К 140-летию Тукая у Нацбиблиотеки хотят открыть памятник легендарному стихотворению. Голосуем!
«На самом деле все работы, конечно, очень слабые. Нет понимания того, каким должен быть язык этого современного монумента, потому что здесь собраны все штампы», — комментирует кандидат искусствоведения Гузель Файзрахманова новые скульптурные композиции конкурса на лучший памятник, посвященный стихотворению Габдуллы Тукая «Туган тел» («Родной язык»), и с ней соглашаются многие эксперты. Свои работы представили именитые скульпторы, в том числе народный художник РФ Салават Щербаков, «слепивший» Александра I для Московского кремля, а также первого президента РБ Муртазу Рахимова. О том, что олицетворяют «трубы и столбы», какой оптический «обман» предлагают мастера и почему бронзовый ребенок вглядывается в куб, — в материале «БИЗНЕС Online».
Щербаков снова в деле
Втихую, без лишнего шума и пафоса в кулуарах международного архитектурно-строительного форума «Казаныш», который проходит на полях нового здания театра им. Камала, презентовали эскизы памятников, посвященных стихотворению Габдуллы Тукая «Туган тел» («Родной язык»). Есть даже QR-код для голосования, результаты тоже будут учитываться при подведении итогов конкурса, который был объявлен еще 1 ноября 2022 года минкультом РТ и союзом писателей республики. Хотя саму идею по увековечиванию произведения народный поэт Татарстана Зиннур Мансуров озвучивал в апреле 2021-го на встрече с президентом РТ Рустамом Миннихановым с татарской творческой интеллигенцией.
За два года экспертная комиссия уже отсекла ряд работ и даже переобъявила конкурс, но техническое задание осталось неизменным: скульптура должна стать художественно-творческой интерпретацией стихотворения и органично вписаться на территории, прилегающей к зданию Нацбиблиотеки Татарстана (ул. Пушкина, 86) со стороны Кремлевской набережной, создавая единое смысловое, композиционное и акцентное продолжение существующей застройки. Но именно идейная составляющая стала испытанием как для мастеров, так и для комиссии.
Дело в том, что итоги открытого конкурса (январь 2023-го) расстроили экспертов, поскольку в работах не было полета фантазии. Это оказался либо очередной памятник Тукаю, либо страница книги с «Туган тел». Самым спорным проектом стала скульптурная композиция с тюльпаном высотой 5 м за 85 млн рублей, которую даже сравнили с надгробными камнями на могилах авторитетов из 90-х. И это несмотря на то, что на конкурс заявились известные мастера — один из самых востребованных скульпторов России Салават Щербаков, Владимир Демченко из Москвы, Факиль Гайфутдинов из Набережных Челнов, скульптор и живописец Рустам Габбасов из Башкортостана и др.
Как пожелала министр культуры РТ Ирада Аюпова, по концепции и энергетике памятник должен быть близок к творчеству известного художника, скульптора и автора Храма всех религий в Казани Ильдара Ханова — с элементами символизма, но с читаемыми смыслами. Заслуженный архитектор Татарстана и России Герман Бакулин посоветовал задействовать пространство возле библиотеки и более свободно подойти к благоустройству.
Судя по новым формам и интерпретациям «Туган тел», мастера прислушались к наставлениям. На форуме можно проголосовать за рельефную волну Щербакова; зеркальные блоки или столбы из нержавейки Сергея Лозицкого, Алексея Сатонина и Марии Баязитовой; младенца на кубе или семью на шаре Рустама и Рената Габбасовых; скульптурный комплекс с Кырлаем Рима Акчурина, Сергея Костюка, Александра Жернакова, Нины Жернаковой, Георгия Проценко. Все 6 работ представлены в миниатюре с небольшим описанием ключевой идеи. Правда, нет сметы, во сколько могут обойтись памятники. Впрочем, республика вряд ли станет скупиться на празднование 140-летия Тукая, который будет отмечаться в следующем году. Предполагается, что памятник откроют именно к этой круглой дате.
Снова провал?
Однако не все эксперты нашли предлагаемые варианты удачными. «Опять творческая неудача», — констатировала кандидат искусствоведения, доцент кафедры градостроительства КГАСУ Гузель Файзрахманова, объясняя провал эскизов тем, что задача поставлена аллегорическая. По ее словам, изобразить родной язык в фигуративной форме можно либо обыгрывая шрифтовые композиции, либо совмещая текст и изображение. «На самом деле все работы, конечно, очень слабые. Нет понимания того, каким должен быть язык этого современного монумента, потому что здесь собраны все штампы», — заметила спикер.
