Зима, кутаясь в пушистый белый плащ, завывала за окнами старого дома. Девочка Маша, лет восьми, сидела у окна, вглядываясь в заснеженный двор. Её старший брат, Костя, лет двенадцати, рассматривал потрескавшуюся от мороза раму.
— Слышишь, как зима воет? — прошептала Маша, прижимаясь щекой к холодному стеклу. — Как будто она зовет кого-то…
— Аукает, — поправил Костя, прислушиваясь к завыванию ветра. — Бабушка говорила, что это мохнатый лес её баюкает.
Маша, заинтригованная, повернулась к брату.
— Что значит "баюкает"?
— Значит, убаюкивает, — ответил Костя, улыбаясь. — Как будто колыбельную поёт. Слышишь, как сосны звенят? Это их стозвон.
За окном метель стелилась по двору, словно белый шелковый ковёр. Но, несмотря на красоту, Маша почувствовала холод.
— Красиво… но холодно, — сказала она, поёживаясь. — Смотри, воробьишки!
На подоконнике, прижавшись друг к другу, сидели несколько маленьких воробьев. Они выглядели такими слабыми и несчастными.
— Озябли бедняжки, — сказал Костя, с сочувствием глядя на птиц. — Голодные и усталые.
Внезапно, по ставням застучал ветер, словно злой дух, разъярённый зимней бурей.
— Вьюга злится, — пробормотала Маша. — А воробьишки дремлют. Им наверное, снится…весна?
Костя кивнул.
— Да, наверное, снится им тёплое солнышко, и яркие цветы. Прекрасная красавица-весна…
Они молча смотрели на птиц, закутанных в снежные вихри. И в тишине, пронизанной зимним завыванием, им казалось, что они слышат нежный шепот будущей весны, скрытой под белым снежным покровом. И вера в эту весну, такая же чистая и нежная, как сон маленьких воробьев, согревала их сердца.
Прошло несколько дней. Зима продолжала своё царствование, но уже не с такой яростной силой. Метель стихла, и только лёгкий снежок время от времени кружился в воздухе. Маша и Костя, вооружившись кормушкой и зернышками, вышли во двор.
— Надеюсь, воробьишки ещё тут, — прошептала Маша, осторожно высыпая зерно на доску.
— Должны быть, — ответил Костя. — Мы их каждый день подкармливаем.
И действительно, несколько воробьёв тут же слетелись к кормушке, чирикая и перемигиваясь. Они выглядели уже не такими измождёнными, их перышки блестели на солнце.
— Смотри, Костя, — Маша указала на одного из воробьев. — У него крылышко немного повреждено.
Костя внимательно осмотрел птичку. — Да, похоже, он ранен. Надо помочь ему.
Они принесли маленький ящик, выстелили его мягкой тканью и осторожно посадили туда раненого воробья. Маша принесла воды в маленькой ложке, а Костя нашел крошки хлеба.
— Надеюсь, он поправится, — сказала Маша, глядя на птицу с заботой.
— Поправится, — уверенно ответил Костя. — Мы будем за ним ухаживать.
В течение нескольких дней дети заботились о раненом воробье. Они кормили его, поить, и Маша даже напевала ему тихую колыбельную. Постепенно птичка начала поправляться, её крылышко заживало.
Наконец, настал день, когда воробей смог встать на лапки. Дети вынесли ящик во двор и осторожно открыли его. Воробей немного посидел на краю ящика, потом резко взлетел и улетел, исчезнув в зимнем небе.
— Он улетел, — тихо сказала Маша, слегка расстроенная, но и счастливая одновременно.
— Да, — сказал Костя, улыбаясь. — Мы ему помогли. И это лучше всего.
Маша кивнула. Они снова наполнили кормушку зернышками. Теперь воробьи для них не просто птицы, а друзья, которым нужно помогать и заботиться о них, чтобы они могли дождаться весну. Зима постепенно сдавала свои позиции, и в воздухе уже чувствовалась близость тепла и весны.