В СССР действовало не так мало открытых классовых противников — достаточно назвать в ленинскую и сталинскую эпохи сменовеховца Устрялова (правда, в 1937-м ему не поздоровилось), в хрущёвскую и брежневскую эпохи — монархиста Шульгина, в 1970-е годы — открытого антикоммуниста ребе академика Шафаревича. Действовали церковники, не принимавшие весь советский строй мыслей. Философы, вроде монаха Лосева или Сергея Аверинцева, среди которых были откровенные противники материализма, а значит, и марксизма. Это если даже не говорить про разнообразных западных деятелей, с которыми разговоров и дискуссий тоже было предостаточно.
Между тем общение с врагами — отнюдь не безобидное занятие. Это не значит, что такого общения не может и не должно быть, но рассматривать его как нечто невинное и так к нему относиться — предельно опрометчиво.
Общение — это всегда обмен. Обмен словами, идеями, эмоциями и ещё множеством вербальной и невербальной информации. Разумеется, когда диалог, даже спор, сколь угодно острый, ведётся с врагом, вся его речь и всё поведение буквально нашпигованы его ценностями, установками и т.д. Их несёт буквально каждое его словечко, каждая мысль, каждый жест. И вот вы уже сами не замечаете, как в вашу речь и поведение начинает просачиваться нечто абсолютно чуждое. Например, вы интернационалист? Вы сами не заметите, общаясь с националистом, как в ваш лексикон перекочуют какие-нибудь оскорбительные или насмешливые определения других стран и народов. Ж*ды, х*хлы, ч*рки, черно**аые, м*скали, Луг*ндон, Р*шка, Укрия, Х*хляндия и так далее.
Возможно даже, вы их станете употреблять в полушутку, не вкладывая в них изначальный унизительный и оскорбительный смысл. Но он от этого вовсе не выветрится до конца.
И наоборот: допустим, ваш собеседник очень остро реагирует на какое-то слово из вашего привычного лексикона и каждый раз взрывается от него возмущением. Или произносит длиннейшую занудную тираду о том, почему так выражаться ни в коем случае нельзя. Первые два, три или пять раз вас это забавляет, потом утомляет и, наконец, вы начинаете строить свою речь так, чтобы не произносить столь нервирующее вашего оппонента словечко — просто для того, чтобы не выслушивать от него одну и ту же смертельно надоевшую вам нотацию. Смотрите: ваш привычный лексикон уже изменился, под влиянием врага, которому вы и не собирались уступать! Однако невольно уступили...
Поэтому, как бы тверды и уверены в своих взглядах вы ни были — как ни странно, если вы хотите неизменности своих взглядов, с врагом лучше вообще не общаться или свести общение к минимуму. А с другой стороны, отказываться от такого общения тоже никак нельзя — создав для себя «безопасную», изолированную стерильную теплицу, вы через некоторое время потеряете иммунитет к вражеской пропаганде. И столкнувшись с ней, мгновенно проиграете. Вот и выбирайте между двумя вариантами, каждый из которых по-своему опасен... :(