Новый год отгремел.
А телефон дилинькает до сих пор. Это сыплются открытки. Открытки я и в бумажном виде терпеть не могла. Все эти «поздравляю, желаю…» Напишут раз в год и все равно ни слова нормального. Вроде родственники, вроде друзья… А как живут, о чем думают, к чему стремятся – неизвестно. В открытках это не пишут. А теперь и вовсе – не надо даже напрягаться и желать здоровья, удачи, счастья в семейной и личной жизни. Прикрепил виртуальную открытку и всех поздравил под копирку.
Терпеть не могу открытки.
Тем более виртуальные.
Звонок. Маша Федорова. Сколько же мы знакомы… Лет тридцать… Маша фоторедактор. Вот как раз тридцать лет она фоторедактор. Познакомились, когда она только начинала свою трудовую деятельность. Это была газета «Советская культура» где я работала уже по окончании моей артистической карьеры. Потом были другие газеты, журналы… И как-то пересекались то там, то здесь. Собственно, как и с другими людьми. Но вот другие безболезненно отпали. А Маша осталась. И созваниваемся редко. И встречаемся еще реже. А человек остается. В чем секрет?
Итак, звонок. Ну поздравляю, желаю – программа обязательная.
И я тебя. И ты меня. Ну а теперь рассказывай.
Оказывается.
Газету «Собеседник», где Маша работала последние несколько лет, закрыли. Да не просто закрыли. Закрыли как иноагента. Точнее иноагентом признали издателя, а само издание как бы само паровозиком пошло. Чего уж там они писали, понятия не имею – не читала я эту газету, как и советовал профессор Преображенский. Но видать, накосячили сильно. Газету закрыли, работников уволили. Сначала казалось – ну и ладно. Хороший фоторедактор, а Маша не просто хороший – супер профи, всюду нужен. И в ТАСС зовут, и в Известия, и в Коммерсант… Ничего, без работы не останемся. А вот и не так. Там отказали, тут промолчали, там на звонки не отвечают… И тут Маша начинает понимать, что она, оказывается, тоже немножко иноагент. Хотя профессия ее никакой политической окраски не несет. Да и место работы выбрала вовсе не политическим мотивам. А просто редакция была от дома недалеко. А вот все равно – раз ты из «Собеседника», все пути для тебя закрыты. И весь твой тридцатилетний опыт, и все твои связи, и все отношения, годами складывающиеся – все это потеряло свою ценность в мгновение закрытия «Собеседника».
А ведь другой профессии нет. И других путей не знаешь. И искать их вроде поздновато… И кушать что-то надо…
В 1968 году – со мной - то же самое. Просто ОНИ не знали, что мне этот пединститут на фиг не нужен. Я туда поступила исключительно для родителей. Никаким педагогом я быть не собиралась. Но ОНИ этого не знали. А если бы… Перекрыли бы пути будущему Макаренко. Или Ушинскому.
А всего-то: танки в городе – это НЕЛЬЗЯ. Нельзя чтобы по улицам дружественной Праги ездила советские танки. И никто объяснял – зачем эти танки, почему…. Сейчас только начинают открывать те далекие страницы…
И сегодня – все то же. В творческой среде нормально – быть против политики власти. Против любой власти. И тоже, как и тогда - ВОЙНА – ЭТО УЖАСНО. Люди гибнут – это ужасно. Так НЕЛЬЗЯ. НЕЛЬЗЯ.
Хотя теперь много вроде бы говорят по телевизору. Вроде все объясняют. Но вот когда Путин сказал, что мы за демилитаризацию и денацификацию Украины, мой сосед, бывший военный, между прочим, спросил: - Ну и где ты видела милитаристов на Украине?
Значит непонятно объясняют, раз не все поняли.
Ну конечно, война это ужасно. Но какая альтернатива? Подождать, пока война придет В КАЖДЫЙ ДОМ? Когда все, стар и млад пойдут рыть окопы и ставить ежи против танков, и сядут на крыши с антидроновыми ружьями… Или забьются в подвалы без еды, воды и туалета…
А так-то, конечно – войну надо прекратить. Только как? Как ее прекратишь, когда в Черном море подлодки американские, корабли английские, на берегу народ, обалдевший хочет резать русню.
Не верится? Не верится, конечно. Ведь мы – один народ.
Один? А может уже и не один совсем… А может и не два. Мы и здесь разделились на убежавших, оставшихся без восторга, тех, кто честно воюет и тех, кто на войне делает деньги, на саботажников, патриотов, ждунов, доверчивых старушек, с миллионами под подушкой, несущихся помогать генералу ФСБ ловить преступников, подростков с коктейлем молотова…А в основном на тех, кто просто живет своей жизнью и не пытается ни в чем разобраться. Просто живет, как будто ничего не происходит за пределами его маленького мира. Очень разнообразное у нас общество.
А Маша поплакала-поплакала и устроилась в магазин, где продают всякие вещи для животных. А таже корм и лекарства для них. Продавцом. И ей это очень понравилось. Маша животных любит – у нее две собаки и две кошки. И магазин этот рядом с домом. И зарплата в два раза выше, чем в «Собеседнике». В общем, кончилось все хорошо.
Хотя все равно обидно
3.01.25
Если было интересно, подпишитесь и поставьте лайк. А также жду комментариев