Ярослав СУЗДАЛЬЦЕВ
В Санкт-Петербургском государственном институте культуры состоялась открытая дискуссия, посвященная обстоятельствам гибели Михаила Лермонтова. С докладом о новой версии тех событий — «Мартынов не стрелял» — выступил писатель, сценарист и художественный руководитель театра «АлеКо» Алексей Козырев, который занимается изучением этого вопроса уже полтора десятка лет.
Согласно принятой версии, приехавший в Пятигорск Лермонтов проявлял неуважение к своему другу и бывшему однокашнику Мартынову, позволяя в его адрес неуместные шутки. Причиной дуэли стала ссора, которая произошла между Мартыновым и поэтом 13 июля 1841 года. Спустя два дня состоялся поединок, рядом с дуэлянтами присутствовали секунданты Глебов и Васильчиков.
По словам Козырева, множество вопросов остается к поведению свидетелей, включая секундантов, и Мартынова сразу после поединка, к их путаным и противоречивым показаниям. Суд принял крайне мягкое решение, которое 3 января 1842 года было еще более смягчено повелением Николая I: «Майора Мартынова посадить в Киевскую крепость на гауптвахту на три месяца и предать церковному покаянию. Титулярного советника князя Васильчикова и корнета Глебова простить, первого во внимание к заслугам отца, а второго по уважению полученной тяжкой раны».
Одна из причин того, что споры вокруг тех трагических событий не утихают, — траектория пули, убившей поэта. Она никак не соответствует тому, как стояли дуэлянты. В связи с этим высказывалась даже совсем фантастическая версия о выстреле некоего чуть ли не подосланного царем снайпера, находившегося на склоне горы за спиной Лермонтова.
Алексей Козырев выдвигает версию, что причиной смерти Лермонтова было… самоубийство. Идя на дуэль, видимо, поэт для себя уже твердо решил умереть, притом в присутствии друзей, демонстративно. В своем роде определенный вызов, эпатаж, что всю жизнь было ему свойственно. Многие исследователи биографии поэта уверены в том, что Лермонтов сам искал смерти, жизнь его тяготила. Нельзя также отбрасывать и генетический фактор. Практически никто из близких родственников Лермонтова не дожил до глубокой старости. Из-за несчастной любви покончил с собой дед Михаила Юрьевича, тоже, кстати, Михаил.
Свидетели гибели поэта до конца своих дней либо отмалчивались, либо крайне скупо говорили о дуэли, стараясь строго придерживаться официальной версии. Мартынов же молчал, ссылаясь на то, что «считает себя не вправе вымолвить хоть единое слово в осуждение Лермонтова и набросить малейшую тень на его память», тем самым давая понять, что рассказ о дуэли был бы не в пользу поэта.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 50 (7626) от 20.03.2024 под заголовком «Мартынов не стрелял?».