А то, что они влияют, не оставляет никаких сомнений, при чем почти во всех аспектах.
Можно было бы поверить Марку Цукербергу, в том, что он создал (хотя мы то знаем, что не совсем он) Facebook «исключительно для общения». Более того, можно допустить, что он реально так думал. Если бы не тот факт, что его компания Meta (запрещена в России) только за 4 квартал прошлого года получила выручку в размере более 32 млрд долларов. А сам Цукерберг остается одним из богатейших людей мира (89,6 млрд долларов). И это при том, что акции его компании падают в цене на протяжении всего 2022 года.
А теперь вспомним 2018 год и скандал с передачей информации о пользователях социальной сети Facebook (запрещена в России). Напомню, что тогда стало известно, что социальная сеть незаконным образом использовала данные 50 млн пользователей (!!!). Данные без согласия пользователей были переданы аналитической фирме Cambridge Analytica в целях создания эффективной политической рекламы предвыборной кампании Дональда Трампа. А заявления самого Цукерберга о том, что компания получала большие пожертвования во время выборов в США?
Другой пример, с Илоном Маском. Он фактически жонглирует фондовым рынком с помощью твиттов про Tesla. Да и сам Twitter он купил не развлечения ради. Но все, что касается Маска и его компании Twitter, это все же больше касается бизнеса. Остальные же ИТ-гиганты пытаются (и успешно) влиять на мировую политику. Можно представить каким влиянием в мире может пользоваться Meta (запрещена в России) имея более 2 млрд пользователей.
Попытки влияния на политику ИТ компании лучше всего видны в России в последнее время. Когда Google (владелец YouTube) блокирует неугодные аккаунты на видеохостинге (обычно это те каналы, которые поддерживают государственную политику России) с одной стороны. А с другой стороны, охотно размещает запрещенный согласно последним изменениям в законодательстве, контент. Получает «нагоняй» от РКН (Роскомнадзор) и штрафы от ФАС (Федеральная антимонопольная служба), но продолжает вести свою линию. И Google не один, таких примеров много.
Можно ли и возможно ли бороться с подобным влиянием на государственном уровне? И кстати вот пример возможности такой борьбы в России. Весной прошлого года после неоднократных предупреждений со стороны Генпрокуратуры и РКН, были сначала закрыты социальные сети Facebook и Instagram, а потом и вовсе признаны экстремистскими на территории России.
И вроде ничего страшного не случилось. Пользователи просто перешли в другие социальные сети, или стали меньше проводить времени в соцсетях. Потери, конечно, были. Так, по некоторым оценкам блогеры потеряли около 80% дохода в совокупности. Бизнес тоже «тряхнуло», пришлось на ходу менять маркетинговые стратегии и искать новые каналы коммуникаций. Но бизнес на то и бизнес, чтобы выдерживать удары и искать что-то новое.
Китай пошел еще дальше. Си Цзиньпин пообещал преследовать так называемые «платформенные компании», которые, по мнению Пекина, накопили огромный объем данных и получили слишком большую рыночную власть. И потребовал усилить надзор, и «разобраться» с монополистами. А что в ответ сказали китайские ИТ-гиганты? А они публично пообещали властям КНР содействовать «всеобщему процветанию». Думаю, что все понимают, что это значит.