Глава 1
Проснувшись рано утром, я легонько чмокнула в щеку спящего Володю, и помчалась на кухню ставить чайник, а затем в душ. Дел сегодня было запланировано более чем достаточно, сначала провести обряд над пожилой женщиной, приютившейся на нашей летней кухне, до выздоровления. Затем несколько записанных заранее посетителей, потом подросток, со вчерашнего дня, оккупировавший нашу беседку, и ни в какую не соглашающийся уходить, пока я его не приму. Потом дела по дому и саду, а вечером по записи несколько клиентов.
У Володи день был не менее насыщенным: он принимал больных, в местной больнице, в качестве психолога, изредка "приводя" работу «на дом». Вся местная элита лечилась у него и потому, работал он спокойно, не особенно переживая из-за отсутствия каких бы то не было дипломов и подтверждающих документов.
Паспорт ему выправили все те же высокопоставленные клиенты, да и остальные документы тоже. Теперь он значился как Гарнов Владимир Семенович, 1982 года рождения, уроженец Краснодарского края. История с документами была немного мутной, но полезной для нас.
Напевая себе под нос незамысловатую мелодию, я в лёгком халатике, готовила яичницу, и параллельно намазывала бутерброды маслом. Володя подошёл сзади и, обняв меня за талию, поцеловал в шею.
- Ммм, как же ты пахнешь! – прошептал он, немного щекоча губами мой затылок. Волоски на моей шее тут же встали дыбом. Он хохотнул, заметив мою реакцию на его ласку и тут же предложил:
- А не желает ли, моя звезда, прогуляться до спальни со своим верным рыцарем? – бодро произнёс он и хлопнув меня по попе в смешном полупоклоне уставился на дверь, ведущую в спальню.
- Желает, очень желает, - улыбаясь, ответила я, - но сгорит весь наш завтрак, и ты опоздавший, злой и голодный, отправишься на работу. А мои клиенты разрушат наш дом, прорываясь на приём.
- К черту работу! Я совсем тебя не вижу, – грустно сказал Володя, откусил бутерброд и, прожевав, добавил, - нам нужен отдых, отпуск, называй как хочешь, побыть вдвоём, чтоб ни одной живой души, чтоб нам не мешали. В конце то концов! – зло прошипел он и уставился на входную дверь, в которую, уже кто-то еле слышно скрёбся.
Я повернулась, взъерошила его седые волосы пятерней и, чмокнув в нос, улыбаясь, сказала:
- А мне нравится твоя затея с отпуском! – затем немного подумала и, запахнув халатик, добавила, - я даже знаю такое место, где нас никто не сможет потревожить. Что ты думаешь о нашем рае?
- Я, за! Рай – это идеально! Сегодня же предупрежу на работе, что уезжаю с женой в отпуск! – оптимистично ответил Володя, уже на ходу дожёвывая яичницу и устремляясь к двери.
- Куда? – крикнула я ему вдогонку, - А как же горячий поцелуй моего героического рыцаря?
- Что ты со мной делаешь? – нехотя оборвав поцелуй, тяжело дыша, прошептал Володя, - так ведь и не предупрежу никого на работе, расшвыряю твоих клиентов, и на руках утащу в рай!
***
- Ксюшенька, - утирая слезы радости, говорила женщина, - как же хорошо, что вы есть на свете, а то я уж помирать собралась. Завещание даже составила. А теперь порхаю как девочка, и больше ничего не болит! Это невероятно, вы волшебница!
- Ну что вы, Лидия Михайловна, никакого волшебства, врачи, как обычно, что-то напутали, – сказала я, торопливо дописывая на бумажке, что и когда принимать. - Я просто подлечила вас не много и все. Поезжайте домой и не забывайте о моих рекомендациях, – добавила я, передавая ей исписанный листок.
- Ох, обманываете вы меня, Ксюшенька, жалеете, - по-матерински улыбаясь, протянула мне конверт пожилая женщина, - чувствую я, что подарили вы мне незапланированные судьбой годочки. Так пусть и вас судьба не обойдёт своей щедростью, балует, да радует!
Женщина уселась в автомобиль, рядом с водителем, помахала рукой на прощание и отбыла. Затем были ещё два клиента с более простыми болячками, и наконец, очередь дошла до мальчика, который без аппетита ковырялся в утренней яичнице, неотрывно глядя из веранды на дверь нашего дома.
Я зашла на веранду и присела на лавку напротив него.
- Ну и с чем ты пожаловал? Никаких физических отклонений я у тебя не вижу, - внимательно глядя на него, спросила я.
- А я на боли и не жалуюсь, - дерзко ответил он, - я сумасшедший, тётенька!
Я от возмущения даже рот приоткрыла, «тётенька!», кольнула меня неприятная мысль, но подумав, захлопнула рот, и ещё более внимательно мысленно просканировала подростка. Определённо, нет никаких изъянов ни в мозгах, ни в теле.
- Кто тебе внушил такую чушь? – не особенно церемонясь после тётеньки, спросила я, - плюнь ему в лицо! Ты абсолютно, я подчёркиваю, абсолютно здоров, мальчик.
- Меня Павлом зовут, Павлом Владимировичем Костюшко, если быть точным, - спокойно, с небольшим нажимом, сказал мальчишка, и вдруг громко выкрикнул:
- Если я здоров, почему вокруг меня черти собираются страшные, как мне с этим жить?
Я онемела, поняв, что передо мной один из нас. Ведьмак, но только ещё совсем ребёнок.
- Расскажи мне о себе, о своей семье, все по порядку, не торопись, - спокойно сказала я и накрыла его сцепленные и побелевшие от напряжения пальцы своей рукой, успокаивая и расслабляя. Благо это было не сложно.