На днях посмотрела нашумевший фильм «Носферату» Роберта Эггерса. И, надо сказать, к своему удивлению, я впечатлена. Давно мне не встречалось в фильмах подобной глубины образов.
Фильм этот позиционируется прежде всего как ремейк немецкой экспрессионисткой киноленты 1922 года, которая в свою очередь является неофициальной экранизацией романа «Дракула» Брэма Стокера (1897). Кроме того, весь фильм как бы намекает: «ну и «Дракулу» Фрэнсиса Форда Копполы вы, конечно же, тоже смотрели…».
Сюжет фильма, в целом, не сильно отступает от первоисточника. В целом. Но тут, как и всегда, дьявол и самое, на мой взгляд, интересное кроется в деталях.
Действие и романа, и фильма происходит в XIX веке, но в фильме, в отличие от книги - в первой его половине. То есть, как следствие, эстетика стимпанка смело заменена романтизмом. Место действия также изменено - в фильме выбрана не Англия, а немецкий город Вюрцбург. Ну, то есть, вампир, как ему и положено прибывает из Румынии, но не в Англию, а в Германию. И вот тут, конечно, неувязочка. Прибывает он на русском корабле по морю… В случае Англии, логично. А вот по какому морю он плыл в Германию… Ну да ладно, не будем придираться – допустим, что это была река Майн, на которой стоит Вюрцбург.
Итак, направляется наш Носферату в цивилизованную Западную Европу из дикой Восточной с целью, конечно же, установить свою кровавую диктатуру, а заодно захватить невесту английского/немецкого адвоката, который был направлен к нему в замок для урегулирования вопросов недвижимости, и которого он слегка покушал, но до конца не доел. Впоследствии адвокат возвращается домой к невесте (в фильме – к молодой жене) едва живой и психически травмированный.
Главная коллизия сюжета и в книге, и в фильме - некая связь, существующая между невестой адвоката (Миной или Эллен) и вампиром. В книге эта связь объясняется тем, что Мина является чем-то вроде реинкарнации возлюбленной Дракулы, жившей в те времена, когда он еще носил имя Влад Цепеш. А вот в фильме это связь совсем иного рода.
В любом случае, эта связь делает героиню уязвимой перед вампиром. И, далее, в книге все логично и традиционно: Мине угрожает опасность, исходящая для нее не только от вампира, как внешнего источника зла, но и от нее самой, изнутри, ее бессознательного влечения к этому источнику.
Итак, Мина - классическая damsel in distress. Более сильная и праведная, чем ее подруга Люси, легко поддавшаяся вампирскому обаянию, но все же слишком слабая, чтобы долго ему противостоять. Мужская часть персонажей, главными из которых являются любящий жених/муж и мудрый врач Ван Хельсинг/фон Франц, спасают Мину, уничтожая графа Дракулу. При этом Мине остается возможность проявить милосердие и увидеть выражение наконец обретенного покоя на лице отходящего в лучший мир вампира.
А что же с Эллен? А Эллен не так проста… Начнем с того, что Носферату ее давний близкий знакомый. Очень близкий. В минуту одиночества, еще до свадьбы с адвокатом, она призвала его, и отдалась ему по собственной воле и к своему удовольствию. Ой. Кажется, именно в таких эксцессах средневековая инквизиция обвиняла ведьм – связь с демоном. История гласит, что в том самом Вюрцбурге с 1626 по 1630 гг. была развернута охота на ведьм, жертвами которой, по некоторым оценкам, стали чуть меньше тысячи женщин. Итак – Эллен ведьма? Да, бесспорно. Уж точно не «дева в беде».
И тут начинает закрадывается подозрение, что неспроста Лондон заменили на Вюрцбург. Что еще мы знаем об этом баварском городе? Так вот же – Вюрцбургская школа психологии. В Средневековье ведьм жгли на кострах, а в позитивистском мире их, конечно же, скручивали ремнями, пока они не начинали выгибаться в «истерическую дугу». Ибо неконтролируемая женская сила желания страшна – тут инквизитор XVII века и психиатр века XIX согласно пожали бы друг другу руки.
