Русский эпос на кремлевской сцене
(рецензия на этно-оперу Игоря Матвиенко "Князь Владимир")
Вы даже не представляете, дорогие друзья, какая сложная передо мной стоит задача. Описать эти два невероятных дня премьеры этно-оперы Игоря Матвиенко «Князь Владимир» в Кремлевском дворце, чему я была счастливейшим свидетелем. Сложность в том, что серьезному журналисту негоже вроде бы зависать на крыльях своих восторгов, а именно этого мне и хочется. А надо бы вдумчиво, с толком-расстановкой… подмечая огрехи и недочеты… разбирая на молекулы музыкальную основу и сценарную, звуковую и световую партитуры, сценографию, сцендвижение, инструментальные и вокальные партии, игру исполнителей…
Надо. Да. А мне хочется просто упиваться, пересматривая отснятые другими куски, и снова лить счастливые слёзы, и снова восхищаться, снова и снова.
Потому что это было СОБЫТИЕ.
МИРОВОГО МАСШТАБА.
Сбиваюсь со счету, пытаясь вспомнить, сколько я видела за свою жизнь рок-опер — и вживую, и в записи. Были в их числе и латвийские «Лачплесис» (Lačplesis)1988 года и «Золото Сатезеле» (Satezeles Zelts) 2007 года, мощные рок-произведения с серьезными элементами фолка, участием народных и профессиональных хоров и танцевальных коллективов. Оба основаны на историческом событии - нашествии крестоносцев на прибалтийские земли в конце 12 века. «Лачплесис» - сюжет мифологический, и заглавный герой — тоже (его роль исполнил памятный многим победитель конкурса «Юрмала»-86, 26-летний Родриго Фоминс), но захватчики вполне себе настоящие. В «Золоте» - уже подлинные, погибшие в борьбе с тевтонами главные герои, чьи имена сохранили летописи.
Началось для меня всё конечно же с бессмертного творения Эндрю Ллойда
Уэббера и Тима Райса «Иисус Христос — Суперзвезда» (1970). До сих пор помню каждую ноту и весь текст на языке оригинала.
Потом пришли уже и отечественные потрясения - «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты» (1975) Алексея Рыбникова и его же «Юнона и Авось» (1979). Была на премьерах.
Всё виденное и слышанное перечислять не буду. Потому что этно-опера Игоря Матвиенко «Князь Владимир» перекрыла все мои прошлые впечатления. Да, вот так. Мне кажется, именно к этому потрясению я шла всю свою жизнь, и даже моя собственная рок-опера «Дверь» была лишь подготовкой к тому, что я прочувствовала на сцене Кремлевского дворца.
Этно-рок- и, не побоюсь этого слова, прогрессив-опера с таким огромным количеством музыкальных компонентов, для российской сцены, безусловно, новый жанр и стиль. А местами ведь и опера-балет, учитывая великолепные танцевальные номера с классической, фолк и современной (элементы контемпорари, крампа, рок-н-ролла) хореографией (мастер-хореограф Илзе Лиепа, хореографы Ольга Насырова, Даниил Благов и Павел Рябов).
Термин прогрессив-рок, мне кажется, я употребляю с полным основанием, ибо этот стиль как раз и характеризуется усложнением музыкальных форм и творческим обогащением через диалог с классической, академической, оперной, народной музыкой и авангардом. Именно это мы и слышим в этно-опере «Князь Владимир».
Учитывая нашу многовековую, не менее чем трехсотлетнюю, историю оперного искусства, позволю себе сравнить ее, традицию, с величественным древом с заоблачной кроной, на котором выросла нынешняя мощная пышно-зеленая ветвь.
Простите за пафос. Не могу удержаться. И продолжу.
Спасибо всем тем людям, кто постарался выложить видео оперы в хронологическом порядке. Не только целиком - есть и такое, и спасибо за него огромное, потому что хочется пересматривать, вглядываться, вслушиваться. Но имеется все ж таки и разрезанное на фрагменты. Что жаль.
