Позади щелкнул замок. И тотчас парень почувствовал, что оказался в ловушке. Молодой, высокий, спортивный, он всегда плохо помещался в прихожей собственной квартиры — слишком уж у него внушительный размах плеч.
Теперь же он и вовсе был зажат в угол, и сделали это не грабители и не воры, а его собственная жена. Позади осталась запертая на все замки дверь, справа шкаф, слева огромное зеркало. Одно движение и все это обрушится на него. Алена перекрыла ему проход в коридор своим хрупким телом, еще и руки в бока уперла. Если заденешь — лучше вовсе не думать, что будет! Огромный сильный мужчина вздрогнул.
— Ну, что ты доволен тем, что натворил? — зашипела ему в лицо красавица.
Ухоженные пальчики с маникюром напоминали теперь острые когти. Только б не бросилась она ему с этими когтями в лицо! Как в прошлый раз. И силой-то ей не ответить — не такой он человек. К тому же жена — девушка хрупкая, в ней и пальцем можно что-нибудь сломать навсегда. Василий знал, что он способен наделать руками и это с равным, в спортивном зале. А тут! Нечего даже и думать о том, чтоб толкнуть Аленку.
И помощи не попросишь — стыдно уж очень, да и что он скажет? Помогите, меня бьет жена? С его-то габаритами? Засмеют сразу, Алена еще и подольет маслица в огонь, обвинит его сразу же во всех мыслимых грехах. Ей точно поверят, а ему никогда и ни за что.
Остается только смириться, терпеть. Мужчина вжался в стену и сразу стал похожим на испуганного мальчишку двухметрового роста.
— Что опять, Лёлик?
— Я тебя просила не называть меня так! — красотка притопнула ножкой, — Что опять? А по-твоему все хорошо было? Ну, тогда ладно. Сам попросил, — звонкая пощечина легла на колючую щеку парня, — Я вокруг его родни целый день бегала, полы терла, за тобой посуду по полу собирала! У плиты стояла полдня! Зачем мне все это? Чтоб твоя тетя головой своей качала? Мне слова доброго никто не сказал! А на следующие выходные к матери твоей поедем опять? Ее надменную ухмылочку в мой адрес терпеть? И мою стряпню никто не похвалит! Опять мне целый день у плиты стоять? — Алена перешла на громкий крик. Что-то сжалось в груди Васи. Он и подумать не мог, что все было именно так, как говорит супруга. Да и матери его она нравится.
— Я только один раз выронил вилку! И ты сама хотела приготовить к столу побольше всего. Вспомни, я же предлагал купить в кулинарии вкусного чего-нибудь.
— Вот, значит, как? То есть я и готовить не умею? В кулинарии вкусно готовят, а я нет?
Парню пришлось руками закрыть лицо от летящих в него тумаков. Жена начала бить его совсем не давно. Василий был настолько ошарашен этим фактом, что просто не знал, как ему себя повести. Алену он любил. Парень долго ухаживал за этой девушкой, да и поженились они всего полгода назад. Первое время жили душа в душу, а потом начались упреки, придирки. Он терпел, старался угодить, баловал подарками. Все бесполезно! Жена начала устраивать ему скандалы один за одним. И все из-за ничего не стоящих мелочей. Молко принес не той фирмы, губки для посуды не те купил. Он пытался вручить ей свою банковскую карту, но сделал только хуже. Жена обвинила его в безразличии, в том, что он растоптал своим хамством семью. Якобы пара должна знать предпочтения друг друга. В чем-то Вася был с Аленой согласен. Только он никак не мог уследить за меняющимся вкусом жены.
Спрашивал у знакомых, у коллег по работе — как ему быть? Неужели цвет туалетной бумаги действительно так важен? Над ним подшучивали, но советы давали. Говорили, что да, с любимой женщиной жить в одном доме не легко, это совсем не то, что просто встречаться. Ну на то вы и взрослые люди, чтоб уметь построить быт.
Василий старался, покупал букеты, водил жену в ресторан, работал с утра и до ночи, чтоб потакать всем прихотям своей Аленочки. И все равно оставался виноватым.
— Алена, хватит! Довольно! — парень не выдержал, схватил жену за запястья. Та завизжала в голос, — Не надо! Соседи услышат, полицию вызовут!
— И пускай вызывают! Пускай! — лицо девушки приобрело жуткое выражение, она стала напоминать чудовище из кошмара, — Скажешь, что тебя жена обижает. Лупит! Все равно никто не поверит! Или ты, может быть, хочешь поплакаться соседям? Вот иди и поплачь у них на груди. Ты же мужик! Или не мужик?
— Алена, прости пожалуйста меня за этот день. Я понимаю, что тебе с моей родней сложно. Больше я тебя с собой не возьму, стану один навещать тетю Надю.
— И любовницу себе там заведешь? То-то, я смотрю, соседка на тебя все поглядывала. Уже сговорились?
— Да я просто с ее мужем...
— Что ты делал с ее мужем? А ну, сознавайся!
— Ничего. Общался и все.
— Знаю я, как ты общаешься с людьми. Наверняка нашли где-нибудь бутылочку, а потом ты за руль сел, да?
— Я никогда не пью, тем более, за рулем!
— Рассказывай больше! — Алена стремительно ушла в ванную комнату.
— Я с тобой развожусь! Так и знай! Мое терпение лопнуло!
Василий никак не мог прийти в себя. Он устал и не знал, как ему поступить. Хоть бы с кем-нибудь поговорить, посоветоваться, что ли? Алену он любит, но нельзя же так жить! А если дети появятся? Или и вправду он во всем виноват, мало заботится о жене?
