Любимый книжный. Мамин архив
Начало
Глава двадцать первая
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены.
Дымов вернулся минут через пятнадцать и, увидев меня в кресле, очень удивился.
- Ты почему не спишь?
- Очень вкусная лапша! – ответила я, - а еще кто-то слишком громко разговаривает по телефону.
- Ты все слышала? – расстроился он, сел рядом со мной на пол, устроил свою голову на моих коленях.
Я запустила руку в густые черные волосы Дымова и погладила его по голове.
- Что у меня с ногой? Становиться на нее можно?
- Вывих вправили, надели ортез. Через пару недель снимут, только каблуки на какое-то время противопоказаны.
- Мне надо в душ. Чувствую себя безобразно!
- А может лучше в ванну? У меня шикарная ванна! Большая! Можно принять вместе.
- В следующий раз, - улыбнулся я, - сейчас искупаться и вымыть голову. А еще мой мочевой пузырь скоро лопнет. Куда?
Дымов моментально вскочил с пола, помог подняться и проводил до двери в санузел.
- Какое счастье – выдохнула я, моя руки перед зеркалом.
- Я войду? – заглянул Дымов, - сейчас ортез пленкой замотаем, и в ванну сядешь, а ногу на бортик положишь. Хоть немного расслабишься. Посмотри, что у меня есть!
Он приволок большой пузырь пены для ванны, шампунь и бальзам для волос. Все явно женское.
- Откуда у тебя такое богатство. – хмыкнула я, явно намекая на происхождение всего этого.
- Даже не начинай, - остановил меня Дымов, - здесь периодически гостит моя сестра с племянником. Так что могу принести детскую пену с запахом бабл-гам и резиновых уточек.
Я захохотала, а Дымов принялся настраивать воду в джакузи и добавлять пену.
«Упаковали» ногу.
- Все, иди, - попросила я, - стесняюсь.
- О нет! Этого я точно не упущу. С твоей черепно-мозговой ничего другого нельзя, но уж искупать и посмотреть на тебя я не упущу шанса.
- Саш! – щеки мои стали пунцовыми, даже шея покраснела, - я не готова, вот так сразу.
- Да ладно, - фыркнул он, - мужика застрелить она готова, а раздеться перед мужем – не готова.
Его руки медленно стали спускать бретели пижамной маечки. Я вцепилась в его плечи:
- Тогда мне в глаза смотри, - попросила я.
А потом самой стало смешно, глаз то только один открывается, да и на лицо лучше сейчас не смотреть.
Этот же наглый Дымов, не сводя глаз с моего лица, снимая с меня пижамную майку и шорты, прошелся руками по плечам, груди, спине, животу, ягодицам. Я еще крепче вцепилась в его плечи.
- Лезь в ванну, - скомандовал он, - правую ногу на бортик. Да не волнуйся, там пены полно, не увижу я ничего.
Я, держась за Дымова, шагнула одной ногой в ванну и зависла. Как дальше то? Он вздохнул, подхватил меня на руки и посадил в ванну, намочив рукава рубашки по самые плечи. Правую ногу я смогла удержать над водой.
- Саш, - вздохнула я, - почему хоть у меня все через назад?
- У тебя через назад? – заржал он, - я уже который месяц обхаживаю одну капризную барышню. И вот она опять в моих руках, как и в том доме в лесу, но сделать, что хочу я не могу.
Он смеялся, а в глазах смеха совсем не было, было горячее желание! И зачем он снял рубашку? Сейчас и мне было совсем не купания.
- И не смотри на меня так, - вздохнул он.
Дымов поднялся и куда-то ушел. Я выдохнула, облокотившись спиной на ванну. Горячая вода приятно расслабляла мышцы, пена тихонько шипела и лопалась, я закрыла глаза. Хорошо-то как!
- В ванной не спать! Утонешь! – услышала я низкий голос.
Дымов шел ко мне. Такой большой красивый, завораживающий. Я же не видела его раздетым, один раз в душе со спины не считается.
Сейчас он был в трикотажных домашних брюках с голым торсом. Его накачанные мышцы перекатывались под кожей при каждом движении. Даже синяки его не портили. А в руках у этого брутала была желтая поролоновая губка.
- Ты у племянника отжал губку? – хихикнул я, поднимая пену повыше на груди.
- Она новая, - он покрутил губку в руках, показывая мне, - но покупал ему. Я бы с удовольствием обошелся бы без губки, руками, но, боюсь, ты меня погонишь в шею.
- Давай без губки в следующий раз, - попросила я.
Он присел на корточки перед ванной, облокотившись на ее бортик и заглянул мне в глаза:
- Малыш, если бы я точно не знал, что у тебя были до меня мужчины, то решил бы, что я у тебя первый.
- А я чувствую себя рядом с тобой, как девчонка, - призналась я, опустив глаза и покраснев.
- Ну, - глубоко вздохнул он, - приступим.
Он нашел налил на губку гель для душа, а я с замиранием сердца ждала, когда он дотронется до меня.
Я уже не думала о своих ожогах, о синяках, покрывающих ноги и руки. Я была в предвкушении ощущений, ловила каждое движение его руки, каждое прикосновение губки к груди, плечам, животу, внутренней стороне бедер. Я давно уже закрыла глаза, чтобы не видеть его лица и закусила нижнюю губу, чтобы не застонать.
- К черту, - раздался резкий голос Дымова, - я сейчас наплюю на все запреты докторов.
