Я видела сон. Но в нём прекрасно понимала, что нахожусь на диване, я на нём спала. Знала, что это сон. На кухне, которую я могла легко видеть со своего дивана, я видела своего отца, родного.
Худощавый мужчина, с вытянутым лицом и слегка виноватым взглядом. Он смотрел на меня, стараясь будто бы извиниться:
- Дочь, ты хотела её видеть, вот она.
Он стоял у окна, а перед ним сидела на моей табуретке женщина, не сказать, чтобы с идеальной фигурой, скорее всего с обычной женской, грудь есть, бёдра выделяются и волосы коротко стрижены. Взгляд был такой, будто бы ей всё это не нужно, просто попросили и она пришла.
Возраст дамы примерно лет 50-60. У неё коротко-стриженные волосы светлого цвета. Вид у отца во сне был виноватый, такой, какой бывает у большинства мужчин, чувствующих сильный характер своей дамы и старающийся с ней не ссориться.
Как раз в то время я болела. Вернее физически у меня не было боли, но орган был уже сожран вирусом.
- Дальше будет рак, чего тянешь? - медсестра, осматривающая меня, смотрела и говорила укоризненно, с большим осуждением.
А я не знала, что болею...
Мысли о биологическом отце почему-то не оставляли меня. Даже в момент его жизни я не думала так часто о нём.
Мой родной отец умер, когда мне было 18 лет, вернее не умер сам, его убили. Родители развелись, когда мне был ровно 1 год, и я никогда не видела своего родного отца при жизни.
Моя старшая сестра ходила к нему в гости, а я нет. Вы бы видели меня с моим категоричным характером в подростковом возрасте и лет до 25. Я была точно убеждена в своих мыслях.
Причины вести себя именно так у меня были.
Будучи совсем маленькой, мне было может быть лет 8-10, я его ждала. Я была уверена, что он обязательно придёт, и мы пойдём с ним есть мороженое в кафе, расположенном в центре нашего города. Там ещё тогда были те самые железные чашечки, мороженое было обалденно вкусным, сверху его поливали сиропом.
Но он не пришёл, когда я его ждала, а значит у меня родилась обида. Уверенная, прочная и навсегда. Ни когда он звал меня через сестру, ни в день похорон, ни после я к нему не пришла.
Нет, это не та история, где я чувствую себя виноватой и прошу прощения. Скорее всего, думаю, что никто не виноват, каждый живёт так, как хочет и имеет право на свои личные отклонения от нормы.
Не люблю вот этот перекос, когда кто-то виноват, а все вокруг хорошие. Это камень сейчас в огород современной психологии, где уверяют, что мать во всём виновата, понаносила травм ребёнку, а он теперь вот лежит на диване бедненький без завода в собственности.
Нет, я вижу проблему иначе. Есть взрослые, которые жили так, как им нужно было и имели свои убеждения по поводу личного поведения. Есть я, имеющая право обижаться на то, что мне не нравилось.
И да, ещё одно бесит в современной психологии - нам запрещают обижаться, заставляют отпускать и внушают, что это плохо. Но, если обида есть, она просто есть, ничего не сделать, можно научиться с ней жить.
А теперь объясню сон.
Мама всегда говорила, что отец назвал меня Людмилой не просто так. Это было его личное желание. Его первую любовь звали именно так. Я не знала при жизни ни его, ни ту женщину.
Имя в детские годы мне не нравилось, а сейчас я его обожаю. Один из влюблённых в меня мужчин называл меня ласково "Мила, ласточка моя!" мужчину я не оставила тогда возле себя, а имя навсегда полюбила.
(у этой истории есть продолжение, возможно чуть позже оно появится у меня на канале)