Арам и Карп Степанович, администратор и директор Государственного эстрадного оркестра Армении, были уверены, что армяне - это люди с особенным даром, которые достигают успеха всегда и везде. В искусстве, науке, спорте, политике… Во всем.
Когда они узнавали, что какая -то знаменитость – поэт, учёный, артист или музыкант – имели армянские корни, их сердца наполнялись радостью и гордостью. Еще бы! Ведь мы все - армяне!
Список «армянских» знаменитостей постоянно пополнялся. Каждый день они обсуждали, кто еще из знаменитостей является армянином:
- А ты знаешь, кто Таривердиев?
- Армянин.
- Да. А Айвазовский? Тоже армянин?»
- Да!
- А Шер, американская супер звезда?
- Армянка! - с восторгом заявлял Арам.
Карп Степанович улыбался и ритмично кивал головой.
И гордость их росла…
Тогда в армянском оркестре (не знаю, как сейчас) работали не только армяне, но и люди других национальностей из республик СССР. И это создавало уникальную атмосферу отношений и взаимопонимания .
Среди них был и Сашок, молодой музыкант, из Днепропетровска. К тому же, Саша был студентом заочного отделения исторического факультета университета и часто делился своими знаниями и интересными фактами с коллегами.
Однажды, на гастролях, в автобусе, при переезде в другой город, разговор зашел о выдающихся деятелях прошлого и настоящего. Арам с Карп Степановичем, как обычно, выискивали среди них армян. Они уже перечислили несколько имен:
- оказывается первый трубач в оркестре Бадди Рича армянин!..
- а Герберт фон-Кароян! , а Азнавур !
- Мишель Легран !
- Параджанов !
- О-о-о!.. и этот список, удлиняясь, становился все более впечатляющим.
Сашок, перекидываясь, с другими музыкантами, в картишки на столике, сооруженном, из музыкальных футляров, повернувшись к руководству, весело сказал : «Карп Степанович, а вы в курсе, что Чапаев - тоже армянин?».
Степаныч хмыкнул, но призадумался…
Затем толкнул в бок, задремавшего рядом Арама и громко прошептал:
- Арам, Арам!.. Оказывается, Чапаев - ар-мя-нин!
- Это тебе приснилось?… - пробурчал Арам…
- Сашок сказал!!!
- Сашок? - А…
Видимо, авторитет молодого заочного историка сработал…
Они активно начали обсуждать армянские признаки Чапаева:
черноволосый, с усами, в кавказской бурке, мягких сапогах… К тому же, наверняка, он - Чапаян! Куда уж дальше!
И окончательно убедили сами себя в том, что Чапаев- настоящий армянин!!!Но удивительно, что об этом нигде не сообщалось…
Поразмыслив еще, решили, что это связано с национальной политикой Компартии СССР и довольные собой, задремали…
Автобус с музыкантами подъехал к гостинице «Сухуми», в которой уже поселился Константин Агабаронович Орбелян - руководитель и дирижер Гос.оркестра Армении, доставленный туда ранее филармонической «Волгой».
Именно, в этот момент он выходил из отеля на прогулку , в капитанском, бело-синем костюме и с двумя прекрасными девушками…
Степаныч и Арам, спешно покинув автобус, направились, быстрой и уверенной походкой нобелевских лауреатов, к шефу… Гордые своим умозаключением, они громко и почти в унисон заявили:
… Маэстро! Представляете! Оказывается, Чапаев - ар-мя-нин!
- Кто?- спросил Орбелян.
- Чапаев! Герой гражданской!
- Я, конечно рад, что Чапаев армянин - сказал маэстро, подняв глаза к небу… А откуда информация?
- Сашок сказал!
- Сашок?
Сашок, эвакуируясь из автобуса, почуял неладное…
Константин Агабаронович ухмыльнулся
- А Сашок не сказал вам, что я кубинский революционер и соратник Фиделя Кастро? Нет?
Чапаев… Армянин…Апуш !!! (Идиоты!!!)
И шеф, с девичьей свитой, обошел остолбеневших докладчиков, направившись в сторону набережной…
Оркестранты, еле сдерживая смех, покидали автобус.
Конечно же, директор и администратор глубоко обиделись на молодого историка за такую подставу и пару месяцев старались его не замечать .
Суточные и зарплату Саше Карп Степанович передавал через трубача Валеру, его ближайшего друга.
Но, со временем их отношения вернулись в прежнее русло.
И уже Степаныч и Арам, с присущим им кавказским юмором, сами подшучивали над тем, с какой легкостью они попались на «исторический развод».
И, все же, армянское происхождение Чапаева нет-нет да и пересматривалось… А вдруг?
