Найти в Дзене

– Держите собаку! – кричала нам хозяйка агрессивного бесповодочника

Нам – это я, муж и Умка, самоед на поводке. Он спокойно спускался по тропинке, утомленный прогулкой. Мы возвращались из леса, где Умка носился по снежной целине, метя каждую сосенку. И тут с лаем и рычанием выскакивает черный кобель. Он немного выше нашего, но потоньше и гладкошерстный. Умка, как и положено самоеду, коренастый и массивный. Да еще распушился и оскалился в ответ на внезапную атаку. – Ой-ой-ой, – причитает хозяйка – Он его порвет! Ну, насчет порвет, явное преувеличение. А вот наваляет, мало не покажется. Самоедские собаки не проявляют агрессию первыми. Но постоять за себя могут так, что обидчикам накладывают швы. Не зря же на исторической родине, Крайнем Севере, их берут с собой, идя на белого медведя. У зверей инстинкт самосохранения работает на 100%. Черный остановился от Умки на расстоянии вытянутой руки. Наш сделал выпад. А поскольку мы спускались от остановки автобуса под уклон, затормозить его сразу я не могла. (Мужу после инфаркта нельзя водить 30-килограммового м

Нам – это я, муж и Умка, самоед на поводке. Он спокойно спускался по тропинке, утомленный прогулкой. Мы возвращались из леса, где Умка носился по снежной целине, метя каждую сосенку.

Чем больше снега, тем лучше
Чем больше снега, тем лучше

И тут с лаем и рычанием выскакивает черный кобель. Он немного выше нашего, но потоньше и гладкошерстный. Умка, как и положено самоеду, коренастый и массивный. Да еще распушился и оскалился в ответ на внезапную атаку.

– Ой-ой-ой, – причитает хозяйка – Он его порвет!

Ну, насчет порвет, явное преувеличение. А вот наваляет, мало не покажется.

Самоедские собаки не проявляют агрессию первыми. Но постоять за себя могут так, что обидчикам накладывают швы.

Не зря же на исторической родине, Крайнем Севере, их берут с собой, идя на белого медведя.

У зверей инстинкт самосохранения работает на 100%. Черный остановился от Умки на расстоянии вытянутой руки. Наш сделал выпад. А поскольку мы спускались от остановки автобуса под уклон, затормозить его сразу я не могла. (Мужу после инфаркта нельзя водить 30-килограммового малыша). Черный увернулся и отбежал к своим – женщине и девочке-подростку.

– Бима, Бима! – пытается схватить кобеля за ошейник дочь хозяйки.

– Ты его не удержишь, - чуть не плачет владелица черного красавца.

Мы, оттаскивая Умку, желающего разобраться с нахалом, отходим в сторону.

Шум, гам, суета. Люди на остановке наблюдают за экстремальным зрелищем.

– Проходите! – кричу я активной троице.

Призыв услышан. Дамы проносятся мимо нас со скоростью ветра. Бим передвигается зигзагом, подскакивая и огрызаясь на Умку. Но! Расстояние недосягаемости он четко соблюдает.

Поводок мы держим вдвоем с мужем. Умка рассердился всерьез. Он рвется выяснить отношения.

Как только троица проскочила мимо, Умка успокаивается и устремляется вперед, к дому, утратив интерес к черному забияке.

А меня, наоборот, разбирает желание спросить: «Какого черта вы ходите с непредсказуемой в поведении собакой без поводка?».

Умка целенаправленно движется знакомой дорогой, я немного удлиняю поводок.

И что же дальше? Правильно! Сначала Умка, потом и мы услышали приближающиеся скачки. Это Бим решил напасть со спины. Но Умка предупредил атаку. Резко развернулся и загнал нахала к остановке, преследуя, пока хватало поводка. В оконцовке Умка захрипел (ошейник давил), а агрессор заскулил (видимо, от страха).

В общем, домой мы вернулись относительно спокойные и довольные прогулкой. Умка попил ряженку и лег отдыхать. А мы с мужем еще немного пообсуждали беспечных хозяев крупных собак.

Я - грозная собака. И, пожалуйста, не смейтесь!
Я - грозная собака. И, пожалуйста, не смейтесь!

Ведь если бы, не дай Бог, Бим пострадал, то нас бы еще и упрекнули, что мы плохо держали собаку. А мы соблюдаем все правила выгула.