилась в 1953 году, когда жизнь семьи уже наладилась. Девочка была способной и трудолюбивой, школу окончила почти на одни пятёрки. С детских лет она мечтала учить детей. И её мечта исполнилась. После окончания института она по распределению приехала в небольшой городок. Здесь началась её педагогическая деятельность, здесь она трудилась и сейчас – преподавала немецкий язык.
Надо сказать, что немецкая диаспора, хотя и не дистанцировалась от других жителей населённого пункта, национальную культуру и язык старалась не забывать. Время от времени встречались в неформальной обстановке, пели, танцевали, устраивали чаепития с обязательными традиционными пирогами «кюхен», делились рецептами.
На одном из мероприятий Эмма встретила Виктора Кригера. Спокойный, добрый парень произвёл приятное впечатление на молодую учительницу, они стали встречаться, а спустя несколько месяцев поженились. Через год родилась Эльвира. Девочка была окружена любовью и заботой родителей. Бабушка Эльза и мама с раннего детства разговаривали с Эльвирой на родном языке, поэтому к началу обучения в школе маленькая Элечка бойко тараторила по-немецки.
Папы не стало внезапно. Просто однажды, вернувшись с работы, он схватился за сердце, побледнел и рухнул на пол. Врачи диагностировали обширный инфаркт. Так в тридцать пять лет Эмма стала вдовой. Ей не хотелось никого видеть и слышать – даже дочь. Она часами сидела, уставившись в одну точку, словно надеясь увидеть там что-то, недоступное обычному зрению. Её мама, взявшая на себя заботу о внучке, поняла, что дочери необходима встряска.
-Ты пестуешь и лелеешь своё горе, не думая о близких, - достаточно жёстко заявила она Эмме. - Ты несчастна сама и делаешь несчастной своего ребёнка. Девочка потеряла отца. Ты хочешь, чтобы она потеряла и мать?
Эмма словно очнулась, увидев себя со стороны. Постепенно она научилась жить со своим горем, сосредоточившись на воспитании дочки и с головой окунувшись в работу.
Эльвира не огорчала маму – хорошо училась, посещала музыкальную школу, много читала. К окончанию школы девушка определилась с будущей профессией. Она решила стать психологом – в девяностые годы это была довольно новая модная специальность.
Училась Эля с удовольствием. На третьем курсе нежданно-негаданно на Эльвиру свалилась любовь в лице однокурсника Александра. Их отношения развивались стремительно, и уже после Нового года Эльвира представила своего избранника родным.
-Это Саша. Мы с ним собираемся пожениться, - решительно заявила она.
-Не торопились бы вы, ребятки, с женитьбой, - робко посоветовала бабушка. – Молоды вы очень. Да и учиться ещё сколько…
Но Эльвира была непреклонна. Какая учёба, если у них любовь? Та самая, одна-единственная и на всю оставшуюся жизнь! Сыграли весёлую студенческую свадьбу, с помощью родителей сняли однокомнатную квартиру. Эльвира искренне верила, что «с милым рай в шалаше». Но оказалось, что в шалаше нужно постоянно поддерживать порядок, ежедневно готовить – иначе какой же это рай? Кроме того, и учёбу никто не отменял. Очень скоро молодожёны поняли, что с созданием «отдельной ячейки общества» они явно поспешили.
Ни Эльвира, ни Саша не были лентяями или пофигистами. Просто они были ещё очень молоды и не сталкивались с проблемами, требующими от них самостоятельного решения. А тут вдруг оказалось, что студенческих стипендий недостаточно для того, чтобы платить за съёмное жильё, одеваться и питаться. Оказалось, что ни Эля, ни Саша не готовы расстаться со своими «холостяцкими» привычками – когда захочется, встречаться с подругами и друзьями, тратить деньги, отложенные на продукты, на понравившиеся пустяки…
Словом, расстались они по обоюдному согласию, без ссор и упрёков. Только вот спустя некоторое время Эльвира поняла, что ждёт ребёнка. Она была растеряна – малыш не входил в её жизненные планы на ближайшее время.
-Вырастим! – заявили на семейном совете мама и бабушка с дедушкой. – Возьмёшь академический отпуск, а через год вернёшься в институт. С ребёнком мы поможем.
Маленький Витенька, названный в честь дедушки, оказался спокойным и беспроблемным ребёнком. Хорошо кушал, с удовольствием шёл на руки, но мог, если взрослым было некогда, спокойно лежать, перебирая яркие игрушки и агукая.
Эльвира успешно окончила институт и пошла работать по специальности. Вспоминая свой неудавшийся студенческий брак, в новые отношения вступать не спешила.
Спустя год в отпуск из Германии приехал дядя.
-И охота тебе всю жизнь заниматься работой, которая позволяет лишь едва-едва сводить концы с концами? – спрашивал он у племянницы. – Психолог! Звучит, конечно, красиво, но бесперспективно. По крайней мере, здесь, у вас…
И Эльвира решилась. Конечно, она предполагала, что будет непросто – другая страна, иной менталитет. На деле оказалось намного сложней. Даже немецкий язык, на котором они часто говорили дома, и тот немного другой. Эльвира усердно учила язык, изучала законы, традиции страны, в которой собиралась жить. Пришлось забыть о психологии и искать другую сферу деятельности. Но она выдержала все испытания.
Внешне Эльвиру уже трудно отличить от тысяч других её соотечественниц. Сын адаптировался к новым условиям даже быстрее и успешнее. Хорошо учится, уже задумывается о будущей специальности, парню скоро шестнадцать. Эльвира, наконец, познакомилась с мужчиной, у которого по отношению к ней серьёзные намерения.
