Три года русская бабушка не может забрать внучку из Германии. Мать девочки убили и теперь ей занимается служба опеки. Но из-за денег соцработники не хотят отдавать ребёнка.
Петербурженка Екатерина Бауманн пропала 4 февраля 2022 года в небольшом портовом городке Бремерхафен в Германии. Подозрения сразу пали на её мужа Карла, с которым она прожила 10 лет. И повод для них был — он не раз угрожал Кате расправой. Доходило и до рукоприкладства. В такие моменты девушка вместе с дочерью покидала дом и пряталась в так называемых Фраухаусах — заведениях, куда могли обратиться за помощью женщины, подвергшиеся насилию.
Спустя месяц расчленённое тело девушки нашли в чемодане на берегу реки Везер. В тот же день Карла арестовали по подозрению в убийстве. Но на суде за него вступилась его мать. Женщина утверждала, что именно она убила Катю. В доказательство обещала показать, где спрятаны недостающие части тела девушки.
Но это не помогло и Карла приговорили к пожизненному заключению. А вот свекровь судить не стали, хотя для многих её причастность была очевидной — родственники считают, что она была в курсе всего и, как минимум, помогала прятать тело Екатерины.
Её даже не задерживали. И только в конце 2024 года её осудили за лжесвидетельствование. Отделалась штрафом,
— рассказала мать Екатерины Светлана "Комсомольской правде”.
Теперь же женщина мешает матери погибшей забрать домой свою внучку, которая фактически осталась без родителей. Сейчас за ней следят органы опеки, но Германия такая страна, что забрать ребёнка обратно в семью практически нереально.
Есть шанс, что в данном случае может помочь решение суда по делу о ложных показаниях, фигурантом которого стала мать Карла. К счастью, сама она девочку забрать не может. Но всячески настраивает её против русской бабушки, наговаривая на неё и на Катю.
А служба опеки не только не хочет отдавать девочку Светлане, но и пресекает общение с ней. Мотивируют это тем, что отец ругался на неё на русском и теперь этот язык может травмировать её психику. К слову, немецкого девочка, которой сейчас уже восемь лет, практически не знает — в семье все общались на русском языке.
В данный момент Светлана может только писать внучке письма. Но и тут опека решает, зачитывать их девочке или же просто передать привет от бабушки.
Уже три года Светлана пытается через суд забрать внучку. Но пока это не удалось. Она считает, что опеке выгодно держать у себя и не отдавать ребёнка, так как за это можно получить большое пособие.