1910 год, Германия
В 1910 году в Лондон поступили сведения, что в порту Эмден, который британцы рассматривали как один из потенциальных плацдармов для подготовки немецкого вторжения в Англию, развернулись масштабные строительные работы. Их объёмы значительно превосходили обычные нужды торгового судоходства, что вызвало серьёзные подозрения.
Во-первых, канал, ведущий от эстуария к Эмдену, был углублён до уровня, позволяющего прохождение судов с осадкой до девяти метров.
Во-вторых, неподалеку от порта был вырыт обширный бассейн, способный вместить целый флот крупных кораблей.
В-третьих, на территории порта появились мощные краны, способные поднимать самые тяжёлые грузы.
В-четвёртых, между городским вокзалом Эмдена и новым портовым бассейном проложили четырёхколейную железную дорогу.
В-пятых, сотни гектаров земли, примыкавших к западной части города, были выкуплены государством, и на них начались активные строительные работы.
В-шестых, местная скромная судостроительная верфь «Нордзее Верке» была приобретена концерном Круппа и переоборудована для ремонта кораблей любого размера.
Все эти изменения наводили англичан на мысль, что в Эмдене создается новая военно-морская база германского флота, предназначенная для операций в открытом море. Однако догадки требовали подтверждения. Из-за цепи Фризских островов внешнее наблюдение за портом было затруднено, а в устье Эмса можно было незаметно сосредоточить целый флот.
В Лондоне приняли решение отправить разведчика для выяснения обстановки. Первоначально рассматривался вариант наблюдения из голландского городка Делфзейл, расположенного на противоположном берегу устья Эмса. Однако от этого плана пришлось отказаться, так как немецкие власти тщательно следили за иностранцами, прибывавшими на голландский берег. Попасть в поле их зрения означало оказаться в картотеке немецкой контрразведки, что было неприемлемо для британского агента.
В качестве базы был выбран городок Лера, расположенный в двадцати пяти километрах от Эмдена. Поезда между этими городами ходили регулярно утром и вечером, всегда переполненные пассажирами. Агент, чтобы не привлекать внимания, облачился в одежду исключительно немецкого производства, что позволяло ему сливаться с местным населением.
В своей работе разведчик (его имя, по понятным причинам, осталось неизвестным) полагался исключительно на свою память. Никаких записных книжек, никаких документов, кроме удостоверения личности.
Для своего визита в Эмден агент выбрал время так называемой «мобилизации по тревоге» — ежегодных учений по переброске войск из Эмдена на остров Боркум, где располагался немецкий гарнизон. За несколько часов до прибытия эшелонов с солдатами агент оказался в городе.
В тот день из Мюнстера, где находился штаб 7-го корпуса немецкой армии, в Эмден прибыли четыре батальона пехоты, несколько сапёрных рот, четыре дивизиона полевой артиллерии и пулемётные команды. Поезда проследовали по новым железнодорожным путям прямо к порту, где уже стояли три парохода. Погрузка войск и артиллерии прошла настолько быстро, что суда отчалили менее чем через час. Два часа занял переход до Боркума, а выгрузка — ещё 75 минут. Таким образом, от прибытия эшелонов в Эмден до завершения выгрузки на острове прошло чуть больше четырёх часов. Британец был искренне восхищён увиденным.
Прибытие солдат, естественно, привлекло внимание местных жителей. Они толпились вокруг военных, которые в тот момент обедали у полевых кухонь. Агент, смешавшись с толпой, незаметно приблизился к береговой батарее, насколько это позволяло заграждение из колючей проволоки, и тщательно запомнил все детали, которые его интересовали. Конечно, он мог бы попытаться проникнуть на саму батарею, охраняемую лишь одним небрежным часовым, но решил не рисковать. Вместо этого он, словно прогуливаясь, направился вдоль морской стены, которая тянулась параллельно железнодорожным путям, вплоть до конечной станции Викториахёэ, расположенной рядом со спасательной станцией.
Во время своей прогулки агент миновал ещё две батареи, одну из которых осмотрел с особой тщательностью. Это была батарея, оснащённая четырьмя гаубицами, установленными в поворачивающихся бронебашнях. В своем костюме немецкого производства, купленном за 50 марок, он не вызвал ни малейшего подозрения у часовых, охранявших батареи. Пока агент «гулял», к берегу доставили и выгрузили полевые пушки, а также две сборные наблюдательные вышки для управления артиллерийским огнём, которые тут же начали монтировать.
Калибр гаубиц и пушек, размещенных на батареях, агент определил, наблюдая за разгрузкой снарядов из вагонов, прибывших в Эмден. По их виду он установил, что гаубицы имели калибр 280 мм, а пушки — 240 мм.
С берега Эмдена открывался вид на Боркум и его укрепления. Было заметно, что вдоль всей железной дороги на острове возвышалась высокая «волнообразная» насыпь, подкрепленная бетонными арками. Она была настолько искусно замаскирована, что сливалась с окружающим ландшафтом, и с моря ее можно было разглядеть лишь вплотную подойдя к острову. В той же манере были скрыты позиции батарей и наблюдательных пунктов.
Возвращение с морского берега в Эмден, а затем в Лер прошло без каких-либо происшествий.
В Лондоне окончательно убедились: немцы превращают Боркум в мощную крепость, а в Эмдене создают военно-морскую базу.
(Источник: Байуотер, Ферраби)