Поначалу она сомневалась, стоит ли поддерживать отношения с человеком, которого она не любит. Но после долгих раздумий решила, что горячая любовь, увы, не гарантирует счастливую семейную жизнь. Вон с Сашей, бывшим мужем, любовь была пылкая и всепоглощающая. И что от неё осталось? Разошлись, как в море корабли, и даже не вспоминают друг о друге.
«Со временем, надеюсь, я смогу полюбить Гюнтера», - размышляла Эльвира.
Тем более родные говорят, что это очень достойная партия.
Бросаться в новые отношения как в омут головой Эльвира не собиралась. Её вполне устраивал затянувшийся конфетно-букетный период. Они с Гюнтером много гуляли, ходили на выставки и концерты, иногда выбирались в кафе.
Правда, порою ему, «истинному арийцу», трудно было понять её поступки. Вот, например, приехала к Эльвире в гости двоюродная сестрёнка с дочкой. Разумеется, вопрос, где они будут жить, даже не возникал – конечно же, у Эльвиры. Квартира двухкомнатная, в тесноте, да не в обиде. Эля свозила родственников на несколько экскурсий, в гости к дяде в соседний городок. В выходные выбрались в кафе, походили по магазинам. Эльвира познакомила сестру со своим избранником. И у ней сложилось впечатление, что они друг другу не слишком понравились.
-Дорогая, - ласково убеждал её жених, - мне кажется, что твоя кузина пользуется твоей безотказностью…
-Что ты имеешь в виду? – удивилась Эльвира.
-То, что они живут за твой счёт. Если они поселились на время своего визита в твоей квартире, они должны внести часть ежемесячной платы за жильё и определённую сумму за питание. Ведь так?
Эльвира живо представила себе, как она предлагает сестре оплатить своё проживание и продукты и согласно кивнула:
-Конечно, дорогой…
После дня рождения Эльвиры Гюнтер долго ходил под впечатлением. То, что у нас именуется «русским хлебосольством», в его понимании было ничем иным, как форменным расточительством: куча салатов и нарезок, несколько вторых блюд, заставленный спиртными напитками стол…
Чуть позже мужчина с присущей ему деликатностью намекнул, что с этими привычками придётся расстаться, когда она станет его супругой. Через несколько месяцев Гюнтер созрел, наконец, решив поставить точку в своей холостяцкой жизни. Для такого торжественного момента он выбрал их любимый ресторан. Они устроились в уютном уголке за столиком, отгороженным от основного зала кадкой с лохматой пальмой. Эльвира внимательно слушала своего спутника, внешне сохраняя олимпийское спокойствие, иногда даже согласно кивала. В голове же крутилось навязчивое выражение из детства и юности: «Картина Репина «Приплыли»… В том, что точно «приплыли», она не сомневалась.
Всё время, пока длились их отношения, молодая женщина старалась мириться с не приятными ей чертами характера Гюнтера, уравновешивая их его неоспоримыми достоинствами – серьёзностью, внимательностью, заботой о ней, аккуратностью, эрудицией, приятной внешностью и крепким материальным положением. Сейчас всё это ушло на задний план. В голове молоточками стучали слова: «чужой ребёнок», «при достижении совершеннолетия должен покинуть дом», «раздельные счета», «равный вклад в ведение домашнего хозяйства».
Выслушав без пяти минут мужа, Эльвира улыбнулась ему и по-русски пробормотала:
-Да пошёл ты…
-Что? – недоумённо воззрился на неё мужчина.
-Извини, дорогой, сразу ответить не могу. Разреши мне взять день на раздумья. Завтра вечером я дам ответ.
-О, да, конечно! – заулыбался Гюнтер.
Вот это правильно. Именно так и должна поступить настоящая немецкая фрау. Всё тщательно обдумать, оценить, какое счастье на неё свалилось, осознать всю полноту своей ответственности и уж тогда, тая от счастья, сказать «да».
Эльвира взяла отсрочку не из-за того, что сомневалась, как правильно поступить, и не из-за боязни объясниться. Просто ей не хотелось ущемлять самолюбие Гюнтера, считавшего своё мнение единственно правильным.
«Придумаю, что сказать. Например, что я недостойна такого сокровища», - легкомысленно махнула рукой Эльвира, и вместо разочарования и огорчения почувствовала огромное облегчение. Только теперь Эльвира поняла, что всё время, которое она проводила со своим женихом, она старалась «выдержать экзамен», соответствовать выдвигаемым Гюнтером, пусть ласково и ненавязчиво, требованиям, почти перестав быть самой собой.
Тогда, когда она ещё не задумывалась о расставании, а старалась подстроиться под требования избранника, Эльвира нашла хороший способ вернуть себе душевное равновесие и хорошее расположение духа. Она проводила своего рода тренинг – сама с собой.
-Спокойно, - говорила она. – Ты никого не перевоспитаешь и не изменишь. Принимай как данность всё, что происходит. Считай, что имеешь дело с людьми из параллельной Вселенной. Они не жадные и расчётливые, как тебе кажется. Они не плохие. Они просто другие…
Эльвира внезапно осознала, как это страшно – провести всю оставшуюся жизнь рядом с существом из другого мира. Завтра она всё объяснит Гюнтеру. Если потребуется, попросит у него прощения. А потом… Потом у неё отпуск, и она полетит не в свадебное путешествие, а в гости к любимым мамочке и бабуле, которая стала совсем старенькой. К подругам, с которыми не теряла связь. Туда, где всё гораздо проще. Где, встречая тебя, выставляют на стол всё, чем богаты. Туда, где улыбки намного искреннее и теплее…