– Я знаю, что после прошлого сезона тебе звонил Сергей Семак. Как прошел тот разговор?
– Он говорил, что за мной внимательно следили, моя игра очень понравилась. Семак сказал, что хочет видеть меня на летних сборах. Я честно ответил, что благодарен и ему, и клубу, но переходить в «Зенит» нужно в другом статусе, чем у меня. Я очень хочу вернуться в «Зенит», но уже как состоявшийся игрок, а не какой-то футболист с потенциалом.
«Зенит» – это клуб про победы и кубки, картинка игры не так важна. И это же не плохо: даже если ты плохо играешь, но побеждаешь, потом все забудут, как ты играл. «Зенит» делает все для победы, тратит много ресурсов, в том числе финансовых – в таких условиях молодому игроку тяжело заиграть.
– Мы разговариваем в момент, когда Саласар вот-вот перейдет в «Зенит», а Уэсли еще может доехать до Петербурга. Как ты воспринимаешь эти трансферы?
– Ровно так, как и сказал: это готовность пойти на очень большие затраты ради победы. Молодой игрок может тренироваться, где-то даже хорошо проявлять себя, но каждые полгода на его позицию может приехать игрок на три головы выше.
Думаю, отношение к легионерам, купленным за большие деньги, и к собственным воспитанникам немного отличается. Не только в «Зените» – в большинстве клубов мира. Если ты приобретаешь игрока за большие деньги, будешь ждать, когда он даст результат. Для того чтобы на позиции такого футболиста заиграл юный воспитанник, он должен быть на три головы выше. Это непросто.
– Или нереально?
– Очень-очень сложно, – сказал полузащитник «Краснодара» в интервью Спортсу’’.
