На южном берегу Крыма, где горы встречаются с морем, словно из камня и времени вырастает Воронцовский дворец — символ романтической эпохи и дерзкой человеческой мысли. Его зубчатые башни, словно повторяющие очертания Ай-Петри, кажутся продолжением самой природы. Здесь, в Алупке, камень и история сплелись в вечном танце, создав шедевр, который и спустя два века заставляет сердце биться чаще.
Моё оздоровление в санатории "Мисхор" продолжалось. Днём я путешествовала по Крымским удивительным местам, а если хватало времени - проходила какие-то процедуры. По вечерам была главная процедура - игра в настольный теннис. Кто-то шёл на танцы, а я к столу. За первую неделю моего отдыха у нас сложился сплочённый коллектив любителей пинг-понга, мы все перезнакомились, нашли общие темы для бесед в ожидании своей очереди, а с некоторыми друзьями и по сей день я продолжаю общаться в соцсетях.
Очередным объектом для посещения у меня был намечен Вороцовский дворец.
С утра пошёл дождь. Моё погодное везение на этот раз подвело. До дворца было 4 остановки в сторону Алушты на 102 или 32 автобусе. После шлагбаума широкая асфальтированная дорога повела меня ко дворцу. По обе её стороны шелестел опадающей листвой густой лес, справа высокий, слева кустистый. Снизу доносился шум моря. Сегодня штормило. Минут через 10 показался он - великолепный, с башнями, величественного серого цвета.
В 1828 году граф Михаил Воронцов, герой войны 1812 года и англоман, задумал построить летнюю резиденцию, достойную его амбиций. Первые архитекторы — Харрисон и Боффо — начали работу в стиле классицизма, но внезапная смерть Харрисона изменила судьбу проекта. Воронцов обратился к Эдварду Блору, создателю Букингемского дворца, который, никогда не бывав в Крыму, по эскизам создал проект, объединивший готику, стиль Тюдоров и мавританские мотивы.
Строительство длилось 20 лет. Диабаз — камень вулканического происхождения, прочнее гранита, — добывали вручную, обрабатывая его зубилами. В работах участвовали крепостные мастера, чьи имена сохранила история: лепщик Роман Фуртунов, резчик Ермолай Иванов. Результат? Пять корпусов, где западные фасады напоминают средневековые замки.
Экскурсия уже началась и мне пришлось догонять группу. Экскурсовод - молодая девушка с очень плохой дикцией, понять её можно было с трудом. Я заметила отличие питерских экскурсоводов от местных. Местные, ввиду небольшого объёма экскурсионного материала, старательно описывали все фотографии, картины и всякие мелочи. Было немного скучно.
150 комнат дворца — это путешествие по стилям и континентам. В Голубой гостиной лепные розы на лазурных стенах соседствуют с белым роялем Елизаветы Воронцовой. Парадная столовая, оформленная резными дубовыми панелями, напоминает рыцарский зал, а в Китайском кабинете стены расшиты рисовой соломкой — работа крепостных мастериц.
Камины в каждой комнате, сделанные тоже из диабаза, но отшлифованного до зелёного блеска, портреты предков, зеркала в резных рамах — здесь всё дышит историей. Даже потери времени не властны над этим местом: бильярдный стол, утраченный в советские годы, заменили находкой из ялтинских складов, сохранив дух эпохи.
До 1917 года дворец принадлежал семье Воронцовых, затем был национализирован. С 1956 года дворец и парк входят в Алупкинский музей-заповедник. Посетители могут осмотреть парадные залы (например, Голубую гостиную и Китайский кабинет), Львиную террасу с мраморными скульптурами.
Дворец пережил революции и войны. В 1941 году фашисты вывезли сотни экспонатов, но старший научный сотрудник Степан Щеколдин, рискуя жизнью, прятал ценности и спас здание от взрыва. В 1945-м здесь разместили Уинстона Черчилля — ирония судьбы для творения английского архитектора.
Сегодня, гуляя по залам, где звучал Шаляпин и стучали шары бильярда Воронцовых, понимаешь: это не просто музей. Это живая книга, где каждая страница — история любви к красоте, преодолевшей войны, границы и само время.
Во дворце было прохладно. А на улице холодно. Шёл дождь. Но львов и парк я должна была посмотреть.
Львиная терраса — визитная карточка дворца. Шесть мраморных львов, созданных итальянским скульптором Бонанни, «охраняют» парадную лестницу.
Одни спят, другие бодрствуют, третьи готовы к прыжку. Их позы — метафора времени, застывшего между прошлым и настоящим.
Одного из спящих львов Бонани сделал собственноручно, остальных — его ученики под руководством наставника.
Скульптура спящего льва считается лучшей.
У сувенирных палаток, где в одной из них я купила мраморную фигурку спящего льва в подарок мужу, стоял автокар. Водитель предлагал экскурсию по парку. Туристы под зонтиками проходили мимо, а я спросила, повезёт ли он меня одну? Водитель согласился.
Парк, раскинувшийся на более 30 гектарах, очень красивый и необычный. Немецкий ботаник Карл Кебах 27 лет превращал каменистый склон в райский сад.
Верхний парк, с его «хаосом» из диабазовых глыб и тенистыми аллеями, напоминает английские пейзажи. Нижний — воплощение итальянского Ренессанса: фонтаны, мраморные вазы, пруды с лебедями.
На тот момент на пруду жили два лебедя. Гоша - дикий, а второй - ручной, забыла как его (её) звали.
Но когда пришла девушка - работник музея с молочаем и позвала Гошу - он приплыл и стал тереться, как кот, о её брюки, хотя гладить себя не давал. Гоша с удовольствием полакомился травой и отплыл по своим делам.
В парке растут 200 видов растений: чинары, кипарисы, магнолии, араукарии. Пять видов кедров, платаны, земляничные деревья с голым стволом в молодости, до которого нельзя дотрагиваться руками (дерево получает ожог).
Родники, бьющие у подножия Ай-Петри, питают каскады и ручьи.
Обезьянье дерево - чилийская араукария. Это редкое хвойное дерево, эндемик Южной Америки, которому уже более 160 лет.
Название «обезьянье дерево» связано с высказыванием британского коллекционера растений, который, демонстрируя араукарию гостям, сказал: «Забраться на это дерево было бы загадкой и для обезьяны!». Араукария огорожена от вандалов забором.
Автокар довёз меня до выхода и я отправилась в интересное место, которое приметила по дороге по дворец.
Я очень замёрзла, дождь не прекращался, а профилактика от простуды мне совсем не повредит.
Воронцовских дворцов в России два. Второй находится в Санкт-Петербурге. Он построен в 1749–1758 годах для канцлера Михаила Воронцова по проекту архитектора Франческо Растрелли в стиле елизаветинского барокко. Участок между Фонтанкой и Садовой улицей был выбран для создания роскошной городской усадьбы. Дворец отличался пышными интерьерами с более чем 50 парадными залами, лепниной и плафонами работы итальянских мастеров, но из-за финансовых трудностей Воронцов продал его в казну в 1763 году.
В советское время здание занимали военные учреждения, долгое время размещалось Суворовское училище, а сейчас здесь находится Третий кассационный суд общей юрисдикции.
Во время вкусной дегустации я немного согрелась и отправилась обратно в санаторий, чтобы отдохнуть перед новыми поездками.