80 лет назад 4 февраля 1945 года открылась Ялтинская конференция руководителей трёх союзных держав: СССР, Великобритании и США. Эти переговоры обеспечили мир в Европе на многие десятилетия, несмотря на идеологическое противостояние. О решениях Ялтинской конференции напомнит Борис Бейлин.
Переговоры шли в течение восьми дней в Ливадийском императорском дворце возле Ялты. В том же здании расположилась американская делегация во главе с президентом Рузвельтом. Британскому премьеру Черчиллю выделили Воронцовский дворец в Алупке (он, кстати, построен в английском стиле). Сталин вместе с соратниками жил в относительно скромном Юсуповском дворце в Кореизе.
К февралю 1945-го разгром нацистской Германии был предрешен. В Ялте союзники лишь сверили свои планы и договорились, что немецкая территория будут оккупирована не только ими, но еще и Францией. На Германию возложили обязанность компенсировать нанесенный ущерб. Причем комиссия по репарациям должна была работать в Москве.
Но главным вопросом переговоров было послевоенное устройство Европы и новые правила для всего мира. Союзники долго чертили будущие границы государств. А в кулуарах договаривались о степени своего влияния в той или иной освобожденной стране. Те решения действовали более сорока лет, до распада советского блока. А границы сохраняются и сейчас. Разве что Советский Союз с Югославией тоже распались.
Наконец, именно в Ялте было решено, что послевоенное устройство будет регулироваться с помощью новой мировой организации. То есть ООН. И Сталин, и Черчилль, и Рузвельт выразили надежду, что с ее помощью можно будет достигнуть едва ли не вечного мира и благоденствия. При сохранении идеологических различий. Впрочем, в хрониках того времени о противоречиях предпочитали умалчивать. Тем более, что общий враг еще не только существовал, но и сопротивлялся.
"Только при продолжающемся и растущем сотрудничестве и взаимопонимании между нашими тремя странами может быть реализовано высшее стремление человечества – прочный и длительный мир, который должен обеспечить такое положение, при котором все люди во всех странах могли бы жить всю свою жизнь, не зная ни страха, ни нужды. Победа в этой войне и образование предполагаемой международной организации предоставят самую большую возможность во всей истории человечества для создания в ближайшие годы важнейших условий такого мира. Черчилль, Рузвельт, Сталин.
Коммюнике подписали в последний день конференции. Рузвельт предложил Сталину первым поставить свою подпись. Но Сталин возразил: мол, в Америке – зубастая пресса, напишет, что союзники пошли на поводу у советского лидера. Так что давайте в алфавитном порядке. Рузвельт, Сталин, Черчилль. Но здесь вмешался британский премьер. Он заявил, что если руководствоваться английским алфавитом, то именно его фамилия будет первой. На том и порешили. Это было время компромиссов.