Все могло закончиться плачевно.
Сергей Ольшанский известен прежде всего как защитник московского «Спартака» и сборной СССР. Но в его карьере был и тренерский опыт. Завязав с игрой в футбол, Ольшанский окончил Высшую школу тренеров и пошел в ЦСКА — передавать свой опыт молодым.
Работа в армейском клубе была достойной — дублеры под руководством экс-спартаковца стали вторыми в своем первенстве. Но основная команда вылетела, а в первой лиге иметь «двойки» не разрешалось. Ольшанский мог пойти на повышение и спасать ЦСКА из трясины, но внезапно его судьба сделала крутой поворот.
— По окончании сезона договорились, что перейду в штаб к Юрию Морозову. Возвращаюсь из отпуска, а на моем месте Валентин Бубукин. Оказалось, что Бубукина, своего давнего друга, пролоббировал Тарасов. Тогда же Юрий Нырков, защитник команды лейтенантов, отвечал в генштабе за отправку специалистов в дружественные страны. Здесь мест не было, предложили армейскую команду в Гвинее-Бисау, — рассказывал Ольшанский «Спортсу».
Тренера сразу предупредили: будет тяжело. Все-таки чуть ли не самая отсталая страна во всей Африке. Тем более был негативный опыт сотрудничества гвинейцев и советских специалистов — знаменитый Алексей Мамыкин сбежал спустя три месяца. Но Ольшанский решил: если надо, то куда деваться? Так и поехал он в далекую Африку, подписав договор на три года.
«Молил бога, чтобы хотя бы не в океан грохнулись»
В Гвинее советский специалист жил не на военной базе, а в коттедже около стадиона. Его жена Зинаида приехала к мужу только через пять месяцев — за это время он успел освоиться в экзотической стране. И понял, что попал, мягко говоря, в тяжелейшие условия.
Ольшанскому пришлось учить местный язык, иначе его попросили бы из команды. На первых порах повезло — один из футболистов был в СССР и сносно говорил по-русски. Через него все армейцы получали установку на матчи. А затем и сам Ольшанский научился говорить на креольском диалекте. «На тренировках общались с игроками без проблем», — рассказывал специалист.
Развлечений было немного. Каждое воскресенье Ольшанский ездил на морскую базу к другу, олимпийскому чемпиону по баскетболу Ивану Едешко, который тренировал местную команду. Там и веселись как могли — проводили шуточные турниры и выступали перед моряками за блок рыбы. Иногда, правда, удавалось попасть на гвинейские карнавалы — они такие же яркие, как в Бразилии.
Но Ольшанскому запомнился вовсе не отдых, а страх. На дальние выезды его команда добиралась на грузовиках, а если игра проходила на каком-либо острове, то в дело включался вертолет Ми-8. Однажды советский тренер возвращался домой… с пьяными пилотами.
— Оказывается, когда в Гвинее вызревает плод кажу, типа нашей сливы или персика, его выжимают, и спустя день на солнце он превращается в брагу. В эти дни вся страна ходит подшофе. Когда летели домой, я молил бога, чтоб хотя бы не в океан грохнулись. На суше от нас еще что-то может остаться. А в океане сразу сожрут. Но приземлились нормально — пилоты, видимо, привыкли в таком состоянии летать, — вспоминал Ольшанский.
Поехал капитаном — вернулся майором
Уровень гвинейских армейцев был, откровенно говоря, очень слабым. Об этом ярко говорит следующий эпизод. «Однажды к нам приехала «Красная Пресня», которую тренировали Романцев с Ярцевым. Переживали перед игрой. Говорю: «Да не бойтесь, обыграете вы нас». Так и вышло — «Пресня» выиграла 2:1», — рассказывал тренер.
Ольшанский так и не смог привыкнуть к рису и рыбе, которые были очень популярны в Гвинее. Еду готовил себе сам, благо во дворе росли фрукты. Также Сергей караулил корабли, которые два раза в год привозили провиант.
— Местные мальчишки на мою Зину поглядывали с почтением. В Африке культ пухленьких женщин. Типа символ богатства, достатка, — рассказывал Ольшанский «Спорт-Экспрессу».
Каких-либо спортивных результатов советский тренер в Африке не добился. Но у него была другая цель — повышение в звании. В Гвинею Ольшанский поехал капитаном, а в СССР вернулся майором. Уже в Москве он использовал свой опыт, работая в отделе спортивных игр ЦСКА.