Вот представьте себе огромный рулон драгоценной ткани. Вы его разматываете — и вначале видите льняной холст, расшитый бисером. Затем, все еще с льняными вплетениями, идет юфть (выделанная кожа) с металлическими заклепками, затем, поблескивая заклепками более тонкими, нежнейший шёлк, переходящий в царственный бархат… Поднимется рука разрезать такое полотно на отдельные куски? Ну, я понимаю, увидеть всем хочется, что делать. И, дождавшись качественной телеверсии — а съемка в процессе была — я с удовольствием посмотрю всё сама не один раз.
Поющий гусляр с настоящими гуслями (Дмитрий Парамонов), хрустальные звуки далекой эпохи. Любимая мною лично много-много лет песня «Конь» на исландском языке в сдержанной воинской манере — изыск! Ария конунга Хаакона (солист Геликон-оперы Дмитрий Янковский, баритон) — практически оперная классика, монументально-мощная, грозная. И сразу же — ответ князя Владимира(SHAMAN)в иной стилистике — этнически-прозрачной, с интонациями дружелюбными, но полными достоинства и дипломатично-искусными. Народная манера пения Ярослава Дронова великолепна, выверена до малейшего нюанса. Он учился этому 11 лет.
Глубокая, исполненная веры и христианского смирения ария Федора (Николай Расторгуев прекрасен в роли сподвижника молодого князя) тонко вплетена во фрагмент того же «Коня», но уже на родном русском языке. И здесь звучат хрустальным перебором гусли.
«Мы использовали живые старинные инструменты, такие как колесная лира, разные виды гуслей, всевозможные духовые народные инструменты, некоторые изготовлены на заказ» - рассказал во время подготовки к премьере музыкальный продюсер этно-оперы Игорь Полонский.
Вдохновенно исполнила роль святой княгини Ольги, бабушки Владимира, выдающийся специалист в этно-музыке, режиссер ансамбля Дмитрия Покровского Ольга Юкечева.
Незабываемый дуэт князя Владимира и Рогнеды (молодая, очень талантливая певица Соя) - «Скоро стану князем я всея Руси». В сценическом тумане, на маленькой лодке двое — и в лирической как будто теме композитор и актеры отчетливо, но не навязчиво объясняют нам и разницу в мировоззрении героев, и неизбежную будущую трагедию расставания. И даже яркая красота обоих — противоположна и духовного единения не сулит.
Следующий дуэт Владимира и Рогнеды с хором — это молитва Одину и Фригг, молитва, мелодически полная горечи вперемешку с упованием, но не благости.
И в этот момент в действие вступает новый, весьма колоритный персонаж. Но о нем чуть позже.
Сам SHAMAN очень интересно рассказал о своем герое: «.. князь Владимир был достаточно жестоким, когда был язычником. Кстати, я понял одну вещь – князь Владимир до принятия христианства был самым крутым рок-н-ролльщиком в мире! Мне, конечно же, интереснее и просто драйвовее и веселее играть Владимира до принятия им христианства, потому что можно выпустить всех своих демонов». Он прав. Героя противоречивого играть увлекательнее — ведь у него есть возможность изменить себя в лучшую сторону. Разноцветное, разнохарактерное, песенное язычество с его огненными праздниками, возможно, было интересным для мятущейся и яркой человеческой натуры, какой обладал молодой князь. Князь первой части («рок-н-ролльщик») в исполнении Шамана, настоящего и крутейшего рокера, умен, дерзок, властен, честолюбив и смел. Любит веселье, но не пьянеет от него до потери пульса. Плотские соблазны не становятся препятствием для амбициозных замыслов.
Как хорош в этой огромной роли Ярослав! Какими тонкими, детализированными, безошибочными средствами, зримыми и слышимыми, он свидетельствует превращение юной дерзновенности в масштабную государственность!
В каждом движении и жесте, в каждой ноте Ярослав — настоящий князь. И только такой характер князя — сильный, со стальным стержнем внутри, который сродни характеру самого Дронова, - и смог вывести измученную распрями Русь 10-го века на путь, определивший ее великое будущее. И крещение Руси стало на этом пути важнейшим шагом, объединившим народ и озарившим его самосознание светом божественной Истины.