Он поднялся и отошел от ванной, повернувшись ко мне спиной. Я посмотрела на его спину, на которой живого места не было от синяков и кровоподтеков. Господи! А я ведь, эгоистка, даже не спросила, как он себя чувствует!
- Саш, а тебя врач смотрел? – тихо спросила я.
Он обернулся ко мне, мягко улыбнулся:
- А что там смотреть? Синяки да ушибы.
- А внутренние органы?
- Ну, если за два дня кони не двинул, значит, все цело.
И тут я опять разревелась, меня снова накрыло тем ужасом, что я испытывала в плену у Тараса. Только действовать уже было не надо, я расслабилась, и меня понесло.
Мне было жалко нас с Сашей, страшно, что такое может повториться, а еще понимание того, что жизнь так хрупка и конечна, что надо беречь ее, беречь дорогих тебе людей. Не растрачивать ее впустую на скандалы, обиды и ссоры. Радоваться мелочам, ценить каждое мгновение, возможность быть рядом с любимым человеком, говорить важные слова.
- Ты что, малыш? – Дымов подбежал ко мне.
- Я тебя люблю, - в голос прорыдала я, размазывая по себе и по нему слезы и слюни, обхватила его за шею.
- Ну что ты, маленькая моя, - он успокаивал меня, гладя по волосам, - и я очень люблю тебя и никому никогда тебя не отдам! Давай-ка мы вымоем голову, примем лекарства и немного поспим. Скоро приедет Яков Семенович, он еще раз тебя осмотрит.
- И тебя осмотрит, - всхлипнула я.
- И меня, - согласился он.
- Как Яков Семенович?! – до меня дошло, о ком он говорит.
- Да, Яков Семенович едет к нам. А Дима никуда и не уезжал, готовит ужин. И Макар здесь, привез твою сумку.
- С ним все в порядке?! Я даже не вспомнила про него! Как стыдно-то! – я прижала ладони к горящим щекам.
- Ничего! Переживет! У меня еще будет с ним разговор. Давай мыться и вылезать, а то вода остывает, не заболела бы.
Дымов помог мне вымыть волос, смыть пену и вытащил из ванной. Одевалась и вытиралась я сама, отправив его переодеваться в сухую одежду.
Когда в ночной сорочке вышла из ванной, хромая на правую ногу, он уже перестилал постель.
- У нас три часа, два из них можем оба поспать.
Я нырнула в кровать, он устроился рядом. Лег на спину, закинув руки за голову. Я подползла поближе, устроив голову у него на груди, обняла рукой и еще закинула на него ногу.
- Вот теперь точно никуда не уйдешь, - прошептала я.
-Да я и не собирался, - устало произнес он и зевнул.
И тут до меня дошло, что он, наверно, и не отдыхал эти двое суток.
- А ты когда спал последний раз?
- Да здесь в кресле.
- Ты вообще спал?!
-Я не мог заснуть, пока ты не пришла в себя.
- Спи, теперь я покараулю, - шепнула я, коснувшись губами его груди и прижалась сильнее.
***
Проспали мы не два часа, а больше. Но никто не стал нас будить. Проснулась я, уткнувшись в грудь Дымова, а он, прижимая меня носом к себе, тихонько похрапывал мне в макушку.
- Дымов, ты храпишь, - прошептала я, - слегка отодвинувшись от него, чтобы вдохнуть полной грудью.
- Ты тоже, - с улыбкой ответил он, слегка охрипшим после сна голосом, - отлично выспался, впервые за последние две недели. А сколько времени?
Я слегка приподнялась на локте, чтобы заглянуть через плечо Дымова на тумбочку, где стояли большие электронные часы.
- А я обещал ужин в девятнадцать часов, - хмыкнул Дымов.
- Надеюсь, что начали без нас, - улыбнулась я, откидываясь на спину и потягиваясь.
***
На первом этаже в столовой все уже были в сборе. Места во главе стола и справа от него пустовали, на остальных местах сидели Макар, Дарина, Дмитрий и Яков Семенович.
Я собиралась самостоятельно спуститься по лестнице, но Дымов подхватил меня на руки, спустился вниз вместе со мной и лишь тогда поставил меня на пол.
Первой нас заметила Дарина. Радостно завизжала, с грохотом отодвинула стул и кинулась к нам. Дымов смалодушничал и спрятался за моей спиной. Хотя, сестрица то летела ко мне. Она сгребла меня в охапку и, что-то причитая, прижала к себе. Она улыбалась, но лицо было все в слезах.
- Я тоже рада тебя видеть! – я поцеловала ее в щеку, - почему одна? Где Весеновский?
- Да ну его! – махнула рукой Дарина, - преступления расследует! Как ты с ним жила?!
Она брякнула, потом осеклась и виновато посмотрела на Дымова. Я хихикнула и ответила так, чтобы слышали только она и Дымов:
- Не поверишь, не жила. Он на работе все время был. И, прости за подробность, переспали один раз за все это время.
- И как? – раздался сзади шепот Дымова?
Я развернулась, хлопнув его слегка ладошкой по груди, и спросила:
- А мне есть с чем сравнить?
Дымов аж задохнулся от такой наглости, набрал полную грудь воздуха, на какое-то время замер, потом сказал:
- Быстро за стол!
книга первая Любимый книжный. Беспокойный декабрь
Автор Татьяна Полунина
Если вам понравились детективы и вы хотите сказать "Спасибо" автору, можете сделать это переводом на карту СБ 2202 2023 4487 4874 . Рада вас видеть на моем канале!