Конечно, продолжаем историю о коте Мурзике и Николае Петровиче!
---
Утро на озере встретило их тишиной, нарушаемой лишь плеском воды да криком чаек вдали. Николай Петрович, достав из рюкзака складной стульчик и удочки, принялся готовить снасти. Мурзик, сидя на пне, наблюдал за каждым движением: его хвост нервно подрагивал, когда старик насаживал на крючок червяка, а уши навострились при звуке раскрывающегося садка.
— Вот, смотри, Мурзик, — бормотал Николай Петрович, будто объясняя секреты мастерства, — рыба любит терпение. Не суетись, и она сама к тебе приплывет.
Кот, впрочем, терпением не отличался. Едва поплавок коснулся воды, Мурзик подскочил к самому краю берега, пытаясь лапой поймать солнечного зайчика, танцующего на волнах. Внезапно поплавок резко нырнул, леска натянулась, и Николай Петрович, ахнув, подсек удочку.
— Держись, щука, не иначе! — засмеялся он, с трудом удерживая извивающуюся добычу.
Мурзик, решив, что это новая игра, встал на задние лапы и принялся «помогать» — ловить брызги и грозно шипеть на вынырнувшую из воды рыбину. В итоге щука, воспользовавшись суматохой, рванула в сторону, и Николай Петрович, споткнувшись о кота, едва удержал равновесие.
— Ну ты, рыбацкий ты мой помощник! — прокашлялся старик, поправляя кепку. — Лучше садись рядом, а то мы останемся без ухи…
Кот, словно осознав свою вину, улегся на рюкзак, но глаза его по-прежнему следили за каждым движением удочки. К полудню в садке плескалось уже три карася, а Мурзик, устав от впечатлений, мирно дремал на солнышке.
Возвращались они через лесную тропинку, неся улов и притихшие от усталости, но довольные. Николай Петрович нес Мурзика на плече, а кот, мурлыча, терся щекой о его седые виски.
«Не рыбак из тебя, — думал старик, — зато компания — хоть куда».
И, похоже, Мурзик был с этим согласен.
Муррр.... Ваш Мурзик.