...С того момента, как Николаевич в летний период стал работать «вахтами» у него появились реальная возможность начать строить новый дом.
Если старое поселье было "на выселках" – далеко за селом, то новый дом начали строить недалеко от той самой "третьей бригады" где Николаич трудился.
По "бросовой цене", как на дрова, в колхозе "выписали" сруб строго клуба, Николаич, практически вдвоем с Фатеевной залили фундамент и потом, до самого снега два Андрея, при первой возможности спешили на стройку, чтобы, как из конструктора, собирать из старого сруба новый дом. Еще год ушел на то, чтобы сделать крышу, настелить полы и потолки. Следующее лето, кроме работы в колхозе и обязательной садово-огородной страды было потрачено на штукатурку стен, установку окон и дверей и в конце концов - изготовление печки со встроенным котлом водяного отопления. Когда были начаты косметические работы - побелка стен и покраска отопительных труб и полов - Андреич уже получил повестку из военкомата. Провожали его из строго дома, а буквально через неделю после проводов - отметили новоселье...
...А чуть больше чем за год до этого славного события случилось то, что Аля – папина любимица – вышла замуж.
За Толю, но не за Кузнечика, а за «д’Артаньяна».
...Тогда, когда он появился в её жизни – на экраны вышел музыкальный фильм о похождениях четырех гвардейцев французского короля. И Михаил Боярский моментально стал эталоном мушкетёра для всех советских мальчишек. А «новый» Толя, особенно в молодые годы просто был похож на популярного артиста: Особенно сходство подчеркивали изящные усики и длинные, до плеч, слегка завивающиеся на концах, волосы. А еще он был быстр и напорист, как настоящий д’Артаньян.
...Их «конфетно-букетный» период продлился совсем немного: в начале лета Аля приехала на каникулы, где её встретил "новый Толя", а в конце августа они заявили о том, что решили пожениться. А летом следующего года у них уже родился сын, и, хотя врачи тревожились о том, сможет ли Аля быть матерью – матерью она стала.