Этот симпатичный парень — французский писатель Ромэн Пуэртолас (предполагаю, что это его псевдоним, уж больно фамилия совпадает с названием испанского курортного городка). Он уже знаком российскому читателю: лет десять назад мы тепло встретили его «Невероятные приключения факира, запертого в шкафу ИКЕА». И вот сегодня мои подруги из «РИПОЛ классик» выпустили его новую книгу «Под зонтом Аделаиды». С легким изяществом, присущим французам, Пуэртолас завернул в старомодненький детектив притчу о презумпции невиновности, системе правосудия, духовных скрепах и стереотипах.
Главная интрига вовсе не в том «кто убийца» (хотя вообще не очень люблю играть в угадайку), а в том, когда же разворачиваются события. На центральной площади французского города М. в Сочельник, когда все жители города пришли смотреть рождественский концерт, происходит убийство — прямо в толпе задушена женщина. Случайно фотокор местной газеты запечатлел момент убийства — на шее женщины явно видны руки черного цвета. Следствие обвиняет камерунца Мишеля Панданжила — он единственный черный мужчина в округе. Случайный свидетель преступления Базиль передвигается по городу в коляске, которой управляет немка и его совсем недавно отлучили от любимого красного «ситроена». Защитник подсудимого, 20-летняя адвокатесса, однажды получает важный вещдок — дневник жертвы, написанный мелким почерком. Абсолютно никто из персонажей не пользуется мобильным телефоном, а девушки все еще носят панталоны (но уже ездят за рулем автомобиля). А! еще почти все курят.
Сначала как бы кажется, что перед нами история Бенджамина Баттона на французский манер. Потом нам подкидывают пару разных вариантов развития событий, и я вспоминаю Нюдгорсхауга и еще несколько примеров из мирового кинематографа. Потом главная героиня попадает в парочку нелепых ситуаций — и вот я уже уверена, что перед нами ироничный детектив в духе книжек Иоанны Хмелевской.
Но вы-то, ведь, не поведетесь на легкость сеттинга?
В простенькой с виду книжечке Пуэртолас поднимает по-настоящему сложные темы, о которые мы в будничной суете стараемся не спотыкаться. Насколько упорны люди (особенно занимающие определенные должности) бывают в своих убеждения? Можно ли доверять человеку, который уже один раз не сказал правду? Как убедить вообще всех, кто держится за стереотипы, посмотреть на события под другим углом? Но сюжетообразующий вопрос, который поднимает автор, я обозначить не смогу, потому что это будет жирный спойлер.
Надо сказать, я вот совсем недавно обратила внимание, на очень французскую особенность ничего не говорить напрямую, и к любой мысли подводить собеседника издалека. Я сначала не поверила, а потом поконсультировалась со знающими людьми. Поэтому я сегодня снимаю шляпу перед Ольгой Павловской, которая в своем переводе «Под зонтом Аделаиды» сохранила для нас эту витальную витиеватость французского языка. А ведь могла бы сделать отличную адаптацию под привычный нам повествовательный стиль.
Но и Пуэртолас был бы плохим французом, если бы не придумал своей «Аделаиде» финал изящный, как глоток холодного брюта в полуденный зной, и печальный, как разбитый горшок с кустовой розой.