Работая над оперой более 12 лет, Игорь Матвиенко для создания либретто изучил множество источников — как древнерусских («Повесть временных лет», Лаврентьевская летопись и других), так и древнескандинавских (Старшая и Младшая Эдды, «Круг земной», саги). В результате его проект стал не только мультижанровым в плане музыкальном, но и сложносочиненным в плане сюжетном. Он назвал его криптоисторией — жанром, где в ткань реальных исторических событий вплетены фантастические и мифологические составляющие.
И главной мифологемой стал образ, который воплотил на сцене он сам — образ верховного божества скандинавского пантеона, Одина.
Бог войны и победы, как именуют Одина древние источники, конечно, даже там не предстает персонажем сугубо положительным. А в опере этот образ максимально уплотнен, до черноты. Вид мистически грозный и зловещий, низкий голос на фоне тяжелого ритма звучит как зов преисподней. Визуальная поддержка — градом сыплются древние руны и прочие символы на кроваво-красном фоне, раскидывает страшные крылья на весь огромный экран черный ворон… В скандинавском эпосе Одина, кстати, сопровождают два ворона — Хугин и Мунин («мыслящий» и «помнящий») и волки Гери и Фреки («жадный» и «прожорливый»). Впечатляющая коннотация.
После молитвы, обращенной к нему, он является на зов. Является с мрачным медленным рэпом, и Владимира эти звуки начинают буквально ломать — Ярослав с его необычайной пластикой удивительно точно передает без слов сопротивление своего героя надвигающемуся злу.
Свита Одина-Ганграда (как он сам себя именует) — это уже откровенные демоны в черном, пытающиеся захватить сопротивляющегося князя. Их танцы в дальнейшем, превосходно продуманное и выстроенное пластическое решение, я считаю одной из больших удач спектакля. Монументальный статичный Ганград и быстрые, ловкие, гибкие бесы — эффектная метафора извечного ада. Выкрики свиты «Хель! Хель! Хель!» (Хель - хозяйка мира мертвых) довершают поразительную картину. Однако молодого князя так просто не напугаешь и не возьмешь. И он снова берет инициативу в свои руки.
Световая партитура оперы — отдельная тема. И если Одина сопровождают то мрачные сине-черные, то багровые тона, то ответ ему Федора — теплый золотой свет.
И вот появляется главный сценографический сюрприз — драккар. «Конь морской», древний боевой корабль викингов, выдающаяся работа молодого арт-директора проекта Анастасии Тимчук. Создавала она ее — цитирую - «тщательно погружаясь в детали и изучив кучу материалов» более четырех месяцев. Результатом работы целой команды стало инженерное чудо, красавец 13 метров в длину, весом три с половиной тонны, выдерживающий с полным соблюдением безопасности 20 человек на борту. Металлокаркас, специальные доски, огромный парус с алой литерой «В». Выразительная драконья морда на носу. Когда драккар разворачивают вдоль сцены — он занимает ее почти полностью (ширина сцены КДС 16,7 м).
Когда Ярослав стоит на носу корабля в полном боевом облачении — мурашки бегут, до того воодушевляющее зрелище. Кстати, военный костюм князя весит 15 кг. Детально проработан, искусно выполнен и очень идет артисту. Но, по понятным причинам, по ходу спектакля одеяния главного героя, постоянно действующего на сцене, постепенно облегчаются. К слову, костюмы всех персонажей тщательно продуманы и качественно выполнены (художник по костюмам — Анастасия Гурвич).
Плавание начинается с очень красивой балладной арии Федора «Волна уносит...», к которой подключается, с драматическим изменением мелодии, Рогнеда, а затем — рокочущим речитативом Один, и, наконец, Владимир. Поёт дуэтом с Рогнедой — но каждый свою музыкальную тему и о своём. Изумительный номер, один из лучших в опере. Настоящий хит. Впрочем, не единственный.
