Я под впечатлением. Разброс эмоций от тошноты, вызванной ужасом происходящего, до мурашек восторга. Такая амплитуда впечатляет, ведь речь идёт об интеллектуальном романе с детективно-триллерными вкраплениями. Романе о серийнике, основанном на реальных событиях. Серийнике, который никого не убивает, но маньяком быть не перестает.
«Кукольня» в прошлом году вошел в лонг-лист «Большой Книги» и отмечен премией журнала «Дружба Народов» за лучший роман. А я считаю, что Анна Маркина достойна большего.
Это стоящая, сильная вещь, над которой автор работала семь лет, и идеальный пример того, что современная российская проза способна удивлять, обезоруживать, заставлять судорожно перелистывать страницы, отмечать поразившие мысли/цитаты и не спать до поздней ночи, ибо оторваться невозможно!
«В лесах и полях время теряется: понедельники не наступают, а ходят задними тропами между камней и городских коробок; от вторников только отзвуки с громовым рокотом доносятся; среда растворена в окружающем и в учебнике за второй класс; в четверг ветрено, черно, вечереет, чертят хвостами трясогузки и вертятся белки. А что в пятницу? Может ли сегодня быть пятницей»?
Анна Маркина
📚Анна Маркина «Куко՛льня»
Несмотря на пугающую детективную составляющую и жуткое послевкусие, для меня это в первую очередь роман о любви, личной трагедии человека, тотальном одиночестве трех главных героев и поиске духовной близости, а вовсе не телесной.
А еще о разрушении личности, что восхитительно показано через разрушение языка. Настолько тонкая и точная психологическая составляющая, что просто браво! Поэтому и страшно не от описаний подробностей, а от того, насколько мастерски Анна Маркина использует силу слова. Тягучий и в то же время поэтичный язык, в котором с удовольствием вязнешь по самое горло, создает удивительно яркие иллюстрации и вызывает тот самый странный спектр эмоций от непонимания и омерзения до жалости и сочувствия. Роман, абсолютно точно переворачивающий представление о традиционных триллерах. Ведь маньяк здесь не убивает, а… помогает воскреснуть.
«В этой дружбе было что-то больное. Так цирковые уродцы тянутся друг к другу через решётку клеток, видя в соседях отголоски собственного уродства».
Анна Маркина
Итак, кто же наши герои:
- Преподаватель университета Николай Зелёнкин
Одинокий, добрый и странный. Средних лет, умнейший человек, обладающий энциклопедическими знаниями во многих областях, в том числе в истории, литературе, языках (самостоятельно выучил больше десятка) и даже солярных символах. Очень неопрятный и неухоженный мужчина, живет с пожилыми родителями, пишет занимательные статьи в местную газету, а на досуге ходит по кладбищам – хобби у него такое, некрополистика называется.
В размеренную холостяцкую жизнь Зелёнкина однажды врывается вихрь в лице юной студентки. Врывается, чтобы изменить всё раз и навсегда.
«По его тону было понятно, что женщины в его иерархии ценностей стояли где-то между уборкой пыли и помощью австралийским черепахам».
«Его мысли были похожи на пригоревшую перловую кашу. Там, как кусок масла, плавал образ Юли среди разваренных зёрен брошенных задач, и таял, и расходился в общем объёме».
Анна Маркина
- Девятнадцатилетняя Юля Метёлкина
Студентка ВУЗа. Яркая, раскованная, раздражающая своей дерзостью и свободолюбием, переживающая последствия романа с ректором, разбившем ей сердце. Травмированная и одинокая, несмотря на толпу вокруг. Учится Юля так себе, педагогика – явно не её конек, и когда на носу экзамен по английскому, который она гарантированно провалит, подружка советует обратиться к странному преподу Зелёнкину, которого студенты называют Продруид. Юля начинает ходить на дополнительные занятия, и между ней и Николаем возникает дружба.
«Имя моё улей, пчелиная возня, гудение, жжение после укуса и ледяная вода на ранку. И соляной компресс. Так всё горит внутри. Яд и холод. Имя моё лёгкость летняя с пенкой на мамином варенье, с резкой осокой на берегу реки, с багровыми пятнами на пальцах от перезревшей вишни, с птицами фьюль, фьюль, с дребезжанием велосипеда из комиссионки июль. Имя моё ветреность, побег, вороватый ветер в форточку, шевелящий тюлевую занавеску на кухне, глоток свежести, отрез свободы. Имя моё волчок, крутящий момент, и пять ошибок в задаче по физике, не усидеть на месте бежать, бежать. Имя моё шальное, ранящее в ногу и в сердце, боль и скорость, то, чем дразнили, а оно несмешное».
Анна Маркина
- Молодой сотрудник «Центра Э» (управления по противодействию экстремизму) Андрей Ромбов с диагнозом «гипертимезия»
Это исключительная память. Попросту говоря, способность помнить и воспроизводить предельно высокое количество информации о собственной жизни. С одной стороны, это круто, особенно в работе Андрея – ни одна деталь, мелочь, не останется незамеченной. С другой – такие особенности способны вызвать психическое и эмоциональное истощение. Тотально одинок из-за своей инаковости, не выносит хаоса.
Именно Андрей распутывает загадочное дело и становится последним углом в треугольнике.
«Он с исполнительностью робота принимал бюрократические тяготы. Делал отчёты, справки, справки на справки, докладные по справкам, докладные по рапортам, рапорты на справки, справки на рапорты. И фигачил всё это с такой результативностью и покорностью, что его сразу записали в просиживатели штанов и ошпарили высокомерным пренебрежением».
«Я видела, как он с трудом переживал порезанную неровными кубиками морковь или лишнюю щепотку соли в салате. Он не ругался, просто смотрел на меня, как на сломанную мясорубку, в которой, к его прискорбию, включался не тот режим. Это была не агрессия, а какая-то тоска по прежнему быту, где всё было нашинковано идеальными кубиками».
Анна Маркина
В глобальном смысле Анна Маркина рассказывает историю умнейшего человека, который совершает преступление не потому, что он плохой, а потому, что слишком хороший (добрый, умеющий сострадать и любить).
Его постепенно утраченная связь с реальностью, граничащая с безумием – это перемежающийся с нормотипичным текстом поток сознания и мыслей, где нет знаков препинания, заглавных букв и прочих знаковых выделений. Просто каша из слов, что роится в голове и душе человека. И чем более бредовой выглядит эта каша, тем трогательнее и вернее чувствуешь боль.
«…словно бесхвостое земноводное скакнувшее на апрельскую дорогу и моргающее встречным фарам бессмысленными и золотыми очами словно райские птицы и первоцветы словно запах чубушника за столовой словно мамино платье из пожелтевшего кружева сохранённое бабушкой в сундуке словно ручка младенца которая цап тебя за палец и уже навсегда словно газель оленёнок шиншилла морской конёк словно цветок миндального дерева словно прыжок дельфина словно тополиный пух зашедший на чай в квартиру <…> словно застывшая тишина между нотами словно белоснежный лист на который ложится первая после долгого молчания строчка словно танец солнечного зайчика на обшарпанной стене больничной палаты словно невесомое птичье пёрышко в окровавленном уголке лисьего рта…»
Анна Маркина
Еще только второй месяц года и впереди ещё много книг, но я отчего-то уверена, что «Кукольня» войдет в мой топ-лучшего из прочитанного в 2025-ом.