Все имена и события в произведении вымышлены, любые совпадения с реальными людьми, живыми или мертвыми случайны.
Кош-Агач - преимущественно казахский посёлок на юге республики Алтай. Окружающий его район из-за климатических условий приравнивается к районам крайнего севера со всеми экономическими и социальными вытекающими. Все друзья и знакомые, уже побывавшие в этом замечательном месте, настоятельно рекомендовали его посетить. И я посетил.
В Кош-Агаче группа, направляющаяся к Джазатору из Горно-Алтайска, встречалась с человеком, который передал нам пропуска в пограничную зону. Дело происходило вечером, на целиком двухэтажный, построенный из глины, сайдинга и подручных материалов посёлок опускались сумерки. Я отошёл от групповой буханки и начал свою небольшую прогулку по селу.
Среди однотипных лачуг и магазинчиков затесалось по местным меркам довольно крупное здание из ярко окрашенного плотного дерева. «Только сегодня, выступление Айнур, не пропустите!» - гласила вывеска на двери. Рядом с ней стояли два огромных толстоватых вышибалы и косо щурились и без того не широкими глазами на окружающих. Внезапно, бодро шествуя по крыльцу не совсем твёрдым шагом, к двери начал прорываться мужчина в кожаных лохмотьях. Реакция вышибал не заставила себя долго ждать. «Айрат, сволочь, сколько можно? Ты же знаешь, наш салун только для лучших чабанов этого села, вали отсюда!» - заорал один из них. «Хер вам!» - крикнул в ответ Айрат, вытаскивая и раскручивая на пальце револьвер, но тут же был сражён наповал выпущенной пулей более молчаливого охранника.
«Вот так, средь бела дня, вот тебе и Кош-Агач» - подумал я и продолжил своё следование по центральной улочке.
Почти из каждого окна играло жёсткое кантри на домбре. Решил завернуть за угол после приметного магазина оружия с ярко-красной сайдинговой крышей. Не успел отойти от перекрёстка и пятидесяти шагов, как буквально через дом послышались звуки крайне активной стрельбы. Автоматные очереди и одиночные выстрелы пистолетов и револьверов слились в единую какофонию. «Опять Тамерлан отделение Сбербанка штурмует..» - устало поделилась проходящая мимо казахская бабушка. «Мало того, что вечно с Ильнусом в баре стреляет, улицы громит, ещё и пенсию получить не даёт, гадина» - продолжила она.
К месту событий торопились местные жители, ручьями вливаясь в единое человеческое озеро. Пытаясь выбраться из ниоткуда появившейся вокруг массы людей, я случайно выбежал как раз на арену боевых действий. Сзади бурлила толпа, по размеру и количеству людей составляющая, как казалось, не только всё население райцентра, но и всей соседней Монголии. А перед глазами тем временем разворачивались не менее интересные события. Налетчики в чёрных адидасовских штанах с двумя полосками и голыми торсами, высадившиеся из единственной в селе полностью тонированной машины, безуспешно пытались прорваться в закрытую белую пластиковую дверь отделения местного детища Грефа. Дверь не поддавалась толчкам и рывкам на себя, а выбить замок выстрелом мешало, видимо, косоглазие (нет, это не расистская шутка, я про болезнь), и неумение обращаться с оружием. Решетки на окнах казались им совсем уж непреодолимой преградой, отчего налётчики отчаянно палили между перегородок и в асфальт, то и дело цепляя рикошетами маленьких детей, заботливо выставленных родителями в первые ряды, поближе к действу, чтоб лучше было видно.
Спектакль разбавила хриплая сирена, сквозь расступившуюся толпу на «сцене» появился дореформенный милицейский УАЗик, из него выскочил однозначно нетрезвый мужчина лет пятидесяти в потёртой милицейской форме, судя по окрасу, как бы ещё не советских времён. Неторопливо, не обращая внимания на грабителей (впрочем, как и они на него), достал с заднего сидения видавший виды сорок седьмой Калашников и начал беспорядочно палить в воздух. Тут уже толпа ринулась врассыпную и я, юркнув внутрь, был донесён общим течением обратно до центральной улицы. «Тимур, шериф местный, бухает, как шайтан!» - прокомментировала мой совсем ошарашенный от происходящего взгляд молодая и весьма симпатичная казашка, тут же скрывшись в уже вялом потоке разбредающихся людей. Оглядевшись вокруг, я понял, что стою не так далеко от уже кажущейся родной серой буханочки. Поспешил к ней. Документы были готовы, мы отправились в Джазатор, а затем на Укок. Путешествие начиналось весело.
***
В обратный путь после восхитительного похода мы отправились рано. Преодолев грунтовку и пограничный пункт, мы оказались в Кош-Агаче на самом рассвете. Решено было заехать в магазин, взять сладостей и воды в двенадцатичасовой переезд по Чуйскому Тракту. Мы ехали по уже знакомой центральной улице села, начинавшей утопать в рассветных лучах. В них же появилась четверка уставших всадников в тюбетейках, в кобурах торчали рукояти револьверов и пакеты с насваем, в зубах дымились самокрутки. По асфальту в огромной сети они волокли полуживое мужское тело. «Коллекторы должника тащат, микрозайм не отдал» - пояснил происходящее водитель.
Тем временем окна домов по обе стороны улицы оказались разбитыми. Остановились у магазина, купив три сникерса, в походе почему-то соскучился именно по ним, взглянул на грустную продавщицу и понимающе спросил: «Что, снова разборки с бандитом Тамерланом?»
- Нет, шериф по утрам развлекается, все окна перестрелял, джармес.