Трудно сказать, чем руководствуется тот, кто пытается его всё время уколоть. Булавки, шпильки, ножницы, шило, иголки, колкие характером и острые на язычок, так и норовят поддеть его чем-нибудь, сказать что-либо дерзкое и обидное или задеть за живое. Бог весть, обижают ли его злые языки, царапают ли душу недобрые насмешки и несправедливые выпады, больно ли ему от их детского жестокосердия, неумного непонимания и агрессивной прямолинейности. Внешне-то он кажется неуязвимым и даже бесчувственным. Некоторые заявляют, что с его железной волей и твёрдым характером вся вражда беспощадного мира кажется ему лишь комариными укусами. «Приглядитесь к нему внимательно, — заявляют бесстрастные наблюдатели, — он специально провоцирует их, чтобы разозлить. Таким уж он уродился». Может, и есть доля истины в их словах, но, сдаётся, дело не в его характере. Не одна сотня нежных женских пальчиков и детских беззащитных ручонок не узнала безжалостной и беспощадной изнанки человеческих отношений благодаря ск