И в Эллен эта сила есть. И она пугает. Еще неизвестно, кто пугает больше – она или Носферату.
Итак, в фильме начинает проглядывать не слишком навязчивая, но вполне внятная феминистская повестка. По ходу развития сюжета, мужские персонажи оказываются ужасно слабыми и глупыми (самый умный из них доктор – умен он тем, что готов признать собственное бессилие). Их неспособность решить проблему с вампиром традиционными физическими методами вполне очевидна. Максимум, что они смогли сделать – это убить психа Ренфилда/Нока и сжечь дом.
Ведьму Эллен они, конечно же, безуспешно пытаются лечить – современная медицина в помощь. Кровопускания, ремни, эфир – весь набор. Пока чудаковатый, верящий в демонов, доктор фон Франц не приказывает прекратить это. Фон Франц, между прочим, заявляет Эллен, что в древние времена она была бы жрицей Изиды. И сквозит тут мысль, что древность обладала некими тайными знаниями, которые в век победившего материализма утрачены, и утрата эта сделала человечество перед лицом потустороннего таким же слабым, как мужчины в фильме. Они предстают воплощением этого нового, прогрессивного взгляда на мир. И они беспомощны перед злом.
Фон Франц говорит Эллен, что она - единственная, кто может добровольно, следуя внутреннему влечению (Мине, напомню, прислушиваться к нему не рекомендуется), спасти город от чумы. Кстати, слово «носферату» по отдной из версий происходит от греческого νοσοφóρος «переносящий болезнь». Фильм просто наполнен германской чумной готикой: крысы, мощеные улицы, вот-вот появится Крысолов.
Таким образом, Эллен - единственный персонаж в фильме, равный по силе Вампиру, и даже превосходящий его. А ведь по средневековым легендам, придуманным мужчинами, ведьмы, отдаваясь демонам, чуму как раз-таки насылали…
В общем, вот они – детали, в которых дьявол. И для меня это кино не про вампира, а про ведьму. Актриса, кстати, показалась мне подходящей, хотя я встречала нескольку ругательных отзывов. Своеобразная внешность (да, копия Джонни Деппа, да), делает ее местами похожей на Панночку из гоголевского «Вия», что тоже добавляет атмосферности. Вообще, атмосфера фильма местами напоминает небезызвестный сериал «Гоголь».
И кое-что еще. И вот за это «еще» создателям фильма мой особенный респект. Для меня очевидна отсылка к поэзии Генриха Гейне, особенно одному стихотворению: «Хелена». Помним, что главную героиню зовут Эллен, а действие фильма происходит в Германии. И он просто наполнен влюбленностью в смерть, свойственной Гейне.
Так вот: «Носферату» - просто вот это вот стихотворение, только наоборот. Брэм Стокер отдыхает, как говорится. Приведу подстрочник, чтобы не быть голословной.
Ты вызвал меня из могилы
Своими заклинаниями.
Люби меня со сладостным пылом,
Теперь этот пыл ты не сможешь погасить.
Прижми свои губы к моим губам,
Дыхание людей божественно.
Я выпью душу твою,
Ведь мертвые ненасытны.
Излюбленный мотив немецкой готики «Das Mädchen und der Tod» - «Девушка и Смерть». Любовь между ними. Гибельная для девушки, конечно. Этот мотив развился из «Плясок смeрти» с добавлением эротического подтекста.
Вот, так бы я и охарактеризовала этот фильм – пляски смeрти с эротическим подтекстом.
На том и закончу – дабы мой отзыв окончательно не превратился в сплошной спойлер. Добавлю только, что фильм точно не для всех, есть неприятные моменты (было бы странно, если бы их не было). Но я однозначно рекомендую его к просмотру тем, кто любит подобную эстетику.
Следите за публикациями и подписывайтесь, чтобы не пропустить.
Всего вам самого светлого!✨️