Тем временем Анжела ожесточенно мыла чашку из-под эспрессо. Чашка была уже чистой, но она вновь и вновь подносила ее под кран. О, если бы можно было так же утопить этого мерзкого хлыща в дорогом костюме! Душнила! Вот так появится такой экземпляр и испортит настроение на целый день! Пришел и начал нудить, как инспектор из Роспотребнадзора: «Это не так, то не этак!». Особенно сильно задели её комментарии посетителя насчет внешнего вида: «Как бабка старая, ей-богу, тату ему не понравились и пирсинг! Сам-то из салонов не вылезает, выглядит, как холеный кот. Кастрированный!». Но тут подсознание услужливо подсказало ей, что нахал в темно-синем костюме, может, и похож на кота, но точно на настоящего, с полным набором бубенцов.
Ведь этот самый темно-синий костюм вполне подходил ему по фигуре. По прекрасной мужской фигуре, явно созданной правильным высокобелковым питанием под руководством высококвалифицированного персонального тренера. И вообще, как обидно, когда такой красивый мужчина — высокий, атлетичный, с идеально уложенными темными волосами и породистым лицом с волевым подбородком — оказывается таким самодовольным, спесивым наглым мудаком внутри!
Мир действительно несраведлив! На этой философской мысли злосчастная чашка выскользнула из рук девушки и разбилась вдребезги.
— Да что ж тебя! — воскликнула она.
К утренним неприятностям добавилось еще и минус 200 рублей от смены. Ладно хоть душнила оставил чаевые. С чего бы это, раз всё так плохо? Хотя у богатеньких буратин свои причуды. А ей некогда думать о мотивах всяких недоумков. Нужно подготовиться к смене. Совсем в «Кицуне» вот-вот потянется вереница студентов из колледжа неподалеку, желающих взбодриться перед первыми парами.
Но если уж день не задался — это надолго. Телефон Анжелы залился радостным трезвоном, но ее лицо напряглось, увидев имя абонента: мама. Она взяла трубку.
— Привет, мам.
— Привет, дочь. Почему не ответила сразу?
— Я вроде бы сразу взяла.
— А вчера не взяла и не перезвонила...
— Я делала проект по учебе и выключила звук. Когда увидела твой вызов, было уже поздно.
— Проект? В твоей шараге еще проекты задают?
— Не "шарага", а Институт бизнеса и дизайна.
— Ага, все время забываю, как твоя шарага называется. Бизнеса и дизайна, точно. Бизнес-то они точно делают, на таких, как ты. Институт, да... А ты все еще кофеваркой работаешь?
— Баристой, мама, — Анжела старалась сохранять спокойствие, хотя нервы уже были на пределе. Елена Викторовна умела выводить окружающих из себя за считанные минуты. Очевидно, это был результат 30-летнего педагогического стажа в средней школе. Если с посторонними, особенно с родителями статусом чуть выше среднего, она еще сдерживалась, то с дочерью не церемонилась.
— Ну да, бариста. Это же те, кто кофе варит. В 23 года.
— Я учусь, мама.
— Ага, с 18 лет учишься. И все никак не доучишься. Хотя с твоими тройками в школе...
— Извини, что не оправдала твоих ожиданий, мама. Но я учусь, работаю и давно не прошу у тебя деньги на свою "шарагу" или на жизнь. Ты что-то хотела? — Анжела стала глубоко дышать и считать фигурки котиков на стойке: один, два, три…
— Да, просто хотела услышать старшую дочь. Ты же сама родной матери не звонишь. В родном доме уже два года не была. Ты вообще приедешь?
— Я постараюсь, мама. Просто сейчас много дел. Да и не хочу стеснять Карину.
— Каринку? Ничего, подвинется на пару недель. Тоже борзая такая стала! Хамка. Я в свои годы отдельной комнаты не имела. Жила с двумя сестрами и лежачей бабкой! А тут растет барыня! Сестра уехала, и та рада: своя комната появилась! Только учится хорошо — один плюс. Приезжай, Анжелочка, я так давно тебя не видела! Соскучилась! Только пирсинг свой сними, а то отец не знает. Его инфаркт хватит!
— Я постараюсь, мама. Ладно, мне пора, клиент пришел. Пока. Я позвоню, — Анжела с удовольствием закончила разговор и с сердечной улыбкой обратилась к посетителю.
Продолжение истории опубликовано на Литрес, ссылка в шапке канала.
Буду крайне признательна за подписки)