На наши танкеры в морях идет охота, газопроводы атакуют дроны, нефтехранилища и НПЗ поджигают, а в Курскую область продолжают бросать силы. Чем дальше наши войска продвигаются на Украине, тем сильнее атаки вглубь России. И этот месяц, по мнению экспертов, будет самым тяжелым в этом плане. Подробности читайте в материале "Новороссии".
О том, чего нам бояться и как защищаться, мы беседуем с обозревателем "Царьграда" Вадимом Егоровым. Эксперт считает, что Киев хочет получить ещё одну разменную монету, чтобы вывести нас на компромисс.
– Что ни день, Украина атакует русские НПЗ. Причем делает это системно. Граница большая, все дроны не собьешь. Как вы считаете, что стоит за этой стратегией Киева?
– Это действительно тревожная ситуация. Вот, например, недавно в течение всего одной ночи ВСУ семью десятками БПЛА атаковали Ростовскую, Астраханскую, Волгоградскую, Воронежскую, Белгородскую и Курскую области России. В Астраханской и Волгоградской областях целями беспилотников стали объекты топливно-энергетического комплекса. Украинские дроны продолжают наносить удары по стратегически важным объектам. Расчет тут простой – стремление нанести максимальный урон экономике нашей страны. Это и есть та самая стратегия Киева, плюс таким образом они рассчитывают на усиление переговорных позиций и демонстрируют свою силу.
– Губернатор Астраханской области Игорь Бабушкин заявил, что ситуация контролируемая и угроз для жизни и здоровья персонала и населения нет. Но люди не слепые – видят масштабы возгораний. Зачем тогда твердить, что все сбито, а ВСУ выдыхаются?
– Губернатор Бабушкин пытается успокоить население, заявляя, что ситуация контролируемая. Но нам до Победы далеко. О чем можно говорить, когда в Астраханской и Волгоградской областях произошли масштабные возгорания, их видели за многие километры. Давайте признаем, что эти атаки наносят серьезный ущерб российской экономике и демонстрируют слабость нашей системы ПВО.
– А чего нам не хватает? Самих систем или те, которые имеются, не отвечают запросам современной войны?
– Проблема в первую очередь в том, что уровень кооперации между государственными ведомствами не позволяет реализовать задачи такого масштаба. Соответственно, это приводит к тому, что наши предприятия нефтегазовой отрасли никак не защищены от атак. При том, что в экспертной среде уже три года твердят, что нужны сетки, спаренные пулеметы и другие средства, способные эту проблему если не решить, то хотя бы уменьшить.
– Военблогер Алексей Живов отметил, что цель Киева – "нанести максимальный урон крупнейшей статье доходов России". Как вы считаете, что это значит для политической системы России?
– То и значит. Если каждый день будут гореть НПЗ, то мы в любом случае получим серьезный урон для крупнейшей статьи доходов России. Отсюда, с их точки зрения, либо Кремль вынужден идти на расширение эскалации, либо на поиск компромиссов. Эти удары чувствительные, кто бы что ни говорил. К тому же у противника какой расчет? Довести нас до ручки этими ударами, а потом можно потребовать и взаимного соглашения о ненанесении ударов по инфраструктуре – мы не бьём по вашим НПЗ, а вы – по нашим электростанциям. В этом случае ни о какой Победе пока речи нет. В этой же логике они рассматривают захват части Курской области в качестве разменной монеты, которой можно манипулировать, требуя от нас отдать часть области Харьковской.
– Наверное, это имеет еще и психологический эффект для народа Украины, которому нужно как-то объяснить, что ВСУ не проигрывают.
– В самом деле, эти атаки также помогают им оправдываться за потерю Часова Яра, Торецка и других городов. Украинские власти создают мощные информационные поводы, которые помогают им удержаться в своих креслах и показать, что они сильны и контролируют ситуацию.
– Как вы считаете, что будет дальше? Какие шаги Россия должна предпринять, чтобы исключить возможность наносить нам такие точечные и болезненные уколы?
– Очевидно, что, во-первых, наша страна должна усилить свою систему ПВО и защитить свои предприятия нефтегазовой отрасли. Во-вторых, Россия должна пересмотреть свою экономическую стратегию и снять зависимость от углеводородов. В-третьих, у врага не должно быть возможности осуществлять логистику. Судите сами, мосты и железные дороги, по которым идёт оружие, так и нетронуты.