Представьте, что вашу страну объявили независимой, но ключевые решения о её будущем принимают иностранные бизнесмены в тысячах километрах от вас. Они выбирают, какие заводы строить, куда вкладывать деньги, а если местный лидер пытается протестовать — его просто убирают с помощью переворота. Так работал неоколониализм в Африке 1970-х: вместо солдат и губернаторов континентом правили банкиры, страховые компании и инвестиционные фонды. Эта статья о том, как Запад продолжал контролировать Африку, даже когда формально «отпустил» её на свободу.
«300% прибыли или никакого завода»: Экономика вместо развития
История Ганы и бельгийских инвесторов — классический пример неоколониальной игры. Изначально стороны договорились построить алюминиевый завод, который мог бы создать рабочие места и развивать промышленность. Но пока чиновники четыре года спорили о деталях, бельгийцы посчитали прибыль и передумали. Вместо завода они вложились в нефтяное месторождение в Восточной Сахаре, которое приносило 300% годовых — фантастические деньги даже по меркам нефтяного бума 1970-х!
Гана осталась ни с чем. Только когда диктатор Мбойа пригрозил пожаловаться в ООН, бельгийцы за пять месяцев достроили завод. Но и тут хитрость: они отдали Мбойа лишь 40% акций, а когда проект стал убыточным, просто помогли его свергнуть. Новый лидер, Бухари, выкупил завод за бюджетные деньги — то есть бельгийцы не потеряли ни цента, переложив все риски на ганцев.
Вы уловили суть неоколониализма: иностранные компании вкладываются только в то, что приносит сверхприбыль в конкретный момент времени. Если проект полезен для развития бедной страны, но не принесет быстрых денег — его заморозят или вообще отменят.
2. Как бизнес управлял политикой
Африка 1970-х напоминала поле боя, где вместо пуль летели контракты. Главным оружием были организации вроде АКРК — европейского холдинга, который контролировал правительства 15 стран. Но как, целых 15 стран!? Через кредиты, инвестиции и обещания защитить от рисков. Если лидер пытался выйти из-под контроля, его объявляли «ненадёжным», что отпугивало других инвесторов.
Но в 1971-1972 годах у АКРК появились конкуренты — американская OPIC и японская Overseas Investment. Они предлагали страховку от двух главных бед:
- Войны и революции (хотя иногда сами их провоцировали);
- Запрета на вывод денег из страны (то есть если диктатор решит национализировать заводы).
3. «Независимые» диктаторы: Кто на самом деле принимал решения?
Формально у каждой африканской страны был президент, флаг и гимн. Но реальная власть часто принадлежала иностранным компаниям. Например, АКРК открыто влияла на британское правительство — видимо, Лондон получал свою долю от эксплуатации бывших колоний.
Как это работало:
- Шаг 1: Инвесторы вкладываются в добычу ресурсов (нефть, медь, алмазы и т.д.).
- Шаг 2: Если местные власти требуют пересмотреть условия — их заменяют на «более сговорчивых».
- Шаг 3: Когда проект становится проблемным (как завод в Гане), его продают обратно стране через подконтрольного диктатора.
Это создавало порочный круг: африканские лидеры зависели от иностранных денег, чтобы удержаться у власти, а те, в свою очередь, диктовали условия.
4. Как и почему перевороты стали бизнес-инструментом
В тексте есть намёк: когда на рынок пришли американские и японские конкуренты АКРК, в Африке резко участились смены режимов. Совпадение? Если уж честно, то достоверных аргументов нет, но факты говорят сами за себя.
Почему это выгодно:
- Новый лидер аннулирует старые контракты конкурентов и подписывает договоры со «своими» спонсорами.
- Страховые компании получают прибыль. Чем чаще революции, тем больше спрос на их услуги.
- Западные правительства сохраняют рычаги влияния без прямого вмешательства (как в колониальную эпоху).
1970-е показали, что Африка так и не вырвалась из ловушки зависимости. Формально суверенные страны оставались разменной монетой в играх корпораций.
Даже сегодня схема мало изменилась. Страны вроде Китая или Саудовской Аравии повторяют те же приёмы: кредиты в обмен на лояльность, инвестиции в обмен на ресурсы. В будущих статьях я еще вернусь к этой теме!
P.S. А что случилось с Мбойа? Скорее всего, он разделил судьбу десятков африканских лидеров 1970-х: свергнут, забыт, заменён на нового «эффективного» правителя от иностранных партнёров. Конечно же, точной информации об этом у нас нет.