Вся книга "Исара" в одной подборке! - https://dzen.ru/suite/260d4654-e011-4cf6-bdb7-a882aa60420c
Предыдущая глава 8 тут: https://dzen.ru/a/Z6XhH19HNhGe8cR1
Глава 9. ПОИСКИ КИТОВОЙ ДУШИ
Это был самый обычный синий кит, самый незаурядный, один из немногих, плавающих в этот день в районе острова Хоккайдо. Он просто не знал, что в это время в районе того же острова люди решали проблему проникновения на другую сторону «грани», и им позарез нужен был кто‑то большой, чтоб спрятаться в нём и остаться незамеченными.
Несколько десятков человек сели на китобойные суда: их целью был любой кит, которого необходимо было поймать максимально жизнеспособным, поэтому метательные гарпуны с взрывающимися наконечниками были отложены на самый крайний случай.
Приняли решение загонять кита сетями как можно ближе к побережью, зафиксировать его на мелководье, разрезать жировой слой, спрятать туда человека и снаружи зашить разрез. После проведённых процедур к хвосту кита было решено привязать канат, с помощью которого небольшим судном транспортировать его поближе к «стене».
При приближении кораблей кит волновался несильно, в его планы входило просто поесть планктонных рачков и продолжить своё путешествие по океану.
Когда по всей глади воды стал раздаваться странный звук, кит немного напугался, звук шёл почти со всех сторон, стало неприятно, и он поплыл в одну сторону, с которой не было вибраций страшного гула. Сзади и по бокам шум нарастал, он был очень резким, монотонным и всепоглощающим.
Кит плыл в нужном направлении для загонщиков, которые, окружив его с трёх сторон, били железными палками по бокам кораблей и воде. После того как огромная рыба заплыла в небольшую бухту, загонщики расстелили по воде сети, отрезав ему единственный путь в океан. К делу приступили охотники… Расставив сети от корабля к кораблю, они начали ловить испуганное животное, пытаясь сделать всё возможное, чтоб он запутался в одной из ловушек. Ловить надо было срочно, ведь времени до прихода «стены» оставалось всё меньше и меньше.
Огромный кит метался в панике между мелководьем, скалами и кораблями. Страх стал просто всепоглощающим… кит кричал и пытался уйти на глубину, но в какой‑то момент времени, зацепившись за что‑то тянущее, сковывающее его движения, он понял… вырваться не получится…
Кит начал крутиться и нырять. Его крик тонул в радостных криках людей, тело переставало слушаться, он не мог шевелиться, а неведомая сила тащила его на берег.
Вдруг острая боль разорвала тело огромной рыбы пополам, весь правый бок онемел, и кит забился на песке, чувствуя, как выворачивается наизнанку его шкура.
Никто не может сказать, сколько продолжалась эта пытка, животное обессилело, правая сторона отказывалась подчиняться, а всё тело словно залили раскалённым свинцом. Когда его за хвост начали оттаскивать на глубину, он даже не сопротивлялся. Огромная полуживая туша кита всё время норовила уйти на дно, и отловщики подложили под него воздушные матрацы, которые не позволяли ему погрузиться с головой в алую от его же крови воду.
***
— Я сразу тебя отобрала, — тихо телепортировала Аша. — Ты один из первых получил браслет. Я сама тебя выбрала.
Я шёл рядом с ней, пытаясь навести в голове хоть какой‑то порядок. Так ждал момента разговора с Верховной, и вот… оп — а мыслей просто ноль!
— За что? — удивился я.
— Ты особенный. Не такой, как многие тут. И Паша очень похож на тебя и внутренне, и внешне. Он будет тоже очень светлым человеком. Немного бунтарь, но правильный, — Аша засмеялась.
— Почему он получил браслет прям у «стены»? Ты его не сразу увидела?
— Ох, Паша, — протянула Аша. — Он получил свой браслет, потому что многое понял и осознал, хорошо, что вовремя, ещё бы чуть-чуть и сгорел. Он стал таким, как ты, в тот роковой момент у Исары. Если бы не изменил своё мировоззрение тогда, стал бы, как его мама. Чёрствым, холодным… что ли.
