На консультацию пришли бабушка, мама и дочь. Целью визита была обеспокоенность бабушки отсутствием речи у внучки. Девочке на тот момент было 2,5 года. При сборе анамнеза каких-то либо особенностей в развитии ребёнка не наблюдалось: долгожданный и единственный ребенок в семье, наследственность не отягощена, беременность протекала без особенностей, роды в срок естественным путем; неврологических отклонений в первые годы не наблюдалось, моторное развитие по возрасту, из перенесённых заболеваний - ОРВИ.
В ходе психодиагностики ребенок охотно контактирует с психологом невербально: берет за руку, улыбается в ответ, старается выполнять инструкции, на имя реагирует, обращенную речь понимает.
Придраться вроде бы не к чему...но! Все это время на вопросы психолога отвечала только бабушка. Мама девочки сидела в углу. Выражение лица ее было безучастным, лишь иногда она пыталась улыбнуться, чтобы сделать вид, что поддерживает разговор.
После психодиагностики, когда мама и девочка покинули кабинет, бабушка рассказала, что отец девочки был военным. Семья проживала в другом городе, где служил мужчина. Больше полугода назад он погиб в ходе боевых действий. По каким-то причинам его супруга не смогла сразу вернуться к родителям и все это время находилась в чужом городе одна с ребенком.
Перевезти их из другого города удалось родителям женщины лишь сравнительно недавно. Заметив, что их внучка отстает от сверстников по развитию и совсем не разговаривает, бабушка забила тревогу и обратилась за консультацией к клиническому психологу.
Картинка сложилась. Стало понятно, что мама девочки находилась в глубокой депрессии после потери супруга, и , из-за того, что не обращалась к специалистам, ее состояние ухудшилось - она замкнулась в себе.
Данная трагедия произошла в период активного речевого развития ребенка, и депрессия матери сыграла в тот момент ключевую роль. Малышка оказалась в ситуации эмоциональной депривации. Мама больше не могла поддерживать с ней такую же сильную эмоциональную связь, как раньше, сократила общение и игры, а вокруг не оказалось других взрослых, способных восполнить этот недостаток внимания. Речевое развитие замедлилось.
По моим расчетам прогноз был благоприятный. Учитывая то, что анамнез ребенка не был отягощен, "обогащение" речевой среды могло полностью скомпенсировать сформировавшуюся задержку речевого развития.
Рекомендации:
1) прохождение курсов TOMATIS для стимуляции слухоречевых зон головного мозга;
2) занятия с психологом;
3) дома силами бабушки и дедушки- эффективное общение с ребёнком через игру и совместную повседневную деятельность,
4) для мамы - обратиться за профессиональной помощью к психотерапевту.
Через пару недель я встретила девочку и ее маму в фойе нейропсихологического центра. К тому времени малышка уже посетила несколько занятий с аппаратным методом TOMATIS и с психологом. Я услышала, как девочка, стоя у стенда с брошюрами, что- то пыталась объяснить маме отдельными словами.
- Вы "разговорились"?,- поинтересовалась я.
- Да! - с широкой улыбкой на лице ответила мама девочки.