Зайти в подъезд Московского художественного театра и поближе познакомиться с легендарным актером Василием Ивановичем Качаловым – на днях я сделала это , посетив выставку «Быть Качаловым», устроенную Музеем МХАТ. Не смогла устоять перед обаянием артиста, голос которого завораживает красотой и силой чувств. Записи для радио и для грампластинок сохранили некоторые роли Качалова, его чтение стихов и рассказов. А на выставке, открывшейся в 150-ый день рождения Василия Ивановича, можно посмотреть ему в глаза на многочисленных фото, постоять рядом с его сценическими костюмами и разобрать его почерк в автобиографии, представить его полувековую жизнь в театре.
Вот фотографии Качалова в спектакле «Снегурочка» (1900), в роли царя Берендея. Ему тогда было 25 лет и это его первая роль в МХТ. Сначала он попробовал сыграть другие роли, но Станиславскому не понравилось. Однако Качалов не отчаялся, он стал ежедневно ходить на репетиции «Снегурочки» и вникать в актерское мастерство. Однажды Станиславский обратился к нему: « не попробуете ли изобразить Берендея? Ни у меня, ни у других не получается так, как надо бы». А когда Качалов произнес знакомый ему монолог, режиссер одобрительно вскричал: «Вы – наш! Вы – наш!». С тех пор судьба Качалова навсегда связана с МХТ.
В 1902 году театр поставил «На дне» Горького, где Качалов исполнил роль разорившегося Барона. Сохранилась аудиозапись воспоминаний Василия Ивановича о том, как Горький читал пьесу актерам и многие из них даже плакали в самые трагические минуты. Потом, во время репетиций, шел поиск образа Барона: его взгляд позаимствован у обитателей ночлежки, чьи фотографии присылал Горький. А привычка ковырять мизинцем в ухе была подсмотрена у мужа одной из актрис. На выставке есть фото Качалова в роли Барона в разные годы, вплоть до 1930-х.
Разглядывая портреты Качалова в многочисленных ролях, я сопоставляла их с аудиозаписями. Вот добряк Николай Тузенбах из «Трех сестер» (послушайте запись монолога Тузенбаха 1936 года про тоску о труде; как тут не вспомнить, что Чехов замышлял «Три сестры» как комедию). Вот портрет в роли Гамлета, которая была мучительной для актера, он вжился в роль и страдал из-за этого (есть архивная аудиозапись с монологом Гамлета и репликами других героев, полностью озвученная Качаловым). Вот герои Достоевского, Николай Ставрогин (ох, какой горящий взгляд!) и Иван Карамазов (его монолог о любви тоже сохранен в аудиозаписи).
Голос Качалова, звучавший по советскому радио, производил сильное впечатление на слушателей. Об этом на открытии выставки говорил народный артист РФ Авангард Леонтьев; он помнит, как в детстве был потрясен монологом из пьесы «Юлий Цезарь», который читался Качаловым по радио. О другой записи, из пьесы «На дне», напомнили студенты театрального колледжа, выступившие с веселой репризой на тему «Быть Качаловым» (это видео рассмешит вас). Кстати, сам Качалов отличался остроумием, ценил юмор и не обижался на ехидные карикатуры, которые тоже есть на выставке. В унисон с ними – шляпы в выставочных витринах, они непринужденно подчеркивают обаяние актера; Качалов любил носить шляпы и нам легко представить, как он шагает по Камергерскому переулку, раскланиваясь со знакомыми и притягивая взгляды поклонниц.