— Те люди, что не получили браслет… умерли? — я задал этот вопрос в надежде услышать хороший ответ, но в глубине души понимал, что АЯ вчера была права и люди просто уничтожены, как вирус… как болезнь нашей планеты.
— Да, — отрубила Аша без возможности оспорить её ответ. — Они были больны. Кто‑то эгоизмом, кто‑то душевно, кто‑то генетически, а кто‑то манией величия и властью.
— А у меня зуб перестал болеть после прохождения сквозь «стену», — задумчиво-философски сказал я, чтобы просто не слышать о смертях тех, кто остался там.
— Исара тебя вылечила. Зуб и начинающуюся опухоль в груди, и Пашин ожог от браслета, — Аша улыбнулась. — Как и Чачу… все, кто проходит, излечиваются.
— Исара?
— Да. «Стена», по-вашему. Вы её так называете. «Стена», «грань» … Исара — это преграда, которую невозможно преодолеть, если она этого не хочет.
— Почему прошло так мало людей?
— Этот вопрос задали все жители общины, — тихо сказала Аша. — И каждому я ответила достаточно кратко — не заслужили, но тебе отвечу развёрнуто.
— Почему именно мне?
— Потому что ты примешь эту информацию спокойно. Ты особенный, хоть ещё и не осознаешь своей важности. Браслеты давались не просто так, и не вслепую. Наша цивилизация наблюдает за вашей планетой очень давно… если по вашим часам, то около двух миллионов лет. Ваш рассвет был светлым. Убивали столько зверей, сколько вам нужно для питания. Растили столько еды, сколько необходимо. Вы выбирали в вождей самых сильных и честных личностей. Лидеры были правильные. Сейчас всё так запутано стало, вы перешли все грани разумного. Стали убивать ради развлечения, ради удовольствия. Перестали чувствовать чужую боль, заставили зверей бегать в юбках по арене ради смеха. Бумажки и монеты правят миром. Жестокость и власть стали главными приоритетами. Знаешь, что творится за Исарой? Посмотри по АЕ. В безумстве страха перед неизвестным люди готовы убивать детей, чтоб отобрать браслет, готовы сдирать с животных шкуры, чтобы спрятаться, вспороли синего кита и ему, ещё живому, втиснули пару человек и отправили к Исаре.
— Зачем? Что с китом? — воскликнул я в ужасе, как будто всё видел.
— О-о-о-о, с китом всё хорошо, он доплыл до Исары, а дальше мы вылечили его, и теперь он тут, в безопасности. Как и Чача.
— А люди внутри него?
— Люди? Думаешь, они достойны жизни? Думаешь, они люди? По-моему, они как раз‑таки нелюди. Сколько мусора, сколько преград для животного мира настроили, сколько лесов вырубили, а атмосфера? А воздух? Всё убито ради денег, славы и власти за последние пятьдесят лет особенно.
— Почему Исару не смогли сломать?
— Зачем её ломать? — засмеялась Аша. — Её строили и разрабатывали лучшие инженеры нескольких рас. Она чистит вашу планету. Всё, что не принадлежит природе, разрушается до атомов, рассеивается… И под землёй, и под водой. Животные излечиваются, если она успевает к ним. Исара так спроектирована, что приманивает всё живое, как на наживку. Звери сами идут к ней. Ну кроме человека. Хотя и вас с браслетами она тоже приманивала, но вы боялись из-за общей паники вокруг себя.
— Да, и правда. Мне совсем не было страшно, очень хотелось пойти к «стене», и браслет очень нравился.
— Ну вот, по нашей задумке ты и должен был идти к Исаре, а не от неё. Просто проникнувшись всеобщей паникой, рванул в обратную сторону.
— А дети? Ты говоришь, что сгорели все нелюди… а дети? Они же добрые ещё, они же невинные.
— Да, но из-за ваших технологий и экспериментов, вы породили кучу вирусов, потом к ним породили кучу прививок, наплевав на иммунитет и естественный отбор, дети, не получившие браслет, генетически слабые. Зачем продолжать от них род?
— Ну это же дети! — вскричал я. — Мы гуманный народ!
