Психология как наука служит тому, чтобы человек стал социально адаптированным членом общества. Умел справляться и преодолевать трудности, возникающие в процессе общения с другими людьми. А мы даже не отмечаем, что это первое, что оказывает на нас воздействие и на что мы реагируем. И что именно взаимодействие с другими людьми окружает нас на протяжении всей жизни, с момента зачатия.
Когда был накоплен достаточный опыт в исследовании психических и психологических проблем и отклонений, в психологии зародилось направление, получившее название «гуманистическое». Его целью было изучение здорового человека. Что значит – быть психологически здоровой личностью. Психиатрия перешла в разряд психотерапии.
И понятно, что началось исследование поведения (в широком смысле) человека, у которого нет болезненных реакций на окружающих людей или жизненные ситуации. Сформировалось представление о том, каким должен или может быть психологически здоровый человек, что значит – психологически здоровая личность.
И как всегда бывает с любым явлением – следующим шагом психология из труднодоступного научного исследования превратилась в книжку «для чайников», с одной стороны. И в умничание – с другой. Перейдя в разряд консультирования, стала для человека внешним авторитетным мнением. С которым считаются, к которому прислушиваются, с которым сверяются.
И не стоит забывать, что сама по себе наука не разговаривает. Она разговаривает через тех, кто захотел исцелить в себе что-то. Но, изучив целую науку, почувствовал, что больше других понимает или разбирается в отношениях между людьми и в самих людях, и, не зная себя, для чего родился, зачем пришел в этот мир, почувствовал себя значимым за счет внешнего по отношению к себе самому знания, и стал наставником для других. Экспертностью прикрыл недостаток знания о себе самом.
Так вкратце можно описать сегодняшнюю ситуацию, когда открывается следующая ступень, которая принципиально отличается от предыдущих. Она базируется на опыте, которого у психологии как науки нет, как нет и инструментов, теорий и концепций, чтобы человек этот опыт мог получить. Это ближе к философии, но философы тоже скорее ученые и исследователи. Такой опыт можно было найти у основателей или у особых практиков прошлого в фундаментальных религиях. Но не в религиозных структурах или организациях.
Поэтому когда речь идет о когнитивных или экзистенциальных темах, сначала нужно разобраться, что понимается под собственным жизненным сценарием, или актуализацией потенциала, под самим потенциалом, или быть собой, прийти к себе, быть здесь и сейчас и так далее. Что предлагает конкретный специалист, над чем он сам работает и как он понимает тему, и как эта тема соответствует тому, что нужно мне. То есть помимо общего результата, которому служит психологическая наука, каждый специалист работает над какой-то своей темой. И какой смысл именно он вкладывает в то или иное понятие. Например, в психологической практике широко применяется медитация. Хотя точнее было бы назвать – практика балансировки эмоционального состояния с помощью созерцания и контролирования дыхания или внимания. Или «здесь и сейчас», и иногда можно встретить вариацию «тут и теперь», которая больше отражает смысл техники: обратить внимание на собственные ощущения в теле в данный момент времени, то есть переключить работу ума. И ни одно, ни другое не имеет отношения к тому смыслу, который вкладывался в эти понятия там, откуда они пришли в психологию.
С середины 20 века было много сделано в области нейрофизиологии. Знание о различиях в функциях и роли полушарий головного мозга, его способности к изменениям на уровне нейронных связей и качество пластичности стало тем недостающим звеном, которое позволило соединить психику и тело.
Психология это область ментального знания и работы ума. То есть левого полушария. При которой доступ в правое приоткрывается по каплям в результате длительного многолетнего постоянного и регулярного проговаривания или выговаривания слушающему психологу и разборов с его помощью претензий, обид, негативных эмоций – всего того, что можно в целом отнести к переносам или проекциям.
Результатом становится ментально устойчивая личность, которая не рушится при первой же обратной связи, указывающей ей на какой-то недостаток. Формируется основа для того, чтобы двигаться дальше, к тому, чтобы стать не только личностью, но живым счастливым человеком.
Опираясь на нейрофизиологию и огромную практику мануальных терапевтов и прикладных кинезиологов, была создана коррекционная система, позволяющая точечно убрать стрессовую реакцию ума, тела и психики и получить результат, недостижимый в рамках психологический практики. На это работают два основных инструмента. Первый это карта моделей эмоциональных состояний, определяющих поведение человека в широком смысле, которая также показывает каким человек хочет быть в данной ситуации или в данных отношениях. Второй – коррекционный протокол, с помощью которого можно восстановить в человеке состояние, свободное от предубеждений, проекций, стресса, страхов и сомнений. Без необходимости разбирать свои эмоции по отношению к кому-то, вспоминать исходную травмирующую ситуацию и ее обстоятельства, которые привели к появлению привычного состояния избегания прямого естественного проявления себя, негативного мнения о себе, попыток взять не свою ответственность или соответствовать какому-то идеалу, лишь бы не было плохо, лишь бы чувствовать себя нужным, лишь бы был успех а-ля картинка в соцсетях.
Но здесь возникает небольшая трудность.
На своем опыте я убедилась, что прежде, чем применять этот инструмент, нужно очень серьезно разобраться с запросом. И первое, с чего все начинается, это готов ли я меняться и делать это, отвечая за самого себя. Потому что в этой коррекционной системе нет эксперта или специалиста, который смотрит на человека сквозь призму той или иной теории, выдавая советы, как ему нужно поступать в соответствии с применяемой концепцией.
Это может показаться простым – я ведь и так принимаю свои решения. Но на самом деле речь идет о совершенно другом способе мышления. Другой точке отсчета. Коррекционная система срабатывает всегда, и всегда дает результат. Но этот результат оказывается настолько непривычным, что без специального внимания, запроса немного другого порядка ум уводит на старые рельсы: было плохо – стало хорошо – это на самом деле все, чего мы хотим. И человек с новыми силами продолжает делать то же, что и раньше. Эти появляющиеся после сессии новые силы подсознательно воспринимаются привычной системой представлений о себе как долгожданное «хорошо». А они достаются для того, чтобы вложить их во что-то иное, новое. И не происходит того самого нужного изменения в системе размышления и подходе к себе, ради которого на очень глубоком уровне убирается причина нечувствования себя собой.
Небольшой PS.
Когда люди занимаются в какой-то теме или следуют какой-то идее, они становятся одинаковыми в каком-то аспекте. Так происходит потому, что они сдают свой авторитет в тему, которая становится их кумиром. Они соотносят с ней свои действия, мысли, образ жизни, она становится для них ориентиром, чем-то, с чем они постоянно сверяются – и тогда люди становятся одинаковыми. Я это наблюдала в разных историях, и то же самое происходит с психологией. Люди, которые приходили ко мне после или во время работы с психологом, их всех отличала одна общая черта, независимо от социального положения, личной истории или запроса. Все были одинаково сдержанны в позе и все сразу же в качестве знакомства выкладывали свою историю как заранее выученный наизусть урок. И как правило с проскальзывающими научными терминами.
Вы можете сказать, что это потому, что они тоже пришли на консультацию и поэтому ведут себя так, как положено вести себя на консультации. С одной стороны, это так. Но с другой – это и значит, что человек пришел к какому-то внешнему авторитетному специалисту , по отношению к которому он должен вести себя определенным образом. Его нет в этом на самом деле. В этом нет равенства, нет свободы, его как человека, отвечающего за себя, в этом нет.