14 февраля на Малой сцене Национального театра Карелии пройдет премьера спектакля «Скамейка» (12+) по пьесе Александра Гельмана. Режиссер говорит, что и не думал ставить спектакль ко Дню влюбленных.
Спектакль «Скамейка» ставит актер и режиссер Семен Горчаков, новый человек в Национальном театре РК. До недавнего времени он работал в Национальном музыкально-драматическом театре Республики Коми — был и актером, и режиссером, также выступал как вокалист и исполнитель на национальных инструментах. Восемь лет назад Семен Горчаков окончил Театральный институт им. Б. Щукина по специальности «артист драмы», в 2023 году там же получил диплом режиссера.
В новой постановке заняты актеры Ронья Киннунен и Вадим Малинин. Художник — Егор Кукушкин. По словам режиссера, художник придумал пространство, которое может быть и парком, и кафе, а может быть просто в голове у зрителей.
«Республика» немного удивилась выбору пьесы, написанной 40 лет назад, и поговорила с режиссером Семеном Горчаковым о том, как можно сейчас ставить эту историю.
— Почему вы выбрали пьесу «Скамейка»? Обычно ее ставят как историю двух не очень молодых людей.
— Мы пытаемся посмотреть на эту пьесу с другой стороны. Александр Гельман написал ее в 1983 году. За это время сложился определенный взгляд на эту драматургию. Мы решили посмотреть на ситуацию с другой стороны. Я давно хотел поставить эту пьесу в театре, она входила в мой режиссерский список.
Почему у нас играют молодые артисты? Мне кажется, мир сейчас живет быстрее, чем в СССР и даже быстрее, чем 10 лет назад. С некоторыми проблемами и вопросами человек начинает сталкиваться раньше. Вопрос не в том, что у героя есть внуки и уже третья жена. Для автора это возможность показать его возраст, а не проблематику.
— В чем проблематика, по-вашему?
— Я не любитель объяснять, о чем будет спектакль. С актерами мы это определили. Можно сказать, что это спектакль о двух людях, о двух исповедях. О том, как встретились два человека и исцелили друг друга. «Скамейка» — одна из немногих пьес Александра Гельмана, где отсутствует производственный конфликт. Она в чистом виде о взаимоотношениях людей.
— Какой жанр вы подобрали для постановки?
— Мы выбрали жанр трагикомедии. Это органично связано с текстом пьесы. Я очень уважаю автора, поэтому мы сохранили его идею без сильных вмешательств. Позволили себе только незначительные купюры.
— Что вы убрали?
— Некие анахронизмы. Героиня Гельмана работает контролером ОТК № 9, сейчас мало кто сможет представить себе эту работу. Магазин уже никто не называет гастрономом, и устроен он сейчас иначе, чем прежде.
— Современная будет история?
— Нам важно сделать вечную историю, но созвучную с сегодняшним днем. Мы просто остаемся наедине с двумя людьми и наблюдаем, как они взаимодействуют друг с другом.
— Как случилось, что вы оставили театр в Сыктывкаре и переехали в Петрозаводск?
— Я приехал сюда «по любви», в связи с личными обстоятельствами. Кроме того, пришло время, когда захотелось что-то поменять в жизни, начать новую историю. Национальный театр был первым местом, куда я пошел в Петрозаводске. Сам я говорю также на коми языке, который относится к группе финно-угорских языков. Всё сложилось.
— У вас два высших театральных образования: актерское и режиссерское. Зачем понадобилось второе?
— Я изначально хотел быть режиссером. Подумал, что сначала нужно освоить актерскую профессию. Если ты не можешь сыграть сам, как требовать этого от других?
— И вы за всех все можете сыграть в своих спектаклях?
— По факту я знаю, как это делать. Простроен каждый рисунок роли, и я знаю, что должен делать актер в каждый момент. При этом я не сторонник деспотизма — артисту должно быть интересно работать.
— Вы сами выбирали актеров для спектакля «Скамейка»?
— Да. Я видел этих артистов на сцене, и мне захотелось раскрыть их с другой стороны. Я верю в них.
— Судя по фотографиям, вы часто меняете имидж?
— У меня долгое время не было бороды. Потом, когда я доигрывал сезон в Сыктывкаре, у меня осталось две роли. Оба моих героев были бородатыми, поэтому я решил отпустить бороду. Когда меняешь жизнь, имидж меняется тоже.
— В каких ролях вы сейчас заняты в Национальном театре Карелии?
— Я играю Антонио в «Двенадцатой ночи, или Что угодно», Капулетти в «Ромео и Джульетте», сына колдуньи Ацци в сказке «Невеста солнца». Скоро будет еще одна работа в проекте, который ставит Вячеслав Поляков.
— На фотографии в фойе театра вы изображены с музыкальным инструментом в руках. На чем вы играете?
— Этот инструмент называется сигудэк, волосяной гудок, национальный инструмент коми. Его изготовил мастер Андрей Власов. Я привез сигудэк из Сыктывкара. Я благодарен Александру Ветошкину, артисту-инструменталисту, моему коллеге. Сам я играю на скрипке, немножко на фортепиано, на некоторых национальных инструментах коми. Серьезно занимался вокалом — пою я много.
— Многие артисты Национального театра РК принимают участие в музыкальных проектах. Нет желания тоже создать свою группу?
— Наверное, я больше хочу заниматься режиссурой. Мне интересно быть в театре. Театр — это синтез всех искусств. И это живое искусство.
— Зачем, по-вашему, люди приходят в театр?
— Станиславский говорил о дидактической функции театрального искусства. Здесь же можно увидеть и художественное отражение действительности. Кто-то в театр ходит просто развлечься, кому-то интересно понять замысел режиссера. Зачем бы ни пришел человек в театр (отдохнуть, посмеяться, удивиться и т. д.), его можно натолкнуть на неожиданные для него мысли. Может, он вернется домой и подумает: может, мне нужно изменить что-то в жизни? Но, даже если этого не произойдет, всё равно будет хорошо.