О драгоценных камнях и самоцветах есть множество сказаний и мифов, идущих из древних времен. Есть страшные, есть полные романтики, есть похожие на боевик. Почитать их можно в книге Владимира Печенкина «Мифы драгоценных камней. От стрел Амура и яблока Адама до живого серебра и кожи Великого Полоза», а мы публикуем один — о жемчуге, том самом, прекрасном…
Своим пепельно-серебристым сиянием жемчуг напоминает капли росы, впитавшие лунный свет, поэтому у многих народов существовали легенды о происхождении жемчуга из росы или дождя.
В определенное время года ранним утром устрицы-жемчужницы поднимаются на поверхность воды и раскрывают створки, чтобы впитать капельки росы, которые под действием ветра и солнца превращаются в сверкающие жемчужины. Если раковина-жемчужница недополучила воздуха и света, жемчуг не достигнет совершенства формы, цвета и шелковистого сияния.
Такие поверья существовали не только в районе Красного моря или Персидского залива, у берегов Индии или Шри-Ланки, но и в Европе. Еще в XVII веке англичанин Уильям Кемден, современник Елизаветы I, утверждал, что «моллюск порождает жемчуг, забеременев от росы».
Удивительно, но и в начале ХХ века существовали подобные представления. Вот как американский консул в Адене писал в то время о представлениях йеменских арабов, которые пытались объяснить наступившее оскудение запасов жемчуга в Красном море: «Существует поверье, что жемчуг возникает из капель дождя, которые попадают в рот устриц; в результате определенных химических процессов они со временем превращаются в жемчужины. Поскольку в последние годы здесь было мало дождей, стало мало и жемчуга».
Согласно индийской легенде, «когда первые дождинки со звоном капают на поверхность моря, из прозрачных глубин медленно поднимаются раковины-жемчужницы. Они раскрывают свои перламутровые створки и ловят всего одну прозрачную каплю. Потом жемчужницы медленно опускаются на дно, и там, в темноте, небесная капля превращается в ни с чем не сравнимую жемчужину».
Свою историю самоцвета издревле рассказывали ловцы жемчуга на Филиппинах. По утрам, когда солнце всходит над морем, его первые, самые чистые лучи попадают в открытые створки раковин, и в каждой из них образуется по жемчужине.
Раньше раковины жили на поверхности рифов, и можно было достать их без труда. Но вскоре людей обуяла жадность. Вожди племен стремились собрать весь жемчуг с рифов и стали вести кровопролитные войны меж собой. С тех пор жемчужницы спустились с рифов в море, и за ними приходится глубоко нырять.
По древним китайским поверьям, в морях живут цзяожэни — морские обитатели, очень похожие на людей, скорее на наших русалок. Все они отличаются необыкновенной красотой. Их белая кожа напоминает нефрит, а длинные пышные волосы похожи на конские хвосты. Если они выпивают немного вина, их тело розовеет, и они становятся еще прекраснее. Когда они плачут, их слезы превращаются в жемчуг.
Армянский историк XVII века Аракел Даврижеци так описывает образование жемчуга: «Жемчужные устрицы, подобно рыбам, мечут семя в море, отчего происходит и перламутр. Когда в мае идут дожди, устрицы выплывают на поверхность воды и греются, а на ночь снова отправляются в море. Так они делают до 40 дней, и тогда только образуются жемчужины».
Раньше реки Севера изобиловали речным жемчугом. Но он образовывался только в тех реках, куда заходила метать икру семга. Это и породило предание о том, что семга носит в жабрах жемчужную искру. Плавая в море, жемчужная звездочка постепенно растет, а когда рыба возвращается в реку, то в солнечный день находит на дне раскрытые раковины и в самую красивую из них бережно опускает нежно-розовую жемчужинку.
Жемчуг — один из самых популярных самоцветов. Он буквально оплетен поверьями и легендами. Самая известная, пожалуй, о простаке Антонии и лукавой Клеопатре, которую поведал Плутарх. Приведем ее в нашем вольном пересказе.
Эта история случилась теплой осенью 41 года до н. э. на берегах ласкового Средиземного моря. Здесь, в Малой Азии, блаженствовал римский полководец Марк Антоний. Совсем недавно он оказался безраздельным хозяином восточных римских провинций и сейчас, после суровых военных походов и ужасов гражданской войны, буквально купался в волнах счастья, упиваясь богатством, властью и любовью.
Уже не первую неделю у него гостила царица Египта Клеопатра. Пиры, увеселения, театральные зрелища сменяли друг друга. День и ночь звучали кифары и флейты, до хрипоты соревновались хоры. Неистощимая на выдумки Клеопатра придумывала забавы одну за другой.