Видеоряд, изображающий море — и спокойное, и бурное — тоже очень хорош. Пенные валы, блещущие молнии — всё натурально и неслучайно: в это время происходит знаковый диалог князя с Ганградом: о сотворении мира по версии «северных людей» (парафраз диалога Тора с Альвисом из Старшей Эдды) Мы сразу понимаем, что эта версия ничего хорошего человечеству не сулит: битва братьев, век мечей и секир.
Фланкирующий тяжелым мечом Владимир тоже всё понимает. В кроваво-огненных сполохах мы видим битву — грозный танец с оружием. Слышим старинный плач в исполнении фольклорного ансамбля. На экране появляется карта — аллюзия к «Игре престолов»…
Пир по случаю побед князя и его войска. Князь упивается властью.. с помощью зелена вина. А интриги Ганграда, собирающегося стать властелином Руси, ох как не закончены… Забегая вперед: заключительная фраза Одина-Ганграда «Я еще вернусь на Русь» - это о том, я думаю, что напористые попытки возрождения язычества повсеместно, и не только в России, очень даже происходят прямо сейчас.
Хор «Солнца закат, жизни закат» - душераздирающий. Бурный танец под это пение завершается почти оргией. Язычество толкает героя к смерти.
Сцена сна Владимира — одна из мощнейших в спектакле. На фоне страшного зеленого месива на экране с летящими по нему адскими символами вверх поднимается тело с запрокинутой головой и безжизненно свисающими руками и ногами. Тело князя, опутанного темным сном. Одурманенный, он поёт: «Что за праздник? Почему не доложили князю?». А хор отвечает: «Князь наш, Солнышко, усне… УМРЕ». Бесы щупают его, тискают. И — коронная реплика Ганграда под издевательскую «балаганную» тему: «ты мой шут, а я твой князь».
Висящий на тросах над сценой Ярослав выполняет опаснейший трюк. Абсолютно сам и, как говорят, даже без консультаций со специалистами. Собственно говоря, его смелость, временами граничащая с некой даже бесшабашностью, поклонникам известна давно. Танцы на стеклах босиком — да не просто танцы, прыжки с размаху, участие в опасном фокусе, проход с большим знаменем на головокружительной высоте во время сольного концерта на Красной площади… Перечислять можно долго.
За него всегда страшно. А сам он не боится ничего.
И здесь, в этой умопомрачительной сцене, был великолепен. Ганград, навязавший ему страшный сон, во сне пытался им повелевать — и подвешенный на большую высоту герой не просто висит — он проделывает движения марионетки, долго, страшно... Танцем бесов руководит альтер эго Ганграда — жуткий черный шут. На багровом экране мечутся скандинавские, славянские, кельтские языческие символы. Раскидывает крылья черный ворон. И тьма наползает на мир. Князя готовятся принести в жертву.
Но языческий демон управляет лишь его телом, находящимся в бессознательном состоянии. А бессмертная душа князя — уже видела свет.
Он снова в воздухе — но уже в другом состоянии. Звучит христианское песнопение. Так начинается МЕТАНОЙЯ. Дословно - «перемена ума», переосмысление через раскаяние. Но главное в ней — путь к Свету и преображение души. Через любовь.
Я видел яркий свет, во сне был свет. И на душе был тоже свет, тот свет...» - так начинается самая эмоционально насыщенная ария ослепшего Владимира: осознание пустоты прежнего пути, когда «алмазные грёзы» становятся пылью… и великолепное, мощное верхнее «ре» в кульминации. Он ждет любовь, а Ганград предлагает ему стать «мечом в руках богов». А Федор — скрестив меч и кинжал в импровизированный крест, прекращает козни темного. Игра Ярослава — выше всяких похвал. Он ПРОЖИВАЕТ свою роль так полно и совершенно, изнутри, всем сердцем, не «хлопоча лицом», как говорят актеры, - и мне в который раз становится странно, что наш кинематограф до сих пор не обратил на него своего величавого внимания.
