Среда, 5 феараля. Это был самый обычный рабочий день, если бы не поход в Шую. Вербена, как я уже сообщала Дзену, успешно взошла и также успешно исчезла. Помчалась за попыткой номер Два.
И когда только закончится эта пакетиковая эпопея? А кто знает?
Да, никто. Папуасов притягивали стекляшки, п нас, неудержимых садоводом, манят, заманивая, яркие картинки. Радость та еще -- отхватим и перебираем красоту.
Сорт Скарлет. Не самыц дорогой из отхваченных покупок.
Этот сорт Микс на два рубля подороже.
А это эксклюзив. Голландская селекции. Как же без нее, без дорогущей. Продавец уже узнает меня в лицо, улыбается, руки потирает. Слово даю, погибнут эти сеянцы, впредь ни одного пакетика. Впрочем, и покупать уже нечего. Взяла последние. Раззорила отдел. Возвращаюсь домой ножкой. Всего- то минут двадцать по полю, мимо Марьиной Рощи. Дышим. Настальгируем. Живем..
Одно из самых первых моих детских воспоминаний. Мы идем с папой, мне пять лет, по песчаной тропинке вдоль девственного леса. И папа рассказыаает про самую важную битву Великой Отечественной войны. Останавливаясь, рисует на песке фрагменты Курского сражения. Мне кажется, что я слышу его голос. И самые яркие картинки всплывают в памяти - рисунки танков на песке и вековые сосны и ели.
Сегодня Лесопарк Марьина Роща в запустении: бурьян, благородные, вековые деревья гибнут, пространство заполняет лесной ширпотреп и кучи валежника с мусором. Цевилизация, ядрена вошь!!!! А ведь было время: здесь отдыхала Шуя и вся округа.
Леса вокруг Шуи даже во времена Елизаветы Петровны были бескрайние, реликтовые. И ельники, как в Сибири, и сосны высоченные, и светлые березовые рощи. Чистые леса, породистые, с невысоким травяным подлеском. Недаром дочь Петра с превеликим удовольствием охотилась в нашей округе, когда скрывалась в Шуе от злых нападков Анны Иоановны. Ох, и любила она соколиные охоты на шуйских лесных просторах, рассекая верхом на гнедых! Но с приходом практичных помещиков, постепенно леса вырубались. И осталось около города к середине 19 века крохи лесных пятачков, один из которых принадлежал фабриканту Терентьеву. Его молодая жена, выпускница Института благородных девиц, одухотворенная столичной культурной жизнью, упросила мужа не пускать род топор лесную красоту, а устроить здесь рощу на пример московской. Любил ее муж, баловал.
И устроил таки парк для отдыха и прогулок благородных граждан. Окапал рвом лесной участок около 30 га, возвел переходный мостик. Беседки, скамейки, дорожки, поляны. В летние праздники самовары пыхтят, сладостями и баранками торгуют, пикники устраивают, прохаживаются под звуки оркестра.
Времена меняются. Лесопарк передают в ведение городской Управы. И получает он статус всеобщей доступности. Всяк мог погулять в нем. Историки описывают один из праздничных гуляний. Девки из 20 деревень толпами хлынули в Марьину Рощу хороводы водить. Каждая деревня сначала ведет свой небольшой хоровод. Затем мало -по -малу все хороводики сходятся и сливаются в обширный круг сажен 300 . Фабричные парни присоединялись к ним. Одним словом, народные гуляния с хороводами, раздольной песней от души, любовные услады и выяснениями отношений. Не без этого. . Новая эпоха. И Рощу вовлекают в революционную борьбу. Под видом отдыха на природе проводятся маевки, собрания рабочих. Казаки, нагайки, выстрелы, стоны. Не один десяток наганов припрятаны в массиве.
.. В предвоенные годы парк меняет характер развлечений. Установили вышку для прыжков с парашютом, соорудили тир, качели с каруселью. Тот же чай с пряниками и конфетами. Только не слуги мелькают и приказчики с самоварами и разносами, а столы накрывает лесник с семьей. Да и песни с танцами организуют под гармонь. И я еще помню среди деревьев спрятанный симпатичный домик лесника с подворьем. Война навсегда закрыла историю парка Марьиной Рощи.
После войны в городе появился новый парк, а Роща превратилась в заповедник природы, кафедру растительного мира под открытым небом. И пока службу исправно несли лесники, реликтовые деревья оберегали и хранили.
Затем в кабинетах и этот статус затерялся. Сегодня Марьина Роща и не лес, и не природная зона. Ее вообще по документам не существует. Испарилась! В бумагах не отыскать следа тех елей и сосен, которые до массового прихода людей уже здесь росли. Но, к счастью, немного реликтовых деревьев как- то умудрились выжить.
Не могу утверждать, помнит ли Марьина Роща Ивана Грозного и Хана Герея, Смуту и князей Шуйских, польских интервентов и ополченцев Пожарского, но, наверняка, не забыли Елизавету Петровну, колокольный перезвон храмов и гутки фабричные, голос Фрунзе и многоголосье митингующих И тем более имена и лица шуян - героев Великой Отечественной, труженников, строителей, ткачей, моих одноклассников, не вернувшихся из Афганистана, пацанов, пережиаших Чеченскую... И даже студентов биофака пединститута.
Если бы вековые деревья могли говорить! Увы! Они молчат, но хранят историю нашей страны, из которой полстрочки вычеркнуть опасно, иначе можно окончательно потерять целостность этой страны, как "потерялась" Марьина Роща...
Спасибо, друзья, что читаете! С надеждой и верой Любовь Крупина. 2025