Ира стояла у окна, держа в руках кружку с остывшим чаем. Внизу, во дворе, дети гоняли мяч, кто-то из соседей на пятом этаже снова включил музыку на всю катушку. Ещё пару лет назад она бы улыбнулась этой обычной жизни. Но сейчас её лицо было серьёзным.
— Ира, ты слышала меня? — в комнате раздался голос Вити.
— Что? — она повернулась, прищурившись.
— Я говорю, может, тебе стоит съехать? Всё-таки квартира большая, а мне на работу ближе.
Она медленно поставила кружку на подоконник.
— А почему это я должна освобождать квартиру? — её голос был ровным, но внутри что-то закипало. — Я же её купила до нашего замужества.
Витя пожал плечами, как будто это мелочь.
— Ну и что? Мы же жили вместе. Это же наш дом.
Ира усмехнулась, но в глазах мелькнула обида. Когда-то это действительно был их дом. Но теперь… теперь всё было по-другому.
Они познакомились на корпоративе. Ира тогда работала в рекламном агентстве, Витя был фрилансером-дизайнером. Казался лёгким на подъём, шутил так, что даже начальница хихикала в кулак. Ира влюбилась сразу.
Сначала всё было идеально. Цветы без повода, ночные прогулки, разговоры до рассвета. Витя переехал к ней через полгода.
— Давай не будем заморачиваться с этими разделениями «твоё — моё», — улыбался он, раскладывая свои вещи в её шкаф. — Мы же семья.
Ира кивала. Тогда это казалось правильным.
А потом начались мелочи. Сначала грязные тарелки, оставленные на столе. Потом забытые обещания. А потом…
— Витя, почему ты снова взял деньги с моего счёта?
— Я потом верну. Ты же знаешь, у меня сейчас трудный период.
Она знала. И верила. Долго верила.
Когда Витя потерял очередного клиента, Ира снова взяла всё на себя. Платежи по ипотеке, коммуналка, даже его кредит за старый ноутбук. Она не жаловалась. Считала, что это временно.
Но «временно» затянулось на два года.
В один момент она поняла: устала. От бесконечных «я потом», от его равнодушия и от того, что её квартира стала просто местом, где Витя отдыхает от жизни.
— Нам надо поговорить, — сказала она однажды вечером.
Витя даже не оторвался от телефона.
— О чём?
— О нас. Я так больше не могу.
Он вскинул брови.
— Ты что, меня выгнать хочешь?
— Я хочу, чтобы ты понял, что я не обязана тянуть всё это одна.
Вместо ответа Витя встал и ушёл в другую комнату, громко хлопнув дверью.
Развод оформили быстро. Брака-то по сути и не было: расписались в загсе, и всё. Детей не было, имущества совместного тоже.
Но вот теперь, спустя месяц после развода, Витя стоял в их — нет, в её квартире и говорил, что она должна уйти.
— Ты серьёзно? — Ира смотрела на него, пытаясь понять, шутит он или нет.
— Ну а что? Мне тут удобнее. Ты можешь снять себе что-то попроще.
Она рассмеялась. Сначала тихо, а потом громче.
— Витя, ты вообще понимаешь, что говоришь? Это моя квартира! Я платила за неё до того, как ты вообще появился в моей жизни!
Он пожал плечами.
— Ну и что? Я тоже сюда вложился.
— Ага, грязной посудой и пустыми обещаниями?
Его лицо вытянулось.
— Ты несправедлива.
— Зато честна.
После его ухода Ира села на диван и уткнулась в ладони. Сердце колотилось, как сумасшедшее. В голове крутились его слова.
Вдруг телефон завибрировал.
— Ну что, как ты? — голос подруги Кати был тёплым и заботливым.
— Всё нормально, — соврала Ира.
— Витя опять мозги крутит?
Ира вздохнула.
— Он предлагает мне съехать.
На другом конце провода повисла пауза. А потом раздался смех.
— Что? Он совсем офигел?
— Ага. Я ему тоже так сказала.
— Слушай, если что, приезжай ко мне. Посидим, поболтаем. Или просто помолчим.
Ира улыбнулась. Эти слова были как бальзам.
— Спасибо, Кать. Но я справлюсь. Это мой дом.
Через пару недель Витя наконец понял, что спорить бесполезно. Собрал вещи в два пакета и ушёл, громко хлопнув дверью.
Ира стояла в тишине своей квартиры. Своего дома.
Она подошла к окну и посмотрела на двор. Всё было по-прежнему: дети гоняли мяч, сосед на пятом этаже включил музыку. Но внутри неё что-то изменилось.
Она была свободна.
И впервые за долгое время ей стало легко дышать.
Прошло несколько месяцев. Ира сменила работу, сделала ремонт в квартире. Она больше не вспоминала о Вите.
Иногда, проходя мимо зеркала, она улыбалась своему отражению.
— Молодец, Ира, — говорила она себе. — Ты справилась.
А однажды вечером, сидя с Катькой на кухне с бокалом вина, она засмеялась:
— Знаешь, а ведь я благодарна Вите.
— Чего? — подруга чуть не поперхнулась.
— Он научил меня ценить себя.
Катя хмыкнула.
— Ну, если так смотреть… Тогда ладно.
Они засмеялись, и в этом смехе была не только радость, но и свобода. Свобода быть собой.