Исчезновение Михаила Ивановича накануне выходных никого на заводе не удивило и не насторожило. Никто на это просто не обратил внимание.
Пропуск так и остался лежать в табельной, а все работники просто разошлись по домам.
На выходных в цеху работали несколько человек, но в табельную никто не заглядывал и пропуска не сдавал.
Алексей тоже забыл про эту странную историю. За одну неделю и не разберёшься, что на новой работе норма, а что выходит за рамки установленного порядка.
Поэтому, со спокойной совестью, он отправился в понедельник на работу, надеясь что Михаил Иванович поможет разобраться с недоделанными полами на последних вагонах.
- Привет Лёха! А где Иваныч? Вы с ним в пятницу вместе работали.
Алексей заваривал чай под стапелем, когда к нему подошёл Сергей. Вслед за Сергеем к верстаку потянулся ещё один рабочий, которого Поверкин никогда раньше не видел. Леха не отрываясь от чайника ответил:
- Не знаю, я его после работы не видел.
- Знакомься. Это наш бригадир Геннадий. - сказал Серёга.
- Ты у меня на полах работаешь? - по хозяйски спросил Гена, пожимая Алексею руку.
- Я только учусь - неуверенно проговорил Лёха, вспомнив про свою неудачу на последнем вагоне, в пятницу.
- У нас нет учеников. Начальник говорит, что за проходной толпы желающих на ваше место. Посмотрим как ты работаешь...
Сразу было видно, что характер у Гены скверный, какой и положено иметь бригадиру.
Алексей не знал что ответить, поэтому опустился на табурет и взял в руки кружку с горячим чаем. Тем временем, Гена уже отчитывал кого-то под соседним стапелем.
Серёга принёс свою кружку и молча сел рядом.
- Сейчас достанет всех этот Гена. Так без него спокойно было.
***
После утренней сводки, Поверкин вяло перекладывал инструменты и не знал чем ему начать заниматься. Без Иваныча ему было как-то неуютно в цеху.
Снова подошёл бригадир Гена:
- Ты в пятницу вагоны клеил?
- Я, - ответил Алексей. - Сначала с Михаилом Ивановичем. Потом один заканчивал.
- Почему швы не запаял и технологический линолеум не постелил? Мы отделку задерживаем, ребята на вагон зайти не могут.
- Ничего, что я пятый день здесь работаю? Я вообще ничего не умею и не знаю как это делается! - возмутился Лёха.
- В смысле, не умеешь? Ты устроился на работу слесарем, и не хочешь выполнять свои обязанности?
Лицо Геннадия стало пунцовым:
- На кой тогда ты мне нужен в бригаде?
Бригадир резко ушёл, но вскоре вернулся с каким-то мужиком.
- Витя, вот тебе молодой, забирай его на сверловку.
И обернувшись к Поверкину, буркнул на ходу:
- Будешь с Семёнычем работать.
Когда Геннадий ушёл, Семёныч протянул руку:
- Как вас зовут, юноша, можно поинтересоваться?
- Алексей, - ответил Поверкин, пожимая протянутую ладонь.
- Очень рад, Алексей! Меня Виктор Семёнович. Ну пойдем, посмотрим что ты умеешь.
И они двинулись к стапелю.
Лёха никак не мог понять, почему здесь все люди грубые, нарочито хмурые. Каждый норовит указать тебе что ты новичок, ничего из себя не представляешь, но, в то же время, спрашивают по полной. И за качество и за результат.
Поднялись на стапель.
Семёныч подсоединил пневматическую дрель к шипящему резиновому шлангу, двумя скользящими ударами внутренней части ладони по зажимному патрону ловко раскрутил его и поменял сверло.
Показал Алексею едва различимую на стальном кузове вагона метку:
- Можете сверлить.
Лёха осторожно взял в руки дрель, приставил сверло к метке и нажал пусковую кнопку.
Воздух зашипел, но патрон оставался на месте.
- Не работает? - неуверенно проговорил Поверкин.
- Юноша! Вы первый раз инструмент в руках держите? - начал раздражаться Виктор. - Вхолостую попробуй! Погазуй как на машине, привыкни.
Алексей отвел дрель в сторону от вагона и несколько раз нажал но кнопку.
Дрель загудела.
Лёха приставил сверло к метке и надавил.
Дрель завизжала на высоких тонах, но сверло не торопилось погружаться вглубь металла.
Сизый дымок показался в месте соприкосновения с поверхностью вагона, а кончик сверла неожиданно стал ярко алым.
- Стой! - Громко закричал Семёныч. - Твою ж медь! Кто так сверлит!
И смачно выпустил заряд накопившейся горечи мимо растерянного Алексея Поверкина.
Продолжение следует.