— И зачем, дочка, ты его привела? — мать взглянула на бедно одетого мальчишку.
— Ты не видишь на его лице кровь, мама? Стасику помощь нужна.
— У него есть отец, пусть и суетится, а ты, Настя, займись выполнением домашнего задания.
— Мама, да ты бессердечная. Он с трудом вырвался из цепких рук своего отца и сбежал.
— Так пусть твой Стас бежит дальше до медпункта.
— Зимой босиком в трусах и майке. Эх, мама, мама! А ещё на врача училась, пока не выперли из института, — Анастасия, не обращая внимания на возмущение матери, повела Станислава на кухню, а там обработала ему ранки на лице. После отвела в свою комнату.
— Настюха, у тебя такая маленькая комнатка, как тамбур. Может, мне в гостинице переночевать? — беспокоился Стасик.
— Какая гостиница? У тебя что, банковская карта в трусах? Прекрати капризничать. Ну да, тесно, и кровать полуторка. Но мы оба худенькие, и поместимся бочком.
— Я для тебя уже и не мужчина, что ли?
— Стас, нам по пятнадцать лет. Как подрастёшь, то я приму твои ласки, а сейчас не до этого. А в гостиницу не суйся. Ты несовершеннолетний.
— Я закон знаю, Настя. С 14 лет можно, но я согласен с тобой. Твоя комната уютная, и кровать не такая узкая.
Анастасия вернулась на кухню. Вскипятила чайник, заварила и с бутербродами принесла Станиславу. Парень даже обрадовался. В домашнем костюме Насти и в её тапочках он согрелся, да ещё и горячим чаем добавил.
В комнату заглянул отец Насти Максим Петрович. Он только что вернулся с работы. За его спиной стояла её мать Ольга Николаевна.
— Ты собрался у нас жить, Станислав? А по правилам это, имея своё жильё? Одобрит ли твой отец такое переселение?
— Максим Петрович, моему отцу не до меня. Очередную девку в квартиру привёл. Я ему мешаю, да и руки распустил.
— Понятно. Только тебе не к нам, а в органы опеки нужно обратиться. Его лишать родительских прав.
— Папа, ты давай Стасику правильные советы, а не эти. Его же в детский дом отправят.
Ольга Николаевна выглянула из-за спины мужа.
— Ещё одного нахлебника нам не хватало, Настя. Папа один работает. Тебя, тройняшек и меня содержит.
— Я не нахлебник, Максим Петрович. У меня на карте есть деньги, и я вам сейчас перекину на своё содержание, — Станислав включил ноутбук Анастасии. Там он вошёл в онлайн и попросил Настю продиктовать номер телефона её отца.
Когда на карту Максима Петровича упало сто тысяч рублей, он улыбнулся.
— Ну ты, парнишка, даёшь! Откуда у тебя такая сумма? Мамкины небось?
— Я их зарабатываю своей головой. Купил бы себе квартиру, но нужно дождаться совершеннолетия.
— А твой отец знает об этом?
— Нет, Максим Петрович. Он бы тогда мои деньги спускал на своих девиц.
— А честно ли ты их зарабатываешь? Может, взломал сайт банка и воруешь понемногу?
— Даже не сомневайтесь. Играю на бирже в интернете.
— Да оставайся у нас, парень, раз такой умный. Нашу Настюху в учёбе подтянешь. Она слаба в этом, как и её мать, — и взглянул на жену.
— Максим, зачем оскорбляешь? Я тебе четверых детей родила.
— Спасибо! Дочек люблю, но... Да ладно, а то обидишься.
Он вышел, прикрыв дверь, но вскоре вернулся.
— Да, Стасик, хочу предупредить. В нашей квартире тесно. В одной тройняшки спят в кроватках, и там даже Насте нет места. В гостиной мы с женой, но сам понимаешь, между нами любовь. В Настиной вторую кровать негде поставить. Так что имейте в виду, чтобы у вас не появился третий в этом возрасте. Станете совершеннолетними — делайте что хотите. А такую сумму ты мне ежемесячно отправляй. Она больше моей зарплаты. — Максим Петрович, усмехнувшись, вышел. Его уже не беспокоили отношения несовершеннолетних в одной кровати. Главное — у него появился дополнительный доход, а в будущем раскрутит парня, да и работу бросит. Знавал он таких умельцев зарабатывать в интернете. И один из них, как золотая рыбка, в его квартире. Даже если что и случится меж ними, то этот парень непременно женится. А иметь такого зятя — это подарок судьбы. Молодец Станислав, что не посвятил отца в свои секреты.