Особо хочу отметить и потрясающее исполнение роли Рогнеды молодой певицей Соей (настоящее имя — Асият Сайгидова). Юная девушка необычайной красоты, с чувственной прелестью и чудесным голосом справилась с труднейшей ролью на высочайшем уровне. Вникнув в подробности судьбы Рогнеды исторической, поневоле вздрогнешь: поражает и жестокость эпохи, и немыслимые перипетии, через которые ей довелось пройти. Соя на сцене — такая настоящая, такая живая и трогательная, что ей сочувствуешь несмотря ни на что. Даже когда она, вознамерившись убить Владимира — любимого мужа, готовится к этому акту в арии «Ясное солнышко». Нежная, проникновенная мелодия, ангельский голос, от которого сжимается сердце, а слова-то… о чем они?
«Ясное солнышко, ты мой свет,
скоро придет твой закат, мой рассвет.
Спи, мой князь, не убоюсь, не промахнусь,
и за тобой вскоре пойду за кромку».
Так передать — причем одновременно — и боль, и любовь, и страдания разбитого сердца, и непоколебимость — может только очень большой талант. Спасибо Игорю Игоревичу, что разглядел и его, и доверил молодому дарованию воплотить одного из самых важных персонажей на сцене.
«Праздник вер», устроенный Владимиром с целью выбрать для Руси самую сильную веру, решен поистине блестяще. Прибывающие ко двору князя послы мусульман и хазар-иудеев излагают свои догматы В ТАНЦЕ. Высокий шатер и гурии в алых нарядах. Чудесная, сказочная симфоническая оркестровка восточных мелодий со звучанием аутентичных инструментов (маэстро Матвиенко назвал Влада Елистратова «первым в мире дирижером-викингом - очевидно, не только из-за стильной прически). Прекрасен и мужской восточный танец.
Но лучше всех в этой сцене — SHAMAN с повязкой на глазах: он оценивает танец девушек обонянием: движения рук, «притягивающих» аромат красавиц к лицу, чувственны и реалистичны.
Следующее явление послов стало полнейшей неожиданностью. Вроде в древних источниках китайцы (буддисты?) не упоминались. Но танец был красивый, песня забавная, хоть по музыке и не вполне очевидной принадлежности. Ну хорошо. Фантазия автора неистощима.
А вот хазары, представлявшие иудаизм, сделали это очень обстоятельно и красиво. Классический танец Адама и Евы изумителен. Явление змея-искусителя — восторг (и грим, и костюм, и экспрессивная пластика молодого актера). И целая толпа толкователей веры. Музыка была стилистически внятной и даже с развитой драматургией. Но — Владимир отверг всю эту красоту весьма едким и справедливым замечанием: «А где ж земля ваша, хазары? Нет ее боле. Рассеял вас отец мой Святослав». В «Повести временных лет» Владимир сказал об этом еще более мудро, жестко и определённо. Ну да ладно.
И вот наконец явление вестника православия. Роль греческого философа исполняет настоящий священник, иеродиакон Герман, в прошлом - рок-музыкант Геннадий Рябцев, работавший с Владимиром Кузьминым и Юрием Антоновым и оставивший мирскую жизнь более 30 лет назад.
Князь задает священнику тот же вопрос о сотворении мира — и священник смиренным голосом отвечает ему словами Святого писания. Звучат православные песнопения. Греческая царевна Анна (прекрасный оперный голос у молодой певицы Вероники Андрейченко) призывает князя молиться.
Как поёт молитву «Господи Иисусе Христе, помилуй мя грешного» Ярослав — не передать словами. Потому что поёт он ее всем своим существом. Поёт кротко, прибрав свой роскошный голос, ровным тембром, почти безэмоционально. Но от этого пения — душевная дрожь и замирание сердец у всего зала. «Столько лет ходил по земле и столько крови на мне...». Озаренный белым светом, он прижимает руки к груди, падает на колени — и бросив голос на октаву вверх, приносит в молитву отчаянное упование… Далее следует вокализ — мастерский, обожаемый поклонниками собственный жанр Ярослава. «Раскат вокализа, дыхание и разум у меня отсутствовали», - написала в комментарии о своем ощущении одна из его почитательниц. Словно брошенный в небо швартов — этот бессловесный распев. И серебряный световой дождь над его головой.
