Подставляют Церковь. Финасовый контроль убивает церковь

Финансовые истории разоряют Церковь. И не потому, что это скандальные истории, а потому что ставят Церковь в подчиненное по отношению к государству положения. Богатые священники - это те, которым хорошо жертвуют. Если люди жертвуют на Церковь, то это может и должно рассматриваться как примитивная татьба. Но когда жертвуют священнику, что бы он молился, многодетному священнику на семью, на нужды, на проекты. Или священник должен сдавать эти деньги в какую-то гипотетическую кассу, а потом из нее получать. Да и жертвователи часто не хотят афиши то духовным и иным проблемам. Если церковь-организация жаждет поставить все пожертвования на учет. Чего никогда не было. То только потому что не хочет понимать, что это процесс умирания. Потому, что учет и контроль ставит в итоге сначала священнослужителей, а потом и всю Церковь в подчиненное отношение к государству. Церковь совершила большую глупость в лице руководителей организации, когда согласилась на СНИЛС. В результате подчинилась государству. С радостью скинула заботу о пенсионерах. Дескать, больше не нужен пенсионный фонд в Церкви. Но скоро выяснилась, что у церковной организации несть желания отчислять полностью все причитающееся в пенсионный фонд. В результате все священнослужители оказались обладателями гигантской зарплаты размером в МРОТ по России, или даже полставки. В результате их ждет такая же пенсия. Кончится это проблемами с государством, которое может дать официальных льгот Церкви в условиях либерального террора. Возможны и уголовные дела, возбужденные бедными священниками, дерзнувшими на это. Вспоминается "проклятое" советское время, когда Церковь была отделена от государство по принципиальным причинам. Тогда государство не видела Церковь как организацию, а только своих граждан, и в этом случае они подпадали под налогообложение, как кустари-одиночки, что вызвало возмущение у либеральных "защитников" Церкви. А в действительности все было по закону, нельзя было облагать индивидуальных производителей такими налогами. При этом Церковь в советское время представлялась простому человеку и не без основания богатейшей организацией. Конечно, все это происходила в условиях жесткого физического ограничения церковной организации. Последняя только и могла быть ограниченна. Осмелюсь сказать, что это было гораздо лучше, чем нынешняя физическая свобода организации при попытки умерщвления Церкви-Организма. Быстрое физическое увеличение церковной организации привело к ее деградации рукополагать в священники стали по образовательному критерию, введенном верхушкой церкви и весьма недостоверному, а не по духовной зрелости при наличии призвания к служению.