В мире современного ювелирного искусства имя Ильгиза Фазулзянова занимает особое место. Одним из первых колец в своей впечатляющей серии «Вершины мира» Ильгиз сотворил кольцо - "Везувий", вдохновленное легендарным итальянским одноименным вулканом. Это кольцо, выполненное из гравированного золота и украшенное ювелирной эмалью, олицетворяет мощь и загадочность этого спящего вулкана, который, несмотря на свою долгую историю бездействия, по-прежнему считается активным и смертоносным.
Как отметил сам Ильгиз, «Везувий» стал одним из первых произведений в горной коллекции. В настоящее время у всех желающих есть возможность увидеть этот мрачный шедевр «вживую» на выставке в Государственном Историческом Музее «Россия – любовь моя». Кольцо украшено не только огненным мексиканским опалом весом 9,17 карата, но и тонкой росписью и гравировкой, в которых угадываются архитектурные мотивы "города под пеплом" под названием Помпеи — одного из городов, пострадавших от самого известного извержения Везувия в 79 году н.э. Коллекционеры ювелирного искусства, погруженные в мрачную эстетику, будут в восторге от этого творения.
Уважаемые читатели, вся наша команда Treasure старается для вас! Поддержите нас своей активностью. Особенно подпиской!
Почему это кольцо особенно понравится любителям "мрачного" искусства?
В 79 году н.э. произошло одно из самых катастрофических извержений Везувия, в результате которого погибли тысячи жителей римских городов Помпеи, Геркуланума и других поселений. Извержение породило гигантское облако из камней, пепла и дыма высотой до 33 километров, выделяя тепловую энергию, многократно превосходящую ту, что была высвобождена при взрыве атомной бомбы над Хиросимой.
Согласно описаниям очевидцев, «огромное черное облако быстро надвигалось… из него то и дело вырывались длинные языки пламени, напоминающие вспышки молний». Раскопки погибших городов показали, что жизнь здесь остановилась в момент катастрофы: улицы, дома с полной обстановкой и останки людей остались под многометровой толщей пепла.
Тема разрушения Помпей вдохновила многих художников. В 1822 году английский живописец Джон Мартин создал картину «Разрушение Помпей и Геркуланума», изображающую катастрофу с точки зрения Стабий. На полотне можно увидеть храм Юпитера и амфитеатр в Помпеях, а также умирающего Плиния Старшего. Эта работа долгое время считалась потерянной после повреждений во время лондонского наводнения 1928 года, но была восстановлена в 1970-х годах.
Не менее известна картина Карла Брюллова «Последний день Помпеи», написанная в 1830-1833 годах. Брюллов посетил Помпеи в 1828 году и создал множество набросков для своего шедевра. Полотно получило восторженные отзывы критиков и стало первой работой художника, вызвавшей такой интерес за пределами России. Сэр Вальтер Скотт назвал его «необычным и эпическим».
Вулкан Везувий также вдохновил поэта Александра Пушкина на создание стихотворения «Везувий зев открыл…», вероятно, под влиянием картины Брюллова. Тематика извержения находила отражение и в кино: были сняты такие фильмы, как «Последние дни Помпеи» (1926) и «Помпеи» (2014), а также упоминания о вулкане встречаются в фантастическом сериале «Доктор Кто».
Таким образом, история Везувия продолжает жить не только в воспоминаниях о его разрушительной силе, но и в искусстве, которое сохраняет память о трагедиях прошлого и вдохновляет новые поколения творцов.
Вулканические камни
Тем, кто увлекается драгоценными камнями, ассоциативно первым придет на ум Везувиан, названный в честь своего первого обнаружения на склонах величественного вулкана Везувий в Италии. Он представляет собой один из самых интересных минералов. Его кристаллы часто встречаются в застывшей лаве, что придает им особую магию и связь с природной стихией.
В России везувиан тоже встречается. На Баженовском месторождении в жильных кальциево-силикатных породах везувиан занимает важное место среди минералов. Однако его количество в родингитах непостоянно и может варьироваться в широких пределах, что делает его изучение еще более увлекательным.
Тем не менее, для создания кольца, о котором идет речь, везувиан не является самым подходящим выбором. Истинным символом огня выступает мексиканский опал — камень, который обретает свою форму благодаря природе. Его неправильные очертания усиливают эффект «застывшей лавы», словно она вот-вот вырвется на поверхность из жерла смертоносного вулкана.
Кстати, если говорить о выборе камня для кольца "Везувий", то у Ильгиза, по его словам (скоро выйдет интервью, можно будет в этом убедиться) абсолютно не было сомнений, что мексиканский опал - это самый подходящий камень. Единственный из всех, способный максимально точно отразить цвет огня.
Мексиканский опал, также известный как «огненный» опал, также имеет свои корни во вулканах. Этот аморфный минерал состоит из крошечных сфер гидратированного кремнезема, которые при отражении света создают завораживающий красновато-оранжевый спектр. Несмотря на то, что его часто неправильно классифицируют как минерал, опал не обладает собственной кристаллической структурой — он представляет собой уникальное скопление сферических форм кремнезема.
Как и следует из названия, огненные опалы рождаются из огня. Считается, что они формируются в недрах древних вулканов, и их уникальность заключается в том, что эти камни добываются лишь в некоторых районах Мексики. Шахты Керетаро, работающие с 1835 года, славятся своими находками. Даже сегодня в текучей лаве, насыщенной кремнеземом, можно отыскать мелкие камешки мексиканского огненного опала.
На самом деле, данный вид опала крайне редкий, при попадании света он словно "зажигается" изнутри. Чаще всего его гранят по той форме, каким он рождается в природе и сглаживают лишь заострения.
Лично для меня создание кольца, напоминающего застывшую горячую лаву, стало вдохновением. Я представляла его как украшение, которое будто бы «сдерживает» эту лаву золотой нитью. Оно символизирует хрупкость природы и напоминание о том, что всё может измениться за один день. Поэтому так важно ценить каждый момент жизни.
Каждая женщина, излучающая страсть и бесстрашие, как буря эмоций, как нам кажется, должна иметь украшение из огненного опала. Это аллегория того, что из самых разных ситуаций можно извлечь нечто уникальное — то, чего нет и не будет у других.