Файзрахманова также предположила, что информационные технологии «печально сказываются» на изобразительном искусстве, в том числе на монументальной скульптуре. «Как мы уже видим, используют очень неудачный искусственный интеллект, микшируют какие-то готовые образы, коллажируют. Но ведь совершенно не так ведется работа над скульптурным произведением», — размышляла эксперт. Она объяснила, что нужно понимание современных тенденций и постоянные поиски. «Я бы не хотела ни одну такую скульптуру видеть в городском пространстве Казани», — вынесла «приговор» собеседница «БИЗНЕС Online».
«Это все что ли? Я что-то как-то разочарован. Где художники в Казани? Куда они делись?», — неприятно удивился известный московский мозаист Марат Наби. И «прошелся» по всем проектам: «трубы и столбы» впишутся только если на московском ЦСИ «Винзавод» или в современной галерее; «вихрь» (работа Щербакова – прим. ред.) выглядит громоздким и не вписывается в атмосферу набережной; семья, которая стоит на шаре, создает ощущение нестабильности и в любой момент может упасть; мальчик на стеклянном кубе «тоже опасно выглядит».
«Может быть, концептуально это интересно, — размышлял автор мозаичного панно Главного храма Вооруженных сил РФ и на станции московского метро „Нагатинский затон“. — Внутри стеклянного куба написано „Туган Тел“. Вопрос — он не может добраться до него, потому что стекло или это кусок льда? Почему мальчик один, в опасности? Если бы этот мальчик игрался с кубиками с буквами, делал из них лестницу из слов, было бы больше смысла».
Если Наби «трубы и столбы» совсем не понравились, то остальные собеседники положительно отметили работу Лозицкого и его современный подход. Гендиректор студии «Айбат», дизайнер Сергей Насекин признался, что это единственная скульптура, которая его зацепила. «Может быть, нащупали направление. Но у меня насмотренность большая, и подобные ходы я видел. Дело даже не в том, что сами ходы эти уже не новые, они не обыграны. Можно как по-новому прочитать, свежо переложить. Тут об идеальности и речи нет», — заключил он. По его мнению, другие скульптуры архаичные и не будут вписываться в пейзаж.
«Остальные работы слишком повествовательные, — добавляет искусствовед Дина Ахметова. — В них нет считываемых образов, увы, многие наши скульпторы этим грешат. Письменность и родной язык не материальное, а духовное наследие, духовный код народа. Отсюда и должен отталкиваться образ объекта».
Эксперты поразмышляли, какую инсталляцию стоило бы поставить на Кремлевской набережной вместо предложенных работ. Наби подчеркнул, что в первую очередь скульптура должна взаимодействовать с прохожими. «Не надо лепить людей, пустите туда людей», — наставлял один ведущих российских мозаистов. Он напомнил, что Тукай был благодарен книгам и видел в них свет, и это можно было бы обыграть. А еще затронуть тему времени — от книг до современных гаджетов. На ходу накидывая идеи, Наби также вернулся к концепции столбов и предложил расширить ее. Например, сделать ступени к библиотеке или же взять архитектуру самого здания и окружающих объектов, чтобы органично интегрировать скульптуру.
«Мне очень нравится инсталляция из букв в холе нацбиблиотеки РТ. Было бы здорово увидеть и тут что-то подобное», — выразила мнение Ахметова. По ее словам, можно было бы попросить больших мастеров Роберта и Ильгизара Хасановых сделать такую работу.
А Насекин посетовал на небольшое количество работ, а затем признался, что и сам бы поучаствовал в конкурсе, если бы знал о нем. «Как-то не очень широко это все освещается, можно было бы привлечь не только местных архитекторов, скульпторов и так далее. Почему бы не сделать его международным в конце концов? Татарские диаспоры есть по всему миру, и они по-новому бы взглянули на эту тему», — предложил дизайнер.
60 зеркальных блоков, «музей родной культуры под открытым небом» и семья на шаре
Более детально рассмотрим сами эскизы. И предлагаем выбрать наиболее понравившийся вариант.
1. Футуристическая скульптурная композиция из 60 зеркальных блоков с графичным металлическими гранями больше всего выделяется среди всех проектов. Оригинальное прочтение стихотворения Тукая принадлежит авторскому коллективу — Сергею Лозицкому, Алексею Сатонину и Марие Баязитовой. Их идея заключается в том, что на вандалоустойчивых зеркалах будут светиться строки из стихотворений известных татарских поэтов (не уточняется каких). Один блок — одно произведение. Колонны высотой 8,5 м должны размещаться в строгой геометрической решетке со смещением для создания игры света и отражений, а вертикаль в центре будет символизировать стремление к знаниям. Ночью небольшие участки в нижней части блоков подсвечивают пол и помогают не заплутать в зеркальном лабиринте, а по верхам подчеркивают форму объекта издалека. Предлагается разместить объект на площадке между парком Елмай и амфитеатром на набережной Казанки. Габариты: 25,7 м (ш)х18,5 м (г)х8,5 м (в).