Царица Египта была не то чтобы красивой, но в каждом ее слове, в каждом движении сквозило обаяние и веселье, не оставляющее Антония равнодушным. Клеопатре было несложно справиться с любвеобильным и простодушным Антонием. И она решила приручить его окончательно. Во время одного из пиров царица как бы случайно завела разговор о самоцветах.
— Какие драгоценности больше всего любят римлянки?
— Пожалуй, жемчуг и алмаз, да еще изумруд, — ответил Антоний, — хотя алмаз слишком дорогой и не все могут себе его позволить, а изумруд чересчур редкий камень.
— Но ведь и жемчуг тоже не дешев.
— Да, по стоимости он идет сразу после алмаза, но женщины настолько любят его, что готовы платить баснословные деньги.
— Платят-то, наверное, не они, а их мужья, — хитро сощурилась царица Египта.
— У мужей таких денег нет, — сострил Антоний, — за все расплачиваются любовники. Они буквально осыпают своих возлюбленных жемчугами. Кстати! — захохотал Антоний.
— Я вспомнил смешной закон, который безуспешно пытался ввести Цезарь. Ты, наверное, слышала, как неохотно римлянки рожают детей: в последние годы даже население Рима стало уменьшаться. Так вот, Цезарь запретил носить жемчужные украшения бездетным женщинам моложе 50 лет! И это при том, что по нашим законам можно выходить замуж уже с 12 лет.
— И что?
— Да ничего! Все равно носят! Ведь считается, что жемчуг способствует долголетию, процветанию и благоденствию. А самое главное — это камень богини любви, Венеры.
— И ты веришь в это, Антоний? — лукаво улыбнулась Клеопатра.
— Не знаю… По крайней мере, на свадебных торжествах новобрачных в знак супружеской верности обязательно связывают жемчужным ожерельем.
— Красивый обычай, — задумавшись, сказала царица. — Послушай, — она резко сменила тему разговора, — говорят, ты неплохо разбираешься в вине?
— Да уж! — расплылся в самодовольной улыбке Антоний. — Может, ты читала мой трактат об этом божественном напитке?
— Так ты еще и писатель? — притворно изумилась Клеопатра.
— Да нет, скорее практик, — попытался отшутиться Антоний.
— Тогда скажи мне, доводилось ли тебе пить вино стоимостью в миллион сестерциев?
— Такого дорогого вина не существует! — по-военному четко отрубил Антоний. — Даже драгоценный фалерн, который мы сейчас пьем, не стоит сотой части этих денег!
— Ты уверен?.. Смотри, — торжественно произнесла Клеопатра.
Она сняла свои огромные жемчужные серьги нежного телесного цвета и опустила в кубок с вином.
— Их стоимость как раз миллион сестерциев или что-то около этого. Одна жемчужина — это я, другая — ты. Сейчас серьги растворятся в вине… Это мы растворимся друг в друге.
С этими словами царица отпила из кубка и дала отведать бесценный напиток Антонию.
— Ну вот, теперь ты мой и по вашим римским законам — ведь сама Венера соединила нас жемчугом.
Так ли это происходило на самом деле? Кто знает. Достоверно известно, что Клеопатра настолько очаровала Антония, что вскоре он уехал вслед за царицей в Александрию, где со временем официально женился на ней.
Красивая легенда, правда, грешит одной неточностью. Действительно, жемчуг — очень непрочный самоцвет и подвержен воздействию кислот и даже естественных выделений человеческой кожи, но в такой слабой кислоте, как вино или уксус, жемчужина быстро раствориться не может, этому мешает органическое вещество конхиолин, которое входит в его состав.
Косвенным подтверждением того, что серьги Клеопатры не могли раствориться, является существовавший у некоторых народов обычай пить из перламутрового бокала с положенной в него жемчужиной. Это считалось полезным для здоровья и якобы гарантировало отсутствие яда в бокале — жемчужина при этом не растворялась.
А в Японии, стране жемчуга, и сегодня можно купить некоторые горячительные напитки с жемчужиной в бутылке. Блеск жемчужины недвусмысленно указывает на свежесть вина, ну, а если товар залежался на полке — драгоценный шарик начинает тускнеть, теряя перламутровый блеск.
Все-таки Плутарх, поведавший эту историю, погорячился, утверждая, что серьги Клеопатры растворились в вине. Но на какие только ухищрения не идут женщины, лишь бы получить желаемое. Конечно, Клеопатра знала, что жемчуг не растворится, но, чтобы окончательно окрутить простодушного Антония, ей пришлось незаметно проглотить свои серьги, словно пилюли. Ну, а римские свадебные традиции оказались как нельзя более кстати.