Говорят, беда не приходит одна. И вот снова на первых полосах новостей оказывается Юлия Купецкая — фигура, чье имя неразрывно связано с громкими заявлениями, неоднозначными решениями и скандалами, которые вспыхивают с завидной регулярностью.
На этот раз поводом для обсуждений стал сертификат на внушительную сумму в 24 миллиона рублей, оказавшийся в распоряжении Тахмины Самадовой, в прошлом домработницы Купецкой.
История моментально обрела широкий резонанс, но, как показывает практика, общественный гнев недолговечен: пройдет немного времени — и скандал уйдет в тень, а сама героиня продолжит свою деятельность в привычном ритме.
Это далеко не первый случай, когда имя Юлии Купецкой оказывается в центре внимания.
Еще несколько лет назад, во времена ее работы мэром Серпухова, она уже попадала в скандальную хронику. Тогда общественность узнала о том, что депутаты муниципалитета втайне получали ежемесячные выплаты по 17 тысяч рублей на протяжении трех лет, что в итоге составило внушительные 28 миллионов.
Обнаружил эту финансовую схему депутат Сергей Сергеев — врач по профессии, человек принципиальный.
Однако попытка пролить свет на происходящее обернулась для него серьезными проблемами: вместо расследования и наказания виновных Купецкая, по слухам, подключила знакомых в правоохранительных органах, чтобы надавить на "неугодного" разоблачителя.
«Я всегда действовала строго по закону, — заявляла тогда она. — Если кто-то этот закон нарушает, я не могу оставаться в стороне».
Однако параллельно с этими словами в соцсетях развернулась кампания по подавлению критики, а сам Сергеев вскоре обнаружил, что его комментарии и посты в сети стали предметом пристального изучения со стороны недоброжелателей.
Неоднозначные ситуации сопровождали Юлию Купецкую и дальше. В 2020 году она представила декларацию о доходах, где официальные цифры выглядели более чем скромно: за год ей удалось заработать 2,3 миллиона рублей, что эквивалентно 190 тысячам в месяц.
Ее супруг задекларировал сумму в 700 тысяч, однако при этом сумел провернуть удачную сделку с недвижимостью — обменял скромную постройку на просторный дом в 150 квадратных метров.
В итоге в собственности семьи оказались не только этот дом, но и другая недвижимость: еще один особняк на 220 квадратных метров, земельный участок почти в 900 «квадратов», квартира и две иномарки.
«Я всегда работала честно, и результаты говорят сами за себя», — заявляла Купецкая, когда ее попытались уличить в махинациях с муниципальным жильем в Подольске.
Тогда она сумела через суд оформить служебную квартиру в личную собственность — шаг, вызвавший шквал критики, но, судя по всему, вполне оправданный с юридической точки зрения.
Но не только финансовые вопросы заставляют общественность присматриваться к действиям Купецкой. Ее активная работа в администрации разных городов Подмосковья сопровождалась неоднозначными переговорами и контактами.
Частые встречи с представителями диаспор и религиозных организаций вызывали у наблюдателей вопросы: о чем действительно шла речь? Об укреплении сотрудничества или о поиске обходных путей для решения личных задач?
И вот новый скандал — сертификат на 24 миллиона, переданный в руки бывшей домработницы. Кто, как и по какой причине допустил это? Каким образом столь значительная сумма оказалась у человека, не имеющего отношения к чиновничьим кругам? Общественность негодует, соцсети бурлят, СМИ обсуждают подробности.
«Это очередная попытка отвлечь внимание от моих реальных достижений», — отвечает на обвинения сама Купецкая. Ее риторика не меняется: любые разоблачения она списывает на происки завистников, уверяя, что скандалы никак не скажутся на ее работе.
Тем не менее время громких заявлений и уверенного пренебрежения критикой, похоже, подходит к концу. Все чаще звучат прогнозы о том, что этот скандал, как и предыдущие, постепенно уляжется, будет забыт, а сама Купецкая останется на своем посту, продолжая действовать так, как привыкла.
Общество уже привыкло к тому, что резонансные разоблачения чиновников редко приводят к серьезным последствиям. Но может, в этот раз все будет иначе?