В 2020 году, когда реальный мир погрузился в хаос, Naughty Dog выпустила игру, которая стала зеркалом человеческой боли. The Last of Us Part II — не продолжение истории выживания, а притча о том, как ненависть пожирает душу, оставляя лишь пепел сожжённых идеалов. Проект, собравший свыше 200 наград, включая «Игру года» на The Game Awards, и вызвавший яростные споры, перевернул представление о нарративе в AAA-индустрии. Это не игра о зомби — это игра о нас. О тех, кто готов уничтожить всё, включая себя, ради иллюзии справедливости.
Сюжет: Цикл боли, который не разорвать
Спустя пять лет после событий первой части Элли и Джоэл пытаются построить жизнь в Джексоне — островке покоя в мире, где грибковая инфекция превратила людей в монстров, а выживших — в палачей. Но когда прошлое Джоэла настигает его в лице Эбби, солдатки таинственной группировки «Серафиты», Элли отправляется в путь, чтобы отомстить.
Сюжет The Last of Us Part II — это спираль, затягивающая в ад обеих сторон. Игра заставляет вас пройти путь Эбби, чья жестокость обретает контекст, превращая «злодейку» в жертву. Каждая убитая вами собака, каждый крик раненого врага, каждый выстрел в спину — это вопрос: «Кто здесь монстр?». Финал не даёт ответа, лишь оставляет вас на развалинах собственной человечности, с гитарой, на которой нельзя сыграть забытую мелодию.
Геймплей: Выживание как самонаказание
Механики здесь — не развлечение, а инструмент психологической пытки. Каждый бой в The Last of Us Part II — это грязная, бездушная схватка за глоток воздуха. Вы подкрадываетесь к врагам, слыша их разговоры о семьях, потом перерезаете горло, пока они молят о пощаде. Огнестрельное оружие трясется в руках, пули рикошетят от стен, а кровь на экране застилает зрение. Даже крафтинг аптечек и бомб напоминает ритуал: вы не создаёте инструменты жизни, а готовите орудия смерти.
Новые элементы:
- Псовья чума. Собаки чуют вас через стены, заставляя менять планы. Убить их — значит услышать, как хозяин зовёт питомца по имени, которого вы уже не запомните.
- Динамика вертикали. Сиэтл — город-лабиринт, где можно пробираться через подвалы, крыши и разрушенные мосты. Каждая локация — это история: детская комната с игрушками, кабинет врача с записями о попытках найти вакцину.
- Безысходный стелс. Враги умны: они проверяют укрытия, зовут на помощь, прячутся за заложниками. Скрытность здесь не даёт преимущества — лишь отсрочку перед неизбежным.
Самые сильные моменты — тишина. Когда Элли играет на гитаре, вспоминая Джоэла, или Эбби качается на качелях в пустом парке развлечений. Эти паузы, где война затихает, напоминают: вы не герой. Вы — призрак, застрявший между жизнью и смертью.
Художественный стиль: Красота апокалипсиса
Мир The Last of Us Part II — это гимн природе, победившей человечество. Плющ обвивает небоскрёбы, олени бродят по магазинам, а грибница прорывается сквозь асфальт, как живой организм. Даже разрушения здесь эстетичны: снег, падающий на окровавленный снег, блики заката в лужах среди руин.
Лица персонажей — отдельный шедевр. Морщины, шрамы, слёзы — каждая эмоция высечена в полигонах. Анимация глаз Элли, в которых горит ярость и тает страх, заставит усомниться: это игра или съёмки актёров?
Саундтрек Густаво Сантаолальи — шепот гитары, перерастающий в рёв. Тема «Allowed to Be Happy» звучит как призрак надежды, а «The Cycle of Violence» с её диссонансными скрипками — саундтрек к саморазрушению.
Философия: Нет правых, есть только сломанные
Игра не делит мир на чёрное и белое. Она показывает, как травма передаётся, как вирусом: Эбби мстит за отца, Элли — за Джоэла, и так до бесконечности. Даже «Серафиты» и «Волки» — не злодеи, а люди, запутавшиеся в своих идеалах.
The Last of Us Part II задаёт неудобные вопросы:
- Можно ли оправдать жестокость любовью?
- Что остаётся, когда месть завершена?
- Существует ли искупление для тех, кто переступил все линии?
Финал, где Элли теряет пальцы и возможность играть на гитаре — символе связи с Джоэлом, — это приговор: насилие отнимает у нас то, ради чего мы живём.
Культурный феномен: Игра, которая разделила мир
Ни одна игра не вызывала столь яростных споров. Одни обвиняли её в «пропаганде», другие — восхищались смелостью. Угрозы разработчикам, рецензии-бомбардировки, мемы — всё это доказало: The Last of Us Part II задела нерв эпохи.
Она также стала прорывом в репрезентации ЛГБТ+ персонажей. Элли и Дина — не «трогательный побочный сюжет», а полноценная история любви в мире, где не до сантиментов.
Почему The Last of Us Part II останется в пантеоне искусства
Она не хочет, чтобы её любили. Она хочет, чтобы вы страдали, думали, сомневались. Когда вы в финале душите Эбби в мутной воде, а потом отпускаете её, понимая, что это не вернёт Джоэла, — вы ненавидите себя. Ненавидите игру. Но именно это делает её шедевром.
The Last of Us Part II — не о зомби. Это игра о том, как легко стать монстром, и как трудно им перестать быть. И, возможно, единственный способ выжить — это научиться прощать. Хотя бы себя.
P.S. После прохождения вы будете месяц приходить в себя. И, услышав аккорд гитары, вспомните, что даже в аду есть место для музыки. Но сыграть её сможет лишь тот, кто готов отпустить прошлое.