Только сейчас, когда до Григория дошло, какую огромную ошибку он совершил, ему стало очень стыдно перед Валентиной. Чем он думал? Как он мог так сильно ее обидеть? Да, когда-то она промолчала про Оксану, но он ведь и сам молчал.
Почему он за столько лет даже не намекнул ей о том, что все знал с самого начала? Значит, он был со всем согласен. Да и жили они, в общем-то, хорошо. Она была ему замечательной женой. Если бы он не поддался на провокации Клары, все бы было сейчас, как раньше.
Он теперь с нетерпением ждал, когда она снова придет его навестить. А в том, что она придет, сомнений не было. Он собирался поговорить с ней и извиниться. Сейчас он бы все отдал за прощение.
Григорий бы очень хотел все вернуть, снова жить спокойно, как раньше, воспитывать внуков вместе, проводить семейные вечера. Почему она задумался только сейчас о том, как ему всего этого не хватает? Как будто пелена с глаз упала.
Конечно же, вечером Валя снова пришла. Она уже позвонила детям и рассказала о случившемся. Как и просил Гриша, она сказала им, чтобы они пока не навещали его в больнице. Дочери, естественно, переживали, но послушали мать.
- Ну, как ты? Болит? – спросила она, присаживаясь рядом.
- Ничего, заживет. Валь, я хотел с тобой поговорить.
- Говори, я слушаю.
Григорий посмотрел на соседа, который постоянно спал, чтобы убедиться в том, что он их не слушает. Все-таки, то, что он хотел сказать бывшей жене, было не для посторонних ушей.
- Валя, прости меня. Прости меня за все.
- Гриша…
- Нет. Выслушай меня, не перебивай, пожалуйста. Я был таким идиотом. Я очень виноват и перед тобой, и перед детьми. А Оксана… Даже не знаю, как у нее прощения вымаливать.
- Знаешь, я одного не понимаю. Если ты обо всем знал, то почему ты молчал столько лет?
- Я и сам не знаю. Боялся тебя потерять, наверное. Когда я понял, что Оксана дочь Пашки, я очень злился. Ты себе не представляешь, что творилось у меня в душе. Я хотел разыскать его и поквитаться. Как он мог? Он ведь был моим лучшим другом! А ты!
- Гриша, он изнасиловал меня. Потом исчез. Я не знаю, почему не пошла в милицию. Мне было стыдно и страшно. Когда ты вернулся из армии, я еще и сама не знала, что беременна. А потом свадьба. Я просто не нашла в себе сил все тебе рассказать. Я тебя очень любила и тоже боялась тебя потерять. Вот и молчала. И ты молчал.
- Когда я впервые взял на руки Оксанку, я понял, что мне наплевать, чья она дочь. Она моя, и точка. Я решил закрыть эту тему для себя навсегда и просто жить дальше. Так и было. А тогда, я сам не понимаю, что на меня нашло. Прости меня. Я очень плохо поступил. Сейчас я это осознаю, и мне от этого очень стыдно.
- Не думай об этом. Что было, то прошло. Оксана нашла свою тетю. Оказалось, что она директор художественной школы, в которой учится Ванечка. Представляешь?
- Люба?
- Да. Они общаются теперь. Все хорошо. Но Оксана по-прежнему любит тебя и только тебя считает своим отцом. Она не держит зла.
- Каких, все-таки, дочерей мы с тобой вырастили. Я все бы отдал, чтобы снова все было, как раньше. Валь, я принял решение. Я хочу вернуться.
- Вернуться? – удивилась Валя.
- Да. Ты примешь меня назад?
- Гриша, это как-то… - подскочила Валентина.
- Я понимаю, что я идиот. Ну, что ты скажешь?
- Нет.
- Нет? – теперь уже Григорий был удивлен, рассчитывая на прощение, раз уж Валя так тепло к нему отнеслась сейчас, несмотря ни на что.
- Нет. Это невозможно. Прошлого не вернуть. Знаешь, я тоже много думала. Раньше я бы приняла тебя назад с распростертыми объятиями. Я очень этого хотела и ждала. Но, теперь… Нет. Мы не сможем быть вместе.
- У тебя кто-то появился?
- Не в этом дело. Просто я не смогу. Вот и все. Обратной дороги у нас нет. Все, что я тебе могу обещать, это нормальное, дружеское общение ради детей и внуков. Если тебе потребуется какая-то помощь, я готова помочь. Но вместе нам не быть.
- Я решил развестись с Кларой.
- Это твое дело. Мне больше нечего добавить. Знаешь, Гриша, я, пожалуй, пойду. Выздоравливай. И знай. Я не держу на тебя зла. Я тебя простила.
- Спасибо.
- Пока. – сказала Валя и пошла домой.
После этого разговора с бывшим мужем ей стало легче. Может быть это было как раз то, что нужно на ее пути к самой себе. За те месяцы, которые они с Гришей жили отдельно, она столько всего передумала, столько слез пролила.
Но сейчас она успокоилась и осознала, что больше не хочет его возвращения. Она свободна, и ей очень хорошо в этом состоянии. Она долго собирала себя по кирпичикам, и теперь снова научилась радоваться жизни, только уже без него. Она его отпустила. И возвращаться к прошлому ей уже не хотелось.
Все-равно, как раньше, уже не будет. И они оба это прекрасно понимали. У Валентины началась новая жизнь. Она планировала отпуск, собиралась вместе с сестрой поехать куда-нибудь, набраться новых впечатлений, отдохнуть.
А Гриша навсегда остался в прошлом. Когда Валя пришла домой и рассказала Ульяне о своем разговоре с ним, Ульяна обрадовалась.
- Я же говорила, что все у тебя будет хорошо. Я считаю, что ты правильно сделала, что отказала ему. Пусть теперь сам думает, как ему жить дальше, локти кусает.
- Все-таки, мне его жалко. Как он теперь один?
- Ему нужно было раньше об этом думать. Теперь это не твоя проблема.
- Согласна.
- Хоть извинился. И то, наверное, потому что идти больше некуда. Думал, что ты примешь его, как собаку побитую. Еще ведь хватило наглости! После всего, что он сделал!
- Ладно тебе, успокойся. Расскажи, лучше, как там у тебя дела с твоим ухажером?
- Все хорошо. Завтра мы с ним поедем в приют. Ой, Валя, у меня ведь есть замечательная новость. Я продала участок. Вернее, сделка состоится на днях, но покупатель железный.
- Все-таки, решилась.
- Решилась. Я тоже поняла, что пора отпустить прошлое. Не стану я восстанавливать дом на пепелище. Я думала раньше, что, если продам этот участок, то я, как будто, предам мужа. Но… Я-то еще живая. И я должна жить дальше. А его я буду помнить.
- Вот и правильно. Я что-то так от всего этого устала. Жду не дождусь, когда мы с тобой уже уедем в отпуск. Я так давно никуда не ездила, уже и не припомню, когда в последний раз.
- Уедем. Не сомневайся. Тем более, что теперь мы сможем не экономить. Мне предложили хорошую цену. – довольно улыбаясь, говорила Ульяна. продолжение