Однажды я очень увлеклась изучением истории домовладения по современному адресу Черняховского, 24. Дом построен по проекту гражданского инженера Товстолеса Н.И. в 1913 году. Фасад был выполнен в модном тогда стиле модерн.
Нарядный и стильный фасад. Все детали отделки находятся в равновесии. Крыша со стороны улицы ограждена декоративной решеткой изящного рисунка.
И мне было несколько удивительно явное несоответствие внутренней отделки внешнему виду лицевого фасада. В частности, решётка лестницы мне показалась аляповатой. И я для себя решила тогда, что заказчик решил сэкономить и решётку для лестницы изготовил местный кузнец по своему вкусу. Хозяйкой этого дома числится Борисова М.А., но управлял домом и, полагаю, с архитектором общался её двоюродный брат, домовладелец и торговец лошадьми И.Ф.Мошкин. С большой вероятностью у Мошкина были знакомые кузнецы.
Особенно мне не нравились эти бесконечные тонко-кованые цветочки. Ну совсем не модерн, а вовсе какая-то хохлома. То, что подобное может быть авторским стилем и тиражироваться, мне не приходило в голову. До некоторого времени.
Готовясь к лекции о Шпалерной улице, я разглядывала фотографии дома №11 на Citywalls и мой взгляд прямо-таки зацепился за смутно знакомые цветочки-лепесточки.
Ну конечно, Товстолес! Причём здесь эти цветочки на вполне модерновой решётке выглядят ещё более чужеродно.
Я не устояла и пробежалась по всем постройкам Товстолеса в Петербурге, коих число 51. И вуаля, ещё 8 образцов нашлись.
Пришлось смириться, это не случайность. Дело явно было поставлено на поток. А уж кто именно лоббировал интересы кузнеца - народного художника мы можем только фантазировать, не имея никаких документальных подтверждений.
Хозяева ли домой сговорились - маловероятно, адреса разбросаны по всему городу. Архитектор ли Товстолес так любил народное творчество, что смешивал модерн и хохлому? Или десятник продвигал изделия своего родственника или знакомого? На этот вопрос сможет ответить исследователь, который возьмётся за творческую биографию Н.И.Товстолеса или просто знаток строительного бизнеса начала ХХ века. Но это не точно. Не всё тайное становится явным через 100 лет.