— Кто гуманный? Те, кто придумал законы о гуманности? Те, кто расстреливает беременных олених в заповедниках? Ставит ради смеха капканы медведям в берлогу? Кто животных в цирках дрессирует электрическим током? Эксперименты косметики проводят на кошках и обезьянках? Лекарство на мышках? Кто гуманный народ? Те, кто даёт разрешения на вырубку лесов и сваливает миллионы тонн мусора в океан? — голос Аши был спокойным, однотонным и настолько уставшим от однотипных вопросов, даже показалось, что у неё совсем нет эмоций, в отличие от меня.
— Ну ведь дети не виноваты! — не останавливался я. — Они же мусор не сваливают! Разве моя Надюша —враг планете?
— Надюша нет, — согласилась Верховная, — но кого родят дети с убитым иммунитетом? Таких же слабых особей? А те ещё слабее? Так и до вымирания недалеко.
— А вылечить? «Стена» ведь может вылечить! Как мой зуб! — я прям в этот момент, почувствовав себя Пифагором, кричал: «Эврика! О, как здорово я придумал!!»
— Всех лечить? Психов, злых, супергуманных? Ты не понимаешь, Михаил. Человечество стало раковой опухолью. Когда‑то люди были частью организма этой планеты, но они стали другими, стали как болезнь — смертельной для Земли. Мы лечим Землю. Убираем раковые клетки.
— Но мы же не ваша планета! Это наша Земля! Какое вам дело до нашей планеты? Мы и есть часть экосистемы! Кто назначил вас судьями?
— Мы назначили! Вы для нас ребёнок, которому надо вырвать больной зуб, а мы, как ваша мама, которая приняла решение вести вас к доктору, чтобы излечить. Вы часть нас. Просто мы старше и мудрее…
— Вы наши родственники?
— Конечно. Пусть мы очень разные, но мы все жители одного дома, одной Вселенной. Вы, как дитя, напакостили, я, как взрослая, убираю.
— Я не понимаю… а младенцы?
— По нашему счётчику, детей до трёх лет девяносто миллионов триста восемьдесят четыре тысячи пятьсот шестнадцать. Из них у тридцати пяти процентов врождённые болезни, ещё у пятидесяти процентов психологические отклонения, и ещё двенадцать процентов рождаются недоношенными, что тоже не является нормальным течением жизни. Всего генетически здоровых три процента, это два миллиона семьсот одиннадцать тысяч пятьсот тридцать пять детей. Из них будут спасены триста семнадцать тысяч двадцать четыре ребёнка, совместно с их матерями, которые получили браслет. Всего шестьсот пятнадцать тысяч сорок три человека. Это больше половины всех, которых мы перенесём через Исару. Так что, мы спасаем практически двенадцать процентов детей.
— Так мало? Двенадцать процентов?
— Так много, Михаил! Это больше, чем при лечении любой другой планеты!
Мне было не по себе, я сидел на траве обхватив голову руками, и покачивался из стороны в сторону.
— Миша, мы призваны лечить живой мир. Человек стал неживым… Ты ведь знаешь, откуда у Виталя и Марины собаки? Они подбирали их. Половина была трёхногие, даже на двух лапах. Был со сломанной челюстью… гуманные детишки привязали ей к нижней челюсти петарду. Маринка всех выходила. Сделали тёплый гараж и лечили их там. По врачам таскались. Они очень светлые люди. Паша, пусть и в последний момент, но ведь понял, осознал, исправился, вон даже волшебное «прости» тебе сказал.
— Мы же разумные существа! Нам можно объяснить! Мы разумнее любого живого существа на этой планете! Но вы спасаете всех, кроме нас!
— Кто самый разумный? Человек? Кто тебе сказал такие глупости? В вашем мире только самые состоятельные, те, у кого больше всего денег, могут, уподобляясь животному, выбирать самое чистое место на Земле, есть экологически чистые продукты, жить в уединении с природой на тихом острове и каждый день бродить по пляжу, наслаждаясь солнцем и запахом свежескошенной травы вдали от городов и цивилизации. Только они могут себе позволить не забивать голову заработком денег, а спокойно ничего не делать, попивая чай из самых натуральных и чистых трав! Мы всего лишь дали вам возможность жить полной жизнью на чистой планете, не срывать спины тяжёлым трудом, работая сутками на того, кто собирает ракушки со своей яхты. В вашем мире только самый богатый может позволить себе жить как животное, по твоим словам, неразумное, в свободе и умиротворении.
