Каджит должен предупредить, что ниже просто история из жизни игровых персонажей. Не стоит искать здесь канона и лорной достоверности ТЕСО. Это всего лишь фантазии одного котика =))
За самый теплый и замечательный портрет Аморе огромное спасибо Фьоре.
Информация и иллюстрации взяты из клиента игры The Elder Scrolls Online.
Болота Вварденфелла тонули в молочной мгле, неподвижной и зловещей. Наемник с холодными глазами и репутацией человека, который не оставляет следов, пробирался через топи, возвращаясь с очередного задания. Перфетто уже предвкушал горячее вварденфелльское рагу из скального наездника в трактире Балморы, когда услышал яростное рычание.
Сквозь пелену мглы он разглядел абсурдную картину. Крошечный каджит в лохмотьях, вооруженный разряженным посохом, с остервенением атаковал здоровенного никс-вола. Чудовище втрое превышало ее размеры, но котенок бросался снова и снова, словно смерть была для него пустяком.
Имперец вздохнул. Одним движением он ухватил лохматый комок ярости за пояс, удерживая от нового бессмысленного рывка. Каджитка попыталась отшатнуться и в тусклом свете звезд на ее шерсти вспыхнули причудливые узоры - светящиеся линии, словно татуировки из солнечного света.
— Меридия? — озадаченно пробормотал наемник.
Котенок оскалился, обнажив клыки. Вампир.
— Ты воин, — сказал он, глядя в горящие золотом глаза. — Но воин должен рассчитывать удары, а не ломать когти о броню.
— Я воин! — выдохнула каджитка, дрожа от ярости. — Я верррнусь и ррразделаюсь с этим таррраканом-перррерростком!
— Вернёшься. Когда подружишься с посохом и научишься бить заклинаниями в цель, а не в луну, — парировал Перфетто, закидывая её на плечо, как мешок с добычей.
За ужином в трактире выяснилось, что котенок не помнит ни своего имени, ни семьи, ни того, как оказалась в этих болотах. Каджитка объяснила, что жила в шалаше на краю топи, охотилась на крыс и летучих мышей, собирала травы и продавала их алхимикам. Данмеры несколько раз ловили ее, но разглядев клыки и светящиеся отметины, в ужасе отпускали.
Лунный свет, пробивавшийся сквозь щели ставней, рисовал на полу трактирной комнаты причудливые узоры, напоминающие те самые светящиеся татуировки на щеках котенка. Перфетто сидел у потухающего очага, медленно вращая в руках серебряную монету — плату за последний контракт. Металл был холодным, как и должно быть. Как и он сам.
"Наёмник не должен иметь привязанностей", — эта истина вбивалась в него годами. Он видел, что происходит с теми, кто нарушает это правило.
Из-под плаща донеслось сонное рычание. Котенок во сне поджал лапки, будто защищаясь от невидимого врага. Перфетто не задумываясь поправил одеяло и погладил лохматую макушку.
— Она умрет без меня. Этот полудикий бродяжка не протянет в одиночку. Уже завтра ее могли поймать данмерские работорговцы, или она снова полезет на никс-вола, или... Что я делаю?
Холодный рассветный воздух Вивека еще хранил ночную сырость, когда Перфетто вышел во внутренний двор трактира. В кармане его плаща лежала аккуратно сложенная бумажка с адресом приюта — твердое, разумное решение, принятое за долгую бессонную ночь.
Клинки в его руках запели привычную песню — плавные дуги, молниеносные выпады, отработанные до автоматизма движения. Тренировка была священным ритуалом, якорем в беспокойной жизни наёмника.
Из-за угла показалась сонная мордочка. Девчонка, с торчащими в разные стороны ушами и следами от подушки на щеке, неуклюже потянулась, зевнула во весь рот (обнажив впечатляющие клыки для такого мелкого создания) и уселась на бочке, свесив хвостик.
Имперец сделал вид, что не замечает ее. Через 10 минут тишину нарушил шорох. Кошка слезла с бочки и встала в нескольких шагах, скосив глаза на его стойку. Она попыталась повторить его движение и чуть не завалилась на бок.
Перфетто продолжил тренировку, бросая украдкой взгляды.
Его плавный взмах и ее неуклюжий прыжок и бестолковое размахивание руками. Его точный выпад и ее махание воображаемым мечом. Его грациозный разворот - ее пируэт, во время которого она наступила на собственный хвост и грохнулась.
Клинки наемника замедлили танец.
— Ты что делаешь? — наконец спросил он, опуская оружие.
Каджитка замерла с поднятой в нелепой позе лапой, ее хвост нервно подергивался.
— Учусь, — ответила она просто. — Ты же воин. И я буду.
Наемник вздохнул и обреченно потер переносицу.
— Ноги шире, — буркнул он, отходя на пару шагов.
Котенок тут же расставил лапки, чуть не сев на шпагат.
— Не настолько!
Она поправилась.
Перфетто медленно продемонстрировал базовую стойку.
— Копье, меч, кинжалы или посох - не важно. Баланс - это все.
Девчонка старательно копировала, высунув кончик языка от усердия. Ее ушки подрагивали, светящиеся татуировки слегка пульсировали в такт дыханию.
— Почему ты не отдаёшь меня в приют? — вдруг спросила она, не прекращая повторять движения.
Наемник замер. Бумажка в кармане внезапно показалась невыносимо тяжёлой.
— Воины не бросают своих, — наконец сказал он, избегая её взгляда.
Это была ложь. Настоящие воины бросали всех. Но когда малявка заулыбалась во весь рот, снова показав здоровенные клыки, Перфетто почувствовал странное тепло в груди.
Резкий поворот имперца был слишком стремительным, слишком внезапным — как удар, который нужно скрыть. Он сделал несколько шагов к дальнему углу двора, спиной к котёнку, будто проверяя заточку клинков. Но сталь как всегда была безупречна.
— Я буду звать тебя Аморе, — прозвучало неожиданно громко в утренней тишине. Голос не дрогнул, но в нём появилась какая-то новая нота. — Теперь это твоё имя.
За его спиной воцарилась тишина. Даже привычное шуршание лапок по земле прекратилось.
— Ученице нельзя быть без имени, — добавил он, уже тише, и почувствовал, как бумага в кармане внезапно кажется лишней.
Звук быстрых легких шагов. И вдруг что-то тёплое и пушистое врезалось ему в ноги, обхватив их так сильно, как только могли маленькие лапки.
— А-Аморе, — прозвучало снизу, будто котёнок пробовал имя на вкус. — А... а что это значит?
Перфетто медленно обернулся. Аморе сидела на земле, ухватившись за его сапоги, её огромные глаза сияли, а светящиеся татуировки зажглись мягким золотистым светом — будто маленькие звёзды на её шёрстке.
— Это значит... — он запнулся, глядя куда-то поверх её головы, — ..."любимая". На старом имперском.
Через час они завтракали в таверне. Аморе вымазала мордашку в варенье и наставник полез в карман за платком. Бумага с адресом приюта выпала и осталась лежать под столом. Никому не нужная.
Спасибо, что уделяете время и читаете статьи на этом канале. Очень мотивирует Ваша активность. Лайки, подписка, репосты и комментарии порадуют автора =)
Дискорд с приключениями криволапки.
Телеграм с приключениями криволапки.