Владимир прозревает. Звучит его дуэт с Анной: «Я снова заново родился. И мир мне заново открылся», к которому присоединяется хор. «Слава, Слава Тебе, Боже» поют все вместе, и голос Ярослава обретает прежнюю серебряную звучность.
Сцена прощения князем Рогнеды — и прощания с ней — один из самых трогательных моментов в опере. Игра Ярослава и Сои — безупречна. Это сама жизнь.
Мне хочется процитировать и молодого режиссера Андрея Елсакова, успешно поднявшего эту поистине эпическую глыбу:
"...В процессе репетиций открывали и новые смыслы в самой постановке. Изначально главной темой была трансформация личности и поиск истинного пути.
А потом раз — и нас осенило, что эта опера о прощении. По законам того времени Рогнеду в тот же момент должны были четвертовать. Он ее простил и отпустил».
Простил через Вышнюю Любовь, которая открылась ему самому, добавлю я.
«Я понял, что есть вера, - говорит князь. - Вера — это Любовь и прощение грехов. Это Дар Божий. Хочу, чтобы все люди на Руси это поняли и приняли».
И народ вслед за князем пошел принимать Крещение.
Овации в зале не смолкали очень-очень долго. Зрители восторженными возгласами приветствовали всех исполнителей, вышедших на поклоны. Все сто пятьдесят человек.
А когда на авансцену выплыл драккар с князем-впередсмотрящим на самом носу, у драконьей головы, - тут уж децибелы восторга просто зашкалили.
Но сюрпризы на этом не закончились. Во-первых, спрыгнул с драккара. С высоты не меньше двух с половиной метров.
А потом была чудесная песня «Вышел месяц молодой», которая звучала в моей голове еще целые сутки. Песня о молодом красивом князе, зажигательная, волнующая, и ей подпевал весь зал. А Ярослав по своему обыкновению мастерски пением зала управлял. И было видно, что он очень счастлив.
И я подумала, что вот это светлое изящное легкокрылое создание, молодого героя, невозможно состарить даже бородой. И его сверкающие глаза с блистанием слез невозможно забыть, как и его дивный голос, который так идеально подошел к образу Крестителя Святой Руси.
Красота его - красота самого святого равноапостольного князя, которого не зря народ прозвал Красным Солнышком.
В заключение — моя благодарность и низкий поклон всем создателям этого чуда. В первую очередь — Игорю Игоревичу Матвиенко, который прямо в день премьеры отметил на сцене свой юбилей. Спасибо за невероятный процесс настоящего творчества. За созданный мир. За эпическое повествование. За потрясающую метафизическую картину преображения Души. И отдельная благодарность — за то, что вовремя разглядели Ярослава.
И завершу я свой опус словами самого героя — Ярослава Дронова, он же великолепный SHAMAN:
«Два года репетиций, команда в 300 человек, огромные декорации, сложный грим и невероятная, потрясающая музыка, соединившая наследие разных народов и эпох, – всё это этно-опера «Князь Владимир»!
Сложно в слова уместить мой восторг, радость и удовольствие от этой работы.
Я благодарю за доверие и ответственность всех моих коллег, с кем эти два дня стоял на кремлёвской сцене и кто за кулисами сделал постановку идеальной. Это огромная честь для меня быть частью такого масштабного проекта. Я уверен, что такого уровня произведения ещё не скоро появятся в нашей стране – Игорь Матвиенко и команда этно-оперы задали очень высокую планку».
И это — истинная правда.
Судьбоносный этап истории России, истории многослойной, многоплановой, многогранной так же многогранно показать в музыке, так же многопланово представить на сцене — под силу только талантам очень крупного масштаба.
Счастье, что мы это увидели.
Мэгс
8.2.25, Москва