2. Этот же коллектив авторов представил еще один вариант материального воплощения образа «Туган тел». Но тут вместо блоков 52 столба (на них вырезаны строки «Туган тел») в 5 м из нержавеющей стали. В пояснительной записке говорится, что они символизируют строки, но если речь идет о легендарном произведении Тукая, то на татарском языке там всего восемь строк. Далее объясняется, что столбы эти как мощные прутики, связанные воедино — вместе их не сломать, как не сломать культуру, которая объединяет творцов и носителей языка. В зависимости от точки обзора можно будет видеть оптическую иллюзию — читающего книгу поэта или маму, поющую колыбельную ребенку. Возле скульптуры предполагаются скамейками в едином стиле. Габариты объекта: 2 м (ш)x2м (г)х5м (в).
3. Третья работа принадлежит народному художнику России Салавату Щербакову — он самый известный среди конкурсантов. И ему знакома татарская тема: в 2011 году стал автором памятника Тукая в Москве на пересечении Новокузнецкой улицы и Малого Татарского переулка. А из последних его работ — памятник генерал-майору Минигали Шаймуратову в 2022-м и первому президенту Башкортостана Муртазе Рахимову в 2024-м в Уфе, а у стен Московского Кремля установлен памятник Александру I его авторства. Для нового проекта скульптор работал в команде со своей сестрой — архитектором Галией Ишкильдиной. В их семейном тандеме родилась монументальная волна, которая должна плавно «раствориться» в небе и реке Казанке. А если смотреть с набережной на нацбиблиотеку РТ, то по задумке ритмичный силуэт здания должен подчеркивать энергетику скульптуры, создавая впечатление живой формы как олицетворение энергии духа на фоне материализованной фактуры фасада, соединяющего народную душу и рациональную архитектуру. На саму волну будут нанесены строки из произведений Тукая и рельефные изображения, например парсуна «Царица Сююмбике и ее семейство», женщины у колыбельки, пожилого мужчины с мальчиком, всадники и пр. Щербаков презентует свою работу как музей родной культуры под открытым небом, посвященный устной и письменной речи.
4. Проект заслуженного деятеля искусств РТ Рима Акчурина, заслуженного деятеля искусств Ингушетии Сергея Костюка, Александра Жернакова, Нины Жернаковой и Георгия Проценко представляет собой целый комплекс, состоящий из трех элементов. Вдоль каскадной лестницы, ведущей от нацбиблиотеки РТ, стоят две скульптуры: на левом барельефе представлен образ родной деревни поэта Кырлая, на правом — образ Казани, как центра просвещения и науки. В центре же расположилось растение со строками «Туган тел» на листьях: арабской вязью, которой было написано стихотворение автором, на латинице, на которой стихотворение было издано во многих тюркоязычных странах и кириллице. На этом постаменте восседает мама с маленьким сыном на коленях — символ передачи родного языка из поколения в поколение. Тема связи с родной землей дополняется каскадным бассейном, движение воды в котором символизирует бессмертие творчества поэта. Общая высота центральной скульптурной группы 5,2 м.
5. Заслуженный деятель искусств РТ Рустам Габбасов с сыном Ренатом Габбасовым увидели «Туган тел» в образе шара, сплетенного со слов «туган тел» из разных алфавитов, использованных в татарской письменности с древнейших времен. Шар здесь является символом татарского мира, отражаясь в воде, связывается с мирами других языков. На нем стоят стилизованные фигуры, олицетворяющие три поколения из стихотворения «татарского Пушкина» — матери и отца (әткәм-әнкәмнең теле), бабушки (әбкәм хикәят сөйләгән), которые держат за руку ребенка. Постамент под скульптуру предлагается сделать в виде восьмиугольника в квадрате как элемент древней Булгарской архитектуры. К слову, подобный проект выносился на суд экспертной комиссии в 2023 года, но шар был обычным, не из слов. Эскизы тогда презентовали без указания авторов. Возможно, он и принадлежал Габбасову-старшему.
6. Габбасовы представили еще один эскиз — сидящий на кубе младенец. Сам куб прозрачный как олицетворение символа мира, с него стекает вода, символизируя текущее время, эфемерность и хрупкость родных языков. А внутри фигуры висят полупрозрачные буквы из разных алфавитов, составляя слово «туган тел». Ребенок еще не умеет ходить, но уже вглядывается в куб, пытаясь вникнуть в мир родного языка.