Слово "православие" – это один из вариантов перевода греческого слова "ортодоксия". Корень "ортос" переводится как "прямой", "правильный", "прямостоящий", а корень "докса" имеет два смысла. Первый – знание, суждение, мнение, мышление, а второй – сияние, слава, честь.
Когда Спаситель ходил по грешной земле, изрекал Свое божественное учение, творил чудеса, Церковь была небольшой горсткой людей. Тогда в отношении к названию новой религиозной группы все было просто: человек либо являлся учеником Христа, либо – нет.
Зерно Церкви было целостным, и разделяться в ней, давая своим подгруппам специальные названия, люди не могли в принципе – Христос звал за Собой, кого хотел, других отпускал по домам после проповедей, а многие, смущаясь и искушаясь от Его слов, отходили от Иисуса сами. Так было, когда Господь изрек евхаристическое учение – слова о важности причащения Его Тела и Крови. Христос в этом эпизоде от Иоанна предстает величайшей духовной глыбой: Он не стал тогда отговаривать отошедших учеников – мол, ну что-ж вы, миленькие, одумайтесь, сейчас Я вам все разъясню поподробнее. Более того, Господь спросил у Своих ближайших апостолов: «Не хотите ли и вы отойти?», на что Петр, как старший по возрасту, ответил, что идти им некуда, потому что Иисус имеет "глаголы вечной жизни".
Из этого эпизода можно почерпнуть следующие полезные мысли.
Во-первых, Бог, важнейшее личностное свойство Которого – любовь, хотя и жаждет общения с душой человека, сущностно полностью автономен. Его бытие не зависит от выбора человека – от того, будет человек спасаться или погибать. Тем не менее, Бог воплотился, потому что еще до сотворения людей увидел из вечности, что найдутся как погибающие, так и спасающиеся. Одному из отцов Церкви принадлежит утверждение, что Сын Божий пошел бы на искупительную смерть даже если бы среди всего человечества нашлась всего лишь исчезающе малая горстка верующих в Него людей.
Далее, Евангелие в числе прочих эпизодов, отрывком о евхаристическом учении говорит нам, что нельзя спастись, просто придерживаясь некоего собственного мнения о духовных реальностях. Мнение человека – заблуждение, а истиной обладает Бог, который через Своих угодников передает ее Церкви.
В конце концов, хотя Бог внимательнейшим образом старается спасти как можно большее количество людей, в чем Ему служит Церковь, Иоанн Богослов ясно дает понять, что спасение происходит не по понуждению и уговорам, а по свободному произволению спасаемых. Христос совершенно убедительно доказал Свою божественность, поэтому отошествие от Него некоторых учеников и заинтересованность многих современников Его земной жизни только в исцелениях и чудесных накормлениях хлебами – это проблема не Бога, а самих людей. То же самое с Церковью: есть православные миссионеры, и по сей день проповедующие отдаленным от очагов христианства народам, но они прибывают в непросвещенные земли как яркие ходячие маяки, а пойти на свет или нет – выбор каждого современного язычника.
Та же самая картина с еретиками, раскольниками и сектантами – с прочими христианами православие ведет диалог, не прекращая напоминать о необходимости отказа от заблуждений и присоединению к истинной Церкви.
Церковь бескомпромиссна; экуменизм, как идеология взаимного сближения христианских сообществ, ей чужд – это не православие должно приближаться к другим христианам, а другие христиане могут возжелать приближения к православию.
При этом, речь не идет об отказе той или иной древней еретической церкви от национальной идентичности и политической зависимости от той или иной поместной Православной Церкви.
В Новом Завете мы читаем, что церковные нестроения, включая вероучительные, начались уже в апостольские времена. Возникла даже необходимость в первом архипастырском соборе – Апостольском. Как обозначение обособленности от неправомыслящих христиан, термин "православие" можно прочитать уже в письменных памятниках, доставшихся Церкви от апологетов II века – например, от Климента Александрийского.
Шли века, то и дело возникали лжеучения, еретики во многих случаях приобретали большую силу и влияние, но духоносные отцы Церкви, зачастую под гнетом тяжелых гонений и лишений, побеждали ереси одну за другой.
Прошла эпоха Вселенских Соборов; Западная Церковь – подобно прочим инославным, по вероучительным, а не политическим причинам, – отпала от истинной Церкви, и наступила эпоха, в которой Церковь, названная Христом неподвластной вратам ада, стала именоваться Правомыслящей или Православной.
Итак, наши предки, уверовавшие в Христа, вполне могли начать называть себя и всю Вселенскую Церковь правомыслящими христианами, но стали называть православными. Возможно, что это связано с некими особенностями мышления славян – славное в душах наших предков находило больший отклик, чем глубокомысленное, что не помешало Русской Церкви обогатить сокровищницу Вселенского Православия новыми великими святыми и трудами своих мыслителей и писателей.
Важнейшее свойство истинной Церкви – присутствие в ней истинных святых.
Только угодники Божьи могут правильно славить Бога, потому что Бог желает поселиться в душе каждого человека – именно прославление в духовном соединении со Своими детьми наиболее угодно Отцу Небесному.