Поздно вечером парень прокрался в спальню. Жена тотчас опустила руки на его спину, приобняла.
— Я конечно переборщила, но ты был не прав. Согласись.
— Да, наверное.
— Давай без "наверное".
— Угу.
Тонкие девичьи руки ласкали огромное тело Василия. Каждый раз, словно впервые, так же осторожно прикасаясь к особенно чувствительным уголкам. Парень растаял. Примирение вышло бурным, скандал как-то вдруг стал не так уж и важен. Может, стоит попробовать еще раз наладить их отношения? И Алена его любит, и он ее в общем тоже. Нельзя рубить с плеча, когда дело касается семьи.
Наутро Вася заказал очередной роскошный букет цветов для супруги. И постарался пораньше вернуться домой.
— Почему розы? Ты хочешь меня сравнить с этой жестокой красотой? Красный цветок в обрамлении колючек. Ты считаешь меня жестокой? Думаешь, я способна пролить твою кровь?
— Я заказал розы, потому что это твои любимые цветы! И все! Только поэтому!
— Не смей на меня кричать! Я этого не переношу! Розы я люблю белые. Можно запомнить?
— Я учту.
Неделя подходила к концу. Василий был совершенно измотан. Ему хотелось сунуть голову в ведерко со льдом, охладить свои мысли. В выходные Алена вдруг собралась и объявила, что они едут к его маме.
— Ты же не хотела, — осторожно поинтересовался Василий.
— Ну вы же договорились. Я что, напрасно бегала по магазинам, пекла пироги для свекрови? Ты мне это хочешь сказать?
— Нет, поехали, конечно. Сейчас я ее предупрежу.
— То есть ты даже ни о чем еще не договорился?
— Прости! — Вася бросился со всех ног к машине, чтоб только не оставаться рядом с женой в эпицентре скандала.
Дачный домик мамы источал сладкий запах уюта, совершенно по-особенному пах весенний сад, хоть ещё толком ничего не распустилось. В канавах так и вовсе оставался лежать снег. Зато около яблонь густо цвели подснежники. Кирпичики вокруг будущих грядок блестели. Мама как раз закончила домывать окна после зимы. Она была очень рада гостям, внезапному приезду своего сына с невесткой. Курочка уже томилась в духовке, а на стол был выставлен чай. Пироги Аленки оказались как нельзя кстати. Мама нахваливала ее, как хозяйку, покуда не принялась их резать.
— С рыбой? — изумилась свекровь, — Девочка, прости, но я это есть не стану.
— Как? Я так старалась. Или вам безразличны мои усилия? Зачем же резали тогда?
— Прости, но у меня аллергия на рыбу. От одного малюсенького кусочка я могу умереть. Тем более, мы на даче, отсюда до больницы очень далеко. Я же тебе говорила, Аленушка. И не раз. В нашем доме рыба, увы, под полным запретом.
— Выдумщица! — Алена подскочила, как ужаленная, и выбежала в сад.
— Вася, сходи за женой, пожалуйста. Мне очень перед ней неудобно. Но моя аллергия точно не выдумка. Алене тысячу раз было об этом сказано. Я бы и сама хотела попробовать.
— Мам, прости, но я никуда не пойду, — Вася не мог позволить Алене устроить еще одну безобразную сцену на глазах у матери, в ее доме.
— Что значит, не пойду! Ты взрослый мужчина, должен уметь договариваться с женой. Она впечатлительная, так бывает, сам выбирал. Иди скорей, пока Алена не простыла. На улице еще так холодно. Это кажется, что весна и тепло. Ветер очень холодный.
— Мам, она меня бьет, — решил признаться Василий.
— Как бьет? Ты шутишь? Ты же знаешь, я никаких шуточек ваших не понимаю. Говори прямо.
— Алена меня унижает и бьет. Я развожусь. С меня хватит.
— Ты преувеличиваешь.
— Если бы так!
Поздно вечером, пока жена принимала ванную Василий позвонил нескольким родственникам. Хотел посоветоваться, надеялся на сочувствие. Но ему никто не поверил! Ни один человек! Словно бы это вовсе не были его самые близкие люди.
— Может, ты преувеличиваешь? — сыпалось на него от всех.
Парень окончательно сник. Перед ночью он не рискнул устроить скандал. Решил дождаться утра. Мало ли, что способна устроить Алёна, когда услышит о его решении? Матери его она же умудрилась напечь пирожков с рыбой. У парня до сих пор не получилось объяснить это здраво. По всему выходило, будто его Аленка попыталась свою свекровь попросту убить. Или довести до больницы. Ведь она знала все о диагнозе. Знала и все равно решила печь именно рыбные пироги. Спрашивается, зачем?
Парень был мил с женой. Жить ему хотелось, и желательно, с двумя целыми глазами и без шрамов на лице. Кто только придумал делать девушкам такой маникюр? Остренький, длинный, будто бы у каждой по пять бритвочек на руке. До того, как жена взбесилась, Василий никогда и не думал о том, насколько опасны могут быть женские ручки с длинными ноготками.
Утром парень позавтракал, собрался на работу, предусмотрительно отомкнул все замки на входной двери. Его супруга все это время сладко спала.
— Алена, я с тобой развожусь! — выкрикнул он из прихожей, — Сегодня же подам заявление в ЗАГС!
— Что ты сказал? — заспанная супруга бросилась к двери. Василий выскочил на лестничную площадку.
— Что слышала. С меня довольно твоих выкрутасов. Я развожусь! И ты ничего не получишь. И даже мою новенькую машину отсудить тебе не удастся, она оформлена на мою мать!
— Это мы ещё посмотрим, кто из нас и что именно получит! — прошипела девушка.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.