Я сел на траву, ноги подкашивались, голова кружилась.
— Тебе надо отдохнуть, — сказала Аша. — Информация, как еда для голодного, много нельзя, надо кушать порционно.
— Вы убиваете семь миллиардов человек! — пробормотал я в ужасе. — Вы убили Надю!
— Нади просто не стало. Она не чувствовала боли и неприятных ощущений.
— Я видел страх в её глазах!
— Это длилось меньше секунды. Миша… — Аша легонько тронула меня за плечо. — Надя с тобой прожила прекрасное детство! Впереди у вас была юность. Ты знаешь, что такое ребёнок с синдромом Дауна в переходном возрасте?
— Мы с Верой читали очень много литературы, мы ходили к психологам.
— Миша, а ты не заметил, что про детей-даунов очень много говорят, пока они маленькие и хорошие. После двенадцати лет как будто отрезает всё. Никто толком ничего не знает, сплошные размытые истории… А я тебе отвечу почему, потому что в этом сложном возрасте у них просыпаются базовые инстинкты, и всё остальное меркнет под их важностью.
— Я не обратил на это внимание. Но да… Найти информацию про период переходного возраста крайне тяжело.
— А ты не думал почему? Может, потому что в этот момент солнечный ребёнок превращается во что‑то другое? Зачастую даже со здоровыми детьми тяжело преодолеть сексуальные барьеры переходного возраста и сдержать их любопытство. С особенными это сложнее в миллионы раз.
— В любом случае… Убить семь миллиардов!
— Больше, — тихо сказала Аша, — на планете Земля подлежит зачистке семь миллиардов шестьсот пятьдесят пять миллионов восемьсот семьдесят семь тысяч триста шестьдесят девять человек.
— Заче-е-ем? — устало спросил я.
— Чтобы спасти восемьсот тысяч человек, уникальную флору и фауну этой голубой планеты.
— А по-другому? Есть же ещё варианты! Ну не апокалипсис же!
— А давай мы с тобой встретимся завтра. И ты набросаешь мне другие варианты. Я с удовольствием их приму, и мы всё обсудим! Я же тебе сразу сказала — ты уникальный!
— Да за эти сутки уже все умрут.
— Глупости, — отмахнулась Аша, — ради этого мы остановим Исару.
***
Сколько Анна пробыла у колонны, она даже не знала. Утро сменилось вечером, а она всё сидела и сидела, закрыв глаза руками и не обращая внимания на суетящихся людей.
Вдруг кто‑то легко тронул её плечо и подал упавшего плюшевого котёнка её доченьки.
— У вас игрушка выпала, — сказала женщина лет шестидесяти.
— Спасибо, — Анна протёрла правой рукой лицо, а левой попыталась помочь себе встать с пола. Ноги не слушались, тело было словно налито чугуном, онемевшие конечности не шевелились.
— Вы совсем расклеились.
— Да ничего. Странно встретить в Испании русскоязычного человека, — Анна почти встала и улыбнулась впервые за несколько дней.
— В свете последний событий совсем не странно. Всё смешалось, и сейчас сложно сказать, в какой стране мы находимся, везде говорят на всех языках, — женщина отряхнула халат Анны от пыли и грязи. — У меня есть кофеёк в термосе. Будете? С коньячком.
— Я сейчас всё буду, — Анна была благодарна своей новой знакомой. — Меня зовут Аня.
— А я Ольга Борисовна. Вы откуда?
— Из Кемерово.
— Ух, как далеко. Как Вас сюда занесло?
— За дочкой полетела. Да вот… Не получилось улететь до Москвы.
— А я из Москвы, — по-доброму засмеялась Ольга Борисовна. — Хотела в Америку. Да уже ничто не летает. Так и останусь тут.
— Останемся… Я даже не представляю, что делать, — Анна тяжело вздохнула, и слёзы снова потекли по щекам.
