Анастасия Панина
Абсолютная чемпионка России по художественной гимнастике Анна Попова в день 18-летия рассказала РИА Новости Спорт, как ее карьера чуть не закончилась, о чудо-операции на спине и долгом разговоре после наркоза с Ириной Винер.
"Потренировалась и три дня не могла встать с кровати"
– Можете рассказать, что привело вас к операции?
– Я узнала об этой травме больше двух лет назад. Все было не критично. Но так как боли все же были, я обратилась к Дмитрию Николаевичу (Дзукаеву, нейрохирургу - прим.ред.). Он сказал, какие упражнения нужно делать, чтобы закачать спину. Но в последний год все ухудшилось. Было настолько больно, что от спины шли и другие травмы. В конце 2023 года и начале 2024 года я не могла выступать и даже тренироваться.
– Как нашли силы на Игры БРИКС?
– Перед Играми БРИКС я сказала себе, что неважно в каком состоянии буду, но выйду и сделаю все возможное, чтобы не подводить команду, тренеров и болельщиков. Я была на обезболивающих из-за спины, плюс были проблемы с коленом. Еще и заболела после турнира в Дубае. Но я дала себе обещание. Большая честь – выступать в команде и ее не подвести. Выложилась реально на свой максимум на тот момент. Удивительно, что смогла выиграть.
После БРИКС понимала, что мне нужно срочное восстановление – покой, процедуры, плазма. Колено сильно беспокоило, но после восстановления стало полегче. Я даже вышла на ковер на концерте в Лужниках. После этого начала изучать новые правила, учить новые связки. Потренировалась… и три дня не могла встать с кровати. Как раз через неделю была записана на прием к Дмитрию Николаевичу. Он сказал: никаких тренировок. Экстренно, и чем быстрее, тем лучше, нужна операция. Для меня это было неудивительно, честно говоря. Мы решили оперироваться до Нового года. Доктор сказал, что не представляет, как я это все вытерпела. Но я очень терпеливая!
– Со стороны было понятно, что у вас есть какие-то проблемы со здоровьем, но что все настолько серьезно, и предположить никто не мог.
– Никто не ожидал, наверное, я же нигде не озвучивала, что у меня проблемы со спиной. Это не видно, скрывается купальником. Я не любитель, чтобы кто-то знал о моих проблемах. Операция была сложная. Но, слава богу, она прошла успешно. Сейчас проходим восстановление.
"Любой спортсмен восстановился бы быстрее, чем гимнастка"
– Вам называют примерные сроки восстановления?
– Пока даже примерно не могу сказать. Все очень серьезно, нам предстоит большая работа. Восстановление влияет не только на карьеру, но и на дальнейшую жизнь. Мне нужно закачать все мышцы, чтобы они были в балансе.
Дмитрий Николаевич спросил меня перед операцией, собираюсь ли возвращаться в спорт. Конечно же, я бы очень хотела. Я молодая, могу выступать еще. Но сейчас первым делом восстановление, а потом приложу все силы, чтобы вернуться.
У каждого организма свое принятие нагрузок, инородного тела и так далее. Любой другой спортсмен восстановился бы быстрее, чем гимнастка – те же борцы, дзюдоисты. Они не гнутся. А в гимнастике гибкая спина – основа всего. Поэтому быстро вернуться в спорт у меня не получится. Цели есть, мотивация есть. Каждый день потихоньку иду вперед. Тяжело, но думаю, что мы справимся.
– "Потихоньку" – это же буквально, а не фигура речи?
– После операции в первый день я встала на ноги сначала на минутку, даже на 30 секунд. Первые три дня было плохо. На пятый-шестой день началась реабилитация, я могла недолго сидеть. Могла лежать на спине. На 7-8 день уже началась нормальная реабилитация. Дмитрий Николаевич – шикарный врач, лучший нейрохирург, я таких не видела. Он делает невозможное. То, что со мной произошло, я считаю чудом. Мне повезло попасть к нему, оперироваться у него и с ним восстанавливаться.
– Вы очень взросло рассуждаете.
– Согласна, и в моем теле это тоже ощущается. Иногда я чувствую себя бабушкой.
– Я, скорее, про мудрость и характер, а это хорошее качество.
– Мне часто такое говорят. В любом спорте бывают травмы, даже у обычных людей бывают проблемы со здоровьем. Так что это не повод раскисать. Меня мой характер спасает. Я могу терпеть боль. Спортивные цели достигаются иногда даже в ущерб здоровью, и это не вызывает у меня каких-то внутренних противоречий.
– Но даже у стойких оловянных солдатиков бывают трудные дни. У вас был момент отчаяния, когда казалось, что легче все бросить, чем чинить?
– Был, и не один. Эмоционально я выгорала не раз. На Кубке России 2023 года меня уносили с ковра – я вывернула ногу, она сложилась вдвое, я не смогла сама встать и дойти. Думала – все, надоело. Из одной травмы в другую. Наверное, спорт – это просто не мое. Но с поддержкой близких, друзей, тренеров я прошла этот сложный период.
– Чем занимались, когда не могли тренироваться?
– Уехала домой в Ставрополь. Родители, бабушки и дедушки были рады, что я так надолго приехала. Первое время просто проводила с семьей. Сидела дома, гуляла с собакой, загорала, отдыхала. Помогала бабушке. Обычные семейные дела. Потом мастер-классы давала, на турниры ходила как почетный гость. Гуляла, встречалась с подругами.
"Не помню, как звонила Винер после операции"
– Когда мы общались в прошлый раз, вы категорически пресекли разговор о травмах. Что изменилось?
– Я бы и сейчас ни с кем не делилась подробностями, не люблю выносить это на публику. Но поскольку я выбыла надолго, люди спрашивают, закончила ли я. Отвечаю: нет, я не закончила. Сделаю все возможное, чтобы вернуться на ковер. Ни такой поддержки зрителей, ни таких эмоций от выступлений ничем другим не повторить.
– С Ириной Александровной вы на связи?
– Были на связи в больнице, она переживала за меня. Недавно ходила к ней в гости в Новогорск, она мне много теплых слов сказала. Она меня очень сильно ждет. Я благодарна ей за всю помощь и поддержку. Она, кстати, первый человек, которому я позвонила после операции. Можно сказать, еще под наркозом. Мы минут сорок разговаривали по видеосвязи. Но я этого, к сожалению, не помню. Видимо, не до конца отошла от наркоза в тот момент.
– Прозвучит как-то слишком кинематографично, может быть, но у вас наверняка мощная переоценка ценностей произошла. Появилась возможность заново влюбиться в гимнастику.
– Так и есть. После операции я чувствовала себя младенцем, который ничего не умеет. Как будто все заново начинаю. Но ничего, видимо, это мой путь, который мне нужно пройти.
– Удивляете врачей своим настроем?
– Думаю, да. Почти сразу начала просить, чтобы мне разрешили взять предметы. Реабилитацию прохожу с предметами в руках. Стою на балансе с седьмого дня с булавами, с мячом. Гимнастика – это болезнь, от которой невозможно вылечиться, и я бы не хотела.