Найти в Дзене

Страницы безумия

В маленьком антикварном магазине на окраине Санкт-Петербурга Анна нашла дневник. Он лежал в углу, среди старых книг и пожелтевших газет. Кожаный переплёт был потёрт, страницы — испещрены мелким, аккуратным почерком. Продавец, пожилой мужчина с потухшим взглядом, сказал, что книга попала к нему от старушки, которая умерла в одиночестве. "Берите, если хотите, — сказал он, — но будьте осторожны. Говорят, эта вещь... особенная". Анна, увлечённая историей, купила дневник, не придав значения его словам. Она работала архивистом и часто имела дело со старыми документами. Этот дневник казался ей просто ещё одной интересной находкой. Первые дни она читала его с любопытством. Автор, женщина по имени Лидия, писала о своей жизни в начале XX века. Её записи были полны подробностей о быте, отношениях с мужем, детях. Но чем дальше Анна углублялась в текст, тем больше странностей замечала. Лидия писала о том, как её муж начал меняться: стал замкнутым, агрессивным, а потом и вовсе исчез. Дети, по её сло

В маленьком антикварном магазине на окраине Санкт-Петербурга Анна нашла дневник. Он лежал в углу, среди старых книг и пожелтевших газет. Кожаный переплёт был потёрт, страницы — испещрены мелким, аккуратным почерком. Продавец, пожилой мужчина с потухшим взглядом, сказал, что книга попала к нему от старушки, которая умерла в одиночестве. "Берите, если хотите, — сказал он, — но будьте осторожны. Говорят, эта вещь... особенная".

Анна, увлечённая историей, купила дневник, не придав значения его словам. Она работала архивистом и часто имела дело со старыми документами. Этот дневник казался ей просто ещё одной интересной находкой.

Первые дни она читала его с любопытством. Автор, женщина по имени Лидия, писала о своей жизни в начале XX века. Её записи были полны подробностей о быте, отношениях с мужем, детях. Но чем дальше Анна углублялась в текст, тем больше странностей замечала. Лидия писала о том, как её муж начал меняться: стал замкнутым, агрессивным, а потом и вовсе исчез. Дети, по её словам, "ушли в тень". Сама Лидия признавалась, что чувствует, как что-то тянет её вниз, в темноту.

Анна списала это на метафоры или психическое расстройство автора. Но однажды вечером, когда она читала дневник при свете настольной лампы, её внимание привлекла странная деталь. На одной из страниц чернила вдруг начали расплываться, образуя новые слова. Анна присмотрелась: "Ты следующая".

Она отбросила дневник, но через несколько минут, успокоившись, решила, что это игра света или её воображение. Однако на следующий день она заметила, что её собственные записи в блокноте начали исчезать, а на их месте появлялись те же слова: "Ты следующая".

С этого момента всё пошло наперекосяк. Анна начала терять вещи: ключи, кошелёк, телефон. Они находились в самых неожиданных местах: в морозильнике, в шкафу с бельём, на балконе. Однажды она обнаружила свой паспорт в духовке, хотя точно помнила, что положила его в ящик стола.

Потом начались сны. Каждую ночь ей снилось, что она стоит перед зеркалом, а её отражение медленно поворачивается к ней спиной. Однажды утром она проснулась с царапинами на руках, хотя не помнила, как они появились.

Анна решила избавиться от дневника. Она отнесла его в мусорный контейнер, но на следующий день книга лежала на её столе, открытая на той самой странице с угрожающей надписью. Она попыталась сжечь её, но огонь не брал страницы. Они чернели, но не горели.

Тем временем её жизнь начала рушиться. На работе её обвинили в потере важных документов, хотя она точно помнила, что сдала их вовремя. Друзья перестали звонить, а соседи начали избегать её, словно чувствуя, что с ней что-то не так.

Однажды вечером Анна нашла в дневнике новую запись. Это был её почерк, но она не помнила, чтобы писала это: "Я больше не могу сопротивляться. Он здесь. Он всегда был здесь".

Она поняла, что дневник не просто проклят — он жив. Он питается её страхами, её воспоминаниями, её самой. И чем больше она пытается от него избавиться, тем сильнее он становится.

Последние дни Анны были полны кошмаров. Она перестала спать, едва ела, часами сидела перед зеркалом, шепча что-то себе под нос. Её отражение больше не повторяло её движений — оно жило своей жизнью, улыбаясь, когда она плакала, и плача, когда она смеялась.

В последнюю ночь Анна написала в дневнике. Её рука двигалась сама собой, выводя слова, которые она не хотела произносить: "Я знаю, что нужно сделать. Это единственный способ освободиться".

На следующее утро соседи вызвали полицию, услышав странные звуки из её квартиры. Когда дверь вскрыли, они нашли Анну. Она висела посреди комнаты, а её лицо было искажено улыбкой, которая не принадлежала ей. На столе лежал дневник, открытый на последней странице. На ней было написано: "Спасибо. Теперь я свободна".

Дневник исчез на следующий день. Говорят, его видели в том же антикварном магазине. Он лежал на полке, как будто ждал нового хозяина.