— Ну-ну, душка моя! — запричитала старушка. — Нечего плакать. Жалеть надо живых.
— Мне какой‑то мужчина сказал, что России больше нет. Думаете, он прав? — Анна с осторожностью посмотрела на свою собеседницу, ожидая, что она опровергнет слова незнакомца.
— Прав. Нет ничего. Да и Испании скоро не станет. «Стена» где‑то рядом, — бормотала новая знакомая, наливая кофе по пластиковым стаканчикам.
— Что это за «стена»?
— А кто бы знал. Никто не знает.
Анна, поднося к губам стакан ароматным напитком, вдруг увидела на своей руке голубовато прозрачный браслет, вздрогнула и дёрнула рукой, стряхивая непонятное украшение.
— Что это? — вскрикнула она, попыталась снова и снова скинуть его.
— «Браслеточница», — улыбнулась Ольга Борисовна. — Тише ты. Не кричи, — она быстро схватила Анну за руку, сдёрнула со своей шеи шарф и намотала на запястье, плотно спрятав браслет. — Чего раскудахталась? Тише, — шептала она Анне в ухо. — Сейчас заметят и руку отрубят к чертям. У меня такой же. Слышала я, что за этими браслетами больно сильно охотятся власти!
— Что за браслеты? Почему охотятся? — Анна была напугана.
— Не знаю. Никто не знает. Не снять его. Не пытайся. Но такие штуки вообще редкость. Ты первая, кого я с ним заметила… ну не считая меня.
Анна рефлекторно спрятала замотанную шарфом руку за спину, а Ольга Борисовна подняла с пола её стаканчик и налила новую порцию кофе с термоса.
— Вот так, милочка. Вот так. Недолго нам с тобой осталось. «Стена» где‑то рядом. У меня‑то браслет ещё в Москве появился, когда я на самолёте взлетала до Варшавы. Так с повязкой и хожу. Прячу от всех.
— А как Вы тут‑то оказались? В Мадриде.
— А как ты тут с Кемерово оказалась? — улыбнулась Ольга Борисовна. — Прилетела. Хотела с Варшавы сразу за океан, да билетов нет совсем. Вот до Мадрида были, а отсюда вообще ничего нет. Никуда. Поздно. Поздно я спохватилась улетать от «стены». А кстати… милочка. Кемерово‑то у нас до Томска? Или после? — старушку осенила странная мысль, ведь если Кемерово было за Томском, значит, Анна тут могла оказаться только одним способом. Она перелетела через «стену», получается?
— Восточнее. Ненамного.
— И как ты оказалась тут? — старушка приняла позу воина, детектива и следователя одновременно.
— Да нет тут тайны. Я просто облетела планету через Токио и Канаду. Вот и всё. Дочка у меня была с другой стороны этой «стены», вот я и подумала, что раз нельзя через неё перелететь, то можно облететь вокруг планеты, — устало сказала Анна.
— Хитро-о-о, это ты здорово придумала, — бабушка покачала головой и жестом пригласила Анну присесть в кресла зала ожидания.
Аэропорт потихоньку пустел, люди убегали подальше, и только эта старушка и молодая женщина-врач сидели, пили кофе и мило беседовали о погоде в разных городах этого мира.
Когда взлётная полоса окрасилась голубым сиянием, и оно начало, растворяя всё вокруг, приближаться к ним… они просто взялись за руки и допили кофе…
Им нечего было терять…
Им нечего было уже бояться.
Сделав глубокий вдох, одновременно закрыли глаза и приготовились встретить то, от чего бежал весь мир…
Ничего не происходило.
Совсем ничего…
Первой открыла глаза бесстрашная старушка.
«Стена» стояла прямо перед ними, в двух метрах.
Стояла и не двигалась…
***
Начинался пятый день движения «стены». Япония была поглощена, и никто так и не узнал, к чему привели или не привели их новейшие органические роботы. Домыслов, конечно, было просто море, на любой вкус и цвет, от «конечно, они спаслись и никому не сказали» до «никто не спасся, поэтому никому ничего не сказали».
Следующая глава 10 тут: https://dzen.ru/a/Z6XhFpkjsCl0Qv3a