Прошло три года.
Отец Станислава был рад, что его сын проживает отдельно. Ему вольготно в квартире вставать с постели и, не одеваясь, ночью посещать санузел или кухню, чтобы утолить жажду, а затем вернуться к женщине, которая его ждёт в спальне. Жизнью сына он не интересовался. Мир не без добрых людей, так он думал.
Приближался выпускной вечер в школе. Анастасия перемеряла все свои красивые наряды, купленные щедрым Станиславом, и расстроилась.
— Стасик, ну во всех живот выделяется. Как я в этом туда пойду? Сразу все заметят. Широкие платья нарядно не выглядят, да и надоело последний месяц в них ходить в школу.
— Настенька, перестань расстраиваться. Ты же не носишь тройню, как твоя мама когда-то. Если бы это было так, то на твоём сроке четыре месяца живот был бы значительно больше. Я просто немного оплошал в тот раз, и вот результат. Но это же прекрасно, Настенька! Поехали в магазин для беременных. Там мы сможем подобрать всё необходимое. Я уже ознакомился с ассортиментом в интернете и знаю, что там можно найти.
На вручение аттестата в школьном зале Анастасия появилась в вишнёвых капри, таких же туфельках и розовой широкой блузе, низ которой собран под резинку. Никто не заметил её беременность, как и раньше. Знали только родители Насти, но они не возражали. Дочь бездарна, но с выбором жениха сообразила. Да и одеты родители были очень даже прилично благодаря Станиславу. Четырёхлетние дочери-тройняшки в одинаковых красивых платьях сидели рядом с родителями на предпоследнем ряду.
После вручения аттестата Станислав сообщил выпускникам и учителям:
— Мы с Настей приглашаем всех вас завтра на нашу свадьбу, — назвал время и адрес ресторана. Им захлопали в ладоши. А это означало, возможно, не все, но многие приедут. ЗАГС жених и невеста посетят только с родителями и с её сестричками.
Для родителей Анастасии это оказалось сюрпризом. По дороге к дому они с радостью удивлялись будущему зятю, который таким оказался загадочным. Мать Насти ждала этого и порывалась спросить дочь, когда узаконят отношения. А оно вот так случилось.
Свадьба Насти и Стаса была в полном разгаре, а он вывел невесту на улицу, там, взяв её на руки, сел с ней в ждавший их лимузин, и они покатили по московским дорогам.
— А куда мы едем, Стасик?
— Немного покатаемся, а потом для тебя будет сюрприз.
— Ты полон неожиданностей, и я тебя очень люблю.
Сидя на последнем сидении, супруги обнялись и поцеловались. Им было хорошо рядом и никогда не хотелось расставаться после того момента, когда Настя спасла мальчишку и приютила в своей комнате.
Сюрпризом оказалась квартира. Она в старом доме, но в ней хороший ремонт и красивая мебель.
— Стасик, а спальня, а кровать! Всё такое большое. Да я тебя обожаю!
— Я люблю тебя, Настенька, и очень. Для тебя готов горы свернуть. Мы ещё так молоды, но у нас уже семья. Скоро малыш будет бегать по комнате, и его детский смех нас обрадует.
— Может и малышка, Стасик.
— Может, Настенька, и, подхватив её на руки, закружил.
Уже в кровати Настя спросила:
— Почему ты меня выбрал? Из-за помощи к тебе? Людка-красотка в нашем классе всем пудрила мозги. На свадьбе с тебя глаз не спускала. Ты один на неё внимание не обращал, а она злилась.
— До пятнадцати лет мне было не до этого. В школе я думал только об одном. А это скорее прибежать домой и включить свой ноутбук. В нём заключался весь мой жизненный интерес. Когда ты появилась тогда на улице, о любви пока не думал. Потом ночью ты бесстрашно согласилась проникнуть в мою квартиру, и, чтобы не разбудить моего отца с девицей, мы тихонечко собрали все мои вещи и вышли. Утром я свои ключи передал соседке, чтобы продолжала их хранить. Вот тогда я подумал, что с тобой можно идти в разведку. Когда спали в одной кровати, пришла ко мне любовь к тебе. Сначала какая-то детская или юношеская, а в тот момент, когда ты мне доверилась, — настоящая.
— В тот момент, Стасик, я стала самой счастливой, и мы с тобой даже не подумали о предохранении.
— Сама представь, сколько лет я терпел ночью рядом с тобой в кровати. Скоро мы с тобой будем папой и мамой, Настюшечка.
— А когда ты успел купить эту квартиру?
— Я, Настя, этим занялся ещё зимой, когда мне 18 лет исполнилось. Искал подходящий вариант двух четырёхкомнатных квартир непременно в старом доме и большой площадью. Не сразу, конечно, но агент позвонил и сообщил, что появились в продаже именно такие, одна над другой. Я и помчался оформлять. После посетил фирму и заключил договор на ремонт и перепланировку. Лестницу наверх выбрал, надеясь, что одобришь. Мебель сам подбирал. Комнату около нашей спальни оставил пустой. Детскую оформим, когда родишь.
Утром позвонил Станиславу Максим Петрович.
— Вы так незаметно сбежали вчера, оставив гостей. Вы в гостинице?
— Да нет, у себя дома.
— Это как понять, зять?
— Приезжайте, — и Стас смской отправил адрес.
Через пару часов появились родные Насти. Они с интересом обошли всю квартиру и удивились такой прыткости зятя. Вскоре привезли заказанные блюда, и Настя с матерью накрыла в гостиной стол.
Во время празднования, как назвал Максим Петрович, новоселья, Ольга Николаевна всплакнула.
— Хорошо устроились, молодые. А нам впятером ютиться в тесной квартире. Да и все вещи, которые ты мне, зять, купил, мне стали малы.
— Мама, ты беременная? — только сейчас Анастасия заметила это.
— Ты же знаешь, как папа сына хочет. Его не остановить.
— И опять тройней?
— В этот раз четвернёй, Настя. Пошутила я, дочка, один будет.
Услышав, Настя облегчённо вздохнула.
Вмешался Станислав.
Вы меня простите, Ольга Николаевна. Я с вашей семьёй достаточно расплатился за приют, выполняя всякие прихоти. До меня, как я думаю, на вашем столе редко были деликатесы, да и дорогие вещи, которые вы всем приобретали на моё заработанное. Я готов вам помогать, но в пределах разумного.
— Отказываешься, зятёк, от нас. Да если бы не мы, замёрз бы на улице на морозе.
— Я за это рассчитался с вами сполна. Вот если снимаешь номер в гостинице, то платишь за проживание. После, когда съезжаешь, счёт уже не предъявляют.
Максим Петрович встал и хотел уйти, но Ольга Николаевна, надавив на его плечо, заставила сесть на место.
— Прости, Стасик, ты во всём прав. Не можем мы вечно сидеть на твоей шее, но от ваших с Настей подарков никогда не откажемся. А с финансированием мы проблему сами решим, — мать Анастасии улыбнулась.
Праздник продолжился допоздна, и родня Насти осталась ночевать у них в квартире.
Кажется, что всё уже решено, но это не так.
Через неделю вечером Станислав с Анастасией этого не ждали. В квартиру позвонили, и он открыл дверь.
— Мы у вас поживём. Свою квартиру сдали, — тёща с семейством заявилась, а зятя это взбесило.
— Как сдали? Почему не посоветовались? — Стас развёл руками.
— Я же вас предупредила, что сами будем решать финансовые проблемы, зятёк, раз тебя жадность в темечко ударила. Девочки, быстро наверх, и занимайте свои комнаты. Сестра вас не выгонит, — распорядилась Ольга Николаевна.
— Погодите! — Станислав преградил дорогу. — Надеюсь, ваши квартиранты ещё не въехали. Я готов вам опять сотню переводить, как изначально, но вы вернётесь к себе.
— Сто пятьдесят, Стасик, и плюс аванс, который нам уже заплатили в агентстве, а мы его потратили, — выдвинул условие Максим Петрович, понимая, что зятя на новую большую квартиру уже не раскрутить.
Так Станислав избавился от большого семейства жены, готовый ради любимой на эти условия, помня доброту Анастасии, но не его родителей.
Через несколько лет Станислав, после окончания института, работал программистом в крупной компании, но продолжал играть на бирже. Не постоянно везло, но всё же неплохо зарабатывал, обеспечивая любимую жену Настеньку, двоих дочек и младшего сынишку.
Тестю Станислав переводит уже удвоенную сумму, после их последней обещанной, да и профинансировал им большую квартиру в новостройке. А на это была причина. Тёща, после тройняшек, родила двоих девочек с разницей в два года. Затем всё же сына, и они на этом остановились. Станислав предполагал, что она рожала из-за финансирования зятя, а возможно